Peskarlib.ru > Зарубежные авторы > Анатолий ДАВЫДОВ

Анатолий ДАВЫДОВ. Счастливая примета.

Добавлено: 23 сентября 2014  |  Просмотров: 2063

Распечатать текст


Аистово. Так называется наше село. Длинной единственной улицей протянулось оно вдоль опушки Чёрного бора, а с противоположной стороны дворы упираются в болото. Впрочем, болота уже нет. Несколько лет назад его осушили и теперь выращивают там овощи.

Время от времени к нам наведываются специалисты-мелиораторы, недавно даже профессор приезжал. Долго ходил по полям с колхозным начальством, мял зачем-то землю в руках, заглядывал в дренажные трубы. Принюхивался к воде в каналах…

Обедал Сысой Александрович — так звали профессора — у нас. Его мой папа, колхозный агроном, пригласил. Ничего особенного в нём не было, человек как человек. Даже похож немного на нашего учителя биологии Владимира Петровича. Такой же неторопливый, рассудительный. За обедом взрослые вели разговор о колхозных делах, советовались с Сысоем Александровичем, как дальше вести полевые работы, а я тихонько сидел в своей комнате, прислушиваясь к мудрым профессорским словам. Подслушивать, конечно, нехорошо, но здесь случаи исключительный — когда ещё я услышу профессора!

— Аисты к вам так и не вернулись? — вдруг спросил Сысой Александрович.

— Только и остались в названии села, — грустно ответил председатель колхоза Михаил Пантелеймонович. — Наверное, техники испугались, когда мы болото осушали. Два года грохот стоял.

— Надо бы их как-то привадить, — задумался Сысой Александрович. — Приладьте на деревьях колёса, да и вербы надо посадить вдоль крайних каналов для защиты от ветра. И будет у вас тут отличный микроклимат. А чтобы каналы не зарастали растительностью, надо пустить толстолобика. Очень полезная рыба.

…Весной за каждым классом закрепили определённый участок канала, и мы посадили вербы. Точнее, не посадили, а повтыкали, потому что мы просто втыкали в землю колья. Каково же было наше удивление, когда на кольях появились почки, а вскоре потянулись навстречу солнцу ярко-зелёные веточки. Толстолобик тоже сделал своё дело — словно бритвой срезал заросли рогоз, камыша и ещё всякой всячины, которая растёт на болоте. Вода в каналах стала прозрачной, даже дно видно.

Только в один карьер толстолобика не пустили — в тот, что у самой дороги, широкий и глубокий, как настоящее озеро. Правление колхоза отдало его нам — купаться, рыбу ловить. Петя Желтобрюх, когда об этом узнал, сразу удочку смастерил и на рыбалку. Мы за ним. Караси шли на дождевого червя хорошо. Пете даже надоело их вытаскивать, и он отдал удочку мне. Я никогда не ловил рыбу и боялся, что не сумею, но напрасны были мои опасения: я едва успевал наживку менять. Одно плохо — караси были чересчур мелкими… За этим занятием и застал нас председатель колхоза. Я думал, похвалит — где ещё увидишь таких искусных рыболовов! — но он нахмурился.

— Так не годится, ребята, — сказал, взвешивая на ладони крохотного карасика. — Пусть немного подрастут. На следующий год они уже с ладонь будут. Тогда и ловите!

…Весной мы никак не могли дождаться, пока лёд с карьера сойдёт. Так хотелось добраться до карасиков величиной с ладонь: запаслись лесками, крючками. Удилища у каждого и купленные — трёхколенные, и самодельные — из веток молодого орешника смастерили. А лёд всё держится и держится. Такая погода выдалась: ни одного дождя, да и солнце редко показывается из-за свинцовых туч.

Сегодня наконец потеплело. В школу шли в рубашках, хотя дома нам, конечно, не велели даже за порог выходить без пиджаков. А на перемене, когда играли в футбол, сняли рубашки и ботинки. Босиком гоняли мяч. Красота! До чего же не хотелось в класс идти! Но от звонка никуда не денешься… У нас урок зоологии. Ждём Владимира Петровича. Ждём пять минут, десять, а он не идёт. Петя предложил всем выйти во двор, как вдруг появился взволнованный Владимир Петрович.

— Аисты прилетели! — крикнул радостно.

— Где они? — подбегаем к окну.

— На болоте, — улыбнулся учитель. — Знаете, где линия электропередач? На одном из столбов вьют гнездо.

