Peskarlib.ru > Русские авторы > Виктор БАНЫКИН > Дёмин

Виктор БАНЫКИН. Дёмин.

Распечатать текст Виктор БАНЫКИН - Дёмин

За окном размашисто хлестал дождь.

Чапаев поднял руку и потёр лоб, словно пытался разгладить глубокие морщины, протянувшиеся от одного виска к другому. Остановился у стола и сердито прокричал:

— Петька!

Неслышно приоткрылась дверь, и он увидел беловолосую голову ординарца.

— К Дёмину послал?

— Послал.

— Ещё пошли. Чтоб живо!

Дверь захлопнулась. Чапаев снова принялся вышагивать по комнате.

С подоконника на пол часто закапала вода и змейкой поползла под стул. Василий Иванович распахнул окно, и его обдало крупными холодными брызгами.

Дождь шуршал по вишеннику, обивая свежие, будто только что развернувшиеся листья. Пузырясь, по земле бежали вперегонки ручьи, натыкались на почерневшие стволы деревьев и, свернув в сторону, пропадали в высокой траве.

По ветке шиповника, разросшегося под окном, полз чёрный, с зелёным отливом жук. Когда шиповник трепал ветер, жук замирал, плотнее прижимаясь к мокрой ветке. Но вот ветер стихал, и он торопливо бежал вверх.

— Жить хочется! — усмехнулся Василий Иванович. Высунувшись в окно, бережно снял жука с ветки и пересадил его на подоконник.

Растворилась дверь, створки захлопнулись, звякнуло и упало на завалинку расколовшееся стекло.

Задевая за косяк, в комнату вошёл чёрный, как цыган, Дёмин.

— П-пришёл! — запинаясь, сказал он мрачно.

Кумачовое лицо с лиловыми подтёками под опухшими, слезящимися глазами. Руки тряслись, не находя себе места.

Медленно, чеканя шаг, Василий Иванович двинулся на командира эскадрона. Подошёл вплотную. В лицо Чапаева пахнуло винным перегаром.

— Ты... ты это с чего? Да как ты смел? — Чапаев птицей полетел по комнате. — Ему поручение ответственное, а он... Застрелю!

Схватил Дёмина за влажную, намокшую гимнастёрку и дёрнул к себе. Грузно пошатнувшись, Дёмин упал. Помогая ему подняться, Чапаев позвал Исаева:

— Арестовать! Таких командиров мне не надо!

Дёмина увели. На полу валялась помятая бумага. Чапаев перешагнул через неё и, сорвав с гвоздя папаху, метнулся в растворенную дверь.

На соседний хутор, разбросанный по склону оврага, он прискакал под вечер. Командир полка Соболев сидел верхом на лавке и ел арбуз.

— Садись, Василий Иванович, — сказал Соболев. — Отведай арбузика.

Василий Иванович сел. Сказал сухо, не глядя на Соболева:

— Зайцева вызови ко мне. В разведку под Осиновку съездить требуется.

На хуторе Чапаев пробыл до темноты. Побеседовал с бойцами, осмотрел коней, орудия. Но был хмур, говорил скупо.

— Смотрю вот на тебя, Василий Иванович, и на душе неспокойно делается, — вздохнул Соболев. — Какой-то ты сегодня такой... не как всегда. Будто в тумане ты. Аль случилось что?

— Ну да, случилось, — ворчливо, но беззлобно молвил Чапаев. — В разведку Дёмина хотел послать, а он пьян. Каково? Командир!

— За это строго требуется взыскивать, — задумчиво протянул Соболев. — Дёмин будто славный парень. Как это угораздило его?

— Плохого, наверно, не стало бы жалко. А то... — Василий Иванович поднялся. — Явится Зайцев с ребятами, пусть ко мне без промедления скачет.

Когда Чапаев вернулся в штаб, Исаев сидел за столом и, шевеля губами, читал букварь.

— Разве так можно, Василий Иванович! — раздосадованно заговорил, вставая из-за стола, Петька. — Взметнулся и ускакал один! — Он вынул из книжки лист помятой бумаги и положил перед Чапаевым. — На полу валялся. Видно, у Дёмина из кармана выпал.

Щурясь, Василий Иванович принялся читать крупные косые каракули:

«Дорогой мой сынок Фёдор Прокофьевич!

Пишет вам от меня Захар Лексеич Лыскин, что живёт по соседству. Поди, не забыл, как он тебе дудки в малолетстве вырезал. И случилось, ненаглядный ты мой Федюшка, великое горе. Незадаром у меня глазоньки чесались и покоя я себе целую неделю не знала. Понаехали во двор белые и долго глумились, опосля чего зарубили шашками твою жену Прасковью Матвеевну с её дитяткой — твоим сынком. А завыла когда я, то молчать приказали: «Тебя тоже, старая ведьма, прикончим!..»

— Фонарь! — отрывисто выкрикнул Чапаев. Рука с письмом дрожала, и глаза, кроме белого мутного четырёхугольника, ничего не видели...

Исаев шёл первым, с фонарём.

Когда толкнули низкую дверь амбара, в углу на соломе кто-то завозился. Чапаев шагнул туда, угадывая в рыхлой, расплывчатой фигуре Дёмина.

— Не спишь, голова?

С полу тяжело встал Дёмин.

— Ждал всё, — сипловато сказал он и медленно стал обирать с одежды соломинки.

Чапаев не знал, как начать разговор, виновато покашливал и смотрел себе под ноги. Дёмин вздохнул.

— Об одном прошу, Василь Иваныч, матери пропиши: сын, мол, твой Фёдор в бою с белой сволочью погиб.

Сказал и решительно шагнул к выходу. Чапаев поймал его за плечо и потянул к себе.

— Перестань дурить!.. А меня, что накричал я, ты того... Ну уж, право, извини. Сам знаешь — горяч бываю... Выпил, а зачем? Горю этим не поможешь. Сам знаешь, не терплю такое.

Дёмин поднял на Чапаева глаза.

— Если по-прежнему веришь мне, — не сразу заговорил он, — куда хочешь посылай... хоть к чёрту в пекло. Жизни своей не пожалею... Любое задание выполню!

Взгляды их встретились.

— Ну, ну, — кивнул Василий Иванович. — За этим дело не станет, — и крепко обнял Дёмина.

Виктор БАНЫКИН

Под Осиновкой

На широкой площади села шумно, тесно, как на ярмарке.
Лев ТОЛСТОЙ

Булька

У меня была мордашка. Ее звали Булькой. Она была вся черная, только кончики передних лап были белые.
Русские авторы

Носов Николай

Хармс Даниил

Драгунский Виктор

Паустовский Константин

Бианки Виталий

Пришвин Михаил

Пантелеев Леонид

Осеева Валентина

Берестов Валентин

Алексеев Сергей

ТОП недели

Валентина ОСЕЕВА

Николай НОСОВ

Сергей АЛЕКСЕЕВ


Братья ГРИММ

Анни ШМИДТ

Ганс Христиан АНДЕРСЕН


Агния БАРТО

Сергей МИХАЛКОВ

Иван КРЫЛОВ


Русские сказки

Североафриканские сказки

Былины