— А в село почему не летят? — удивился Петя. — Дедушка для них колесо к дереву приладил!

— Хотят поближе к воде! — как-то неуверенно ответил учитель.

Он посмотрел на часы и, махнув рукой, повёл нас к болоту. Мы прихватили с собой бинокли, чтобы не подходить близко к аистам, не вспугнуть их.

Аисты уже принесли на верхушку столба несколько довольно больших веток. Видимо, для основы гнезда. По тут подул ветер, и ветки попадали вниз. Аисты снова положили их на верхушку столба. Ветер снова их сдул…

— Беда, — побледнел Владимир Петрович. — Столб наверху слишком узкий, ветки не держатся. Надоест аистам такая работа и улетят.

— А может, они сядут на наше колесо? — обрадовался Петя.

— Думаешь, они его не заметили? Ведь с высоты всё видно, но почему-то не захотели гнездиться на вашем дворе! — сказал Пете Игнат Майстренко.

Владимир Петрович внимательно выслушал их разговор, а потом решительно сказал Пете:

— Айда домой, пусть дедушка снимет с дерева колесо и быстро несёт сюда, а я побегу к колхозным электрикам, попрошу укрепить колесо на столбе.

Не прошло и часа, как электрик Иван Гилка крепко-накрепко прикрутил колесо к верхушке столба.

Аисты издали наблюдали за всей этой процедурой и, как только люди немного отошли, взлетели на колесо. Походили, потоптались, проверили, надёжна ли основа, и стали носить ветки.

Владимир Петрович вздохнул с облегчением:

— Вот теперь аисты наши! — И повёл нас в школу.

О прилёте аистов узнало всё село. Петя постарался. Каждому встречному сообщал, на чьём колесе аисты вьют гнездо. Всем хотелось посмотреть на птиц: и детям и взрослым. Но не каждый понимал, что подходить к ним близко нельзя. Поэтому «зелёные патрули» установили дежурство. Караулили бывшее болото до самой темноты.

Неожиданно приехал Сысой Александрович. Долго наблюдал за аистами.

— Уже и птенцов высиживают! — сказал удовлетворённо. — Возвращение аистов — добрая примета. Не спускайте с них глаз, может, им помощь понадобится — не прозевайте!

Нам так хотелось узнать, сколько яиц в гнезде! Но как туда заглянешь? Если бы аисты свили гнездо в Петькином дворе, там с соседнего дерева можно было бы подсмотреть. А тут? На столб не залезешь. На нём грозная надпись: «Не залезай — убьёт!» — да ещё череп и две кости!

И всё же Петя однажды притащил большую садовую лестницу.

— А ну, помоги, — позвал меня и принялся её раздвигать. — Сейчас узнаем все тайны аистов! — сказал, смеясь.

Тут откуда ни возьмись Игнат.

— Слезай! — сердито крикнул он Пете, который уже добирался с биноклем на самый верх лестницы. — Ты что, не читал недавно в газете, что произошло, когда один зоолог разрешил репортёру сфотографировать гнездо очень редкой птицы — орла-обезьяноеда? Орлица испугалась и раздавила единственное яйцо. А эти орланы все в Красную книгу занесены — так их мало осталось. Хочешь, чтобы и с нашими аистами такое случилось? Слезай!..

После отъезда профессор Владимир Петрович возобновил дежурство «зелёного патруля» у аистового гнезда. Мы не просто сидели в кустах, а вели счёт и записывали в дневник, сколько раз аисты снимаются с гнезда, с чем возвращаются домой…

Аисты высиживали яйца по очереди. Самец чаще днём, самка — ночью. Но вот вывелись аистята. Мы сразу их заметили: три белых птенца. Если бы не длинные красненькие клювики, ни за что не подумал бы, что это потомство красивых чёрно-белых аистов. Жизнь у взрослых птиц изменилась. Теперь они добывали корм не только себе, но и птенцам. То лягушку принесут, то ящерицу, то мышь, то букашку. Аистята оказались хорошими едоками…

Интересно было за птицами наблюдать. Но мешала жара. С самой весны ни одного дождя. Нечем дышать. Мы хоть под деревом можем укрыться, а что делать аистам? Стоят, бедолаги, в гнезде, расправив крылья над птенцами, а те жалобно пищат…

Мы собрались в кабинете зоологии, где Владимир Петрович просматривал записи наших наблюдений.

— Что же это получается? — озабоченно вчитывался в записи. — Птенцы подрастают, им теперь надо больше есть, а последние три дня родители приносят в гнездо куда меньше корма, чем раньше. Пошли к аистам!

Мы долго наблюдали в бинокль за птицами и заметили, что аисты то и дело возвращаются в гнездо вообще без всякого корма для птенцов.

— Жара загнала разных зверушек и букашек в такие углы, что аистам их не достать, — смекнул Владимир Петрович. — Птицам, особенно птенцам, грозит голодная смерть!

— И не будет больше в Аистовом аистов! — Петя чуть не плакал. — Зачем тогда дедушка ещё одно колесо приладил к дереву! Думали, следующей весной к нам молодые аисты прилетят…

Владимир Петрович задумался, а потом сказал:

— Надо выручать аистов, ведь такой жары, говорят, полвека не было. Пошли лягушек ловить. Разве мало их в каналах, особенно в вашем карьере!

Мы быстро наловили лягушек. Положили их вблизи столба на открытом месте и отошли подальше. Думали, аисты так и накинутся на еду, но они не проявили к ней ни малейшего интереса. А лягушки сразу в траве спрятались.

Стали мы советоваться, что делать. Советуемся, а сами в бинокль смотрим. Взрослые аисты по-прежнему стоят грустные, птенцы клювики раскрывают, есть, бедняги, просят. Не выдержало родительское сердце — опять полетели аисты на болото, на этот раз к нашему карьеру. Вскоре самец принёс в клюве рыбу. Уснувшую, наверное, нашёл. Миг — и рыба исчезла в клюве самого проворного птенца.

— Значит, аисты любят рыбу! — обрадовался Владимир Петрович. — Только как её в гнездо положить?

— А что, если снова к электрикам обратиться? — подал идею Игнат.


…Караси ловились медленно, однако мы проявили самое высокое рыбацкое мастерство — вот где пригодилось снаряжение! — и быстро наловили их с полведра. А тут и Гилка Иван пришёл.

— Михаил Пантелеймонович закрепил меня за аистовым столбом, — улыбнулся. Набрал рыбы в карманы спецовки и полез к гнезду.

Птицы так ослабли, что даже не заклекотали, увидев человека. Только перешли на другую сторону гнезда. Иван вытащил из кармана карасика и почти силой всунул в рот находившемуся ближе остальных аистёнку. Тот сразу его проглотил. Электрик накормил птенцов и решил взяться за взрослых. Но сколько ни манил их, они рыбы не брали. Только махали испуганно крыльями. Тогда Иван положил рыбу в гнездо и стал спускаться вниз.

— Едят! — крикнул Петя и тут же получил подзатыльник от Игната.

— Чего кричишь! — рассердился тот. — Напугаешь. Пойдём лучше рыбу ловить!

Почти месяц кормили мы аистов. Мелкую рыбу они заглатывали целиком, а покрупнее мы им давали кусочками. Вскоре пошли дожди.

Однажды Иван полез с кормом для аистов, но они не захотели брать. А взрослые аисты замахали крыльями, защёлкали клювами. Электрик заметил у одного из птенцов лягушку и понял, что хотел ему тот сказать: «Надоел ты со своей рыбой!»

Мы продолжали наблюдать за аистами. Голод им больше не грозил. Прошло время, и птенцы стали учиться летать, самостоятельно добывать корм.

А потом аисты исчезли.

— Улетели в тёплые края, — объяснил нам Владимир Петрович.

— А возвратятся? — загрустил Петя.

— Обязательно возвратятся! — успокоил его учитель. — Птицы не забывают добра…

— Только не думай, что молодые аисты непременно у вас поселятся, — поддел приятеля Игнат. — У нас тоже к дереву колесо приделано.

Я промолчал, а про себя твёрдо решил: скажу папе, пусть поставит столб возле хаты и к нему колесо прибьёт. Может, современные аисты больше любят столбы, чем деревья? Почему не попробовать?




Анатолий ДАВЫДОВ

Билькино озеро

Горы начинались сразу за селом. Были они не высокие, не крутые и всё же настоящие горы. Росли там только травы, но что это были за травы!


Антон ЧЕХОВ

Ванька

Ванька Жуков, девятилетний мальчик, отданный три месяца тому назад в ученье к сапожнику Аляхину, в ночь под Рождество не ложился спать.