Peskarlib.ru > Русские авторы > Дмитрий СУСЛИН

Дмитрий СУСЛИН. Как мы делали коржики.

Добавлено: 1 августа 2019  |  Просмотров: 110

Распечатать текст Дмитрий СУСЛИН - Как мы делали коржики


Однажды морозным зимним вечером мама пришла с работы и принесла домой большую цветную картонную коробку. Мы с Лешкой сразу же обступили ее с двух сторон и стали осматривать.

– Ух, ты! Смотри, Димка, да это же самая настоящая микроволновка! – восхищенно воскликнул Лешка, приподнимая коробку с пола.

– Точно! Мам, а ты ее купила? – спросил я.

– Нет, – засмеялась мама, а потом ехидно прибавила: – Я ее украла.

Мы тоже засмеялись. Ну, разве не смешно? Может ли наша мама что-нибудь украсть? Конечно, нет.

– Это я специально для вас купила, – сказала мама, когда сняла шубу и сапоги и вошла в комнату, – чтобы вы себе еду разогревали и не сидели голодными. Это очень хорошая микроволновая печь. Импортная.

– Здорово! – восхитились мы и потащили нашу новую микроволновую печь на кухню. Там мы ее распаковали, вытащили из коробки и поставили на самое видное место. Она была новенькая, беленькая с красивыми красными наклейками. – Мам, а можно мы ее включим?

– Нет, первой включу ее я. Только сначала инструкцию почитаю.

Мама достала из коробки инструкцию и стала ее изучать. Она долго читала. Мы просто чуть не лопнули от нетерпения.

– Для начала сделаем тосты с сыром, – наконец сказала мама и включила прибор в сеть. – Леша, достань белый хлеб и сыр, а ты Дима их порежь.

Долго нас упрашивать не пришлось, мы быстро выполнили то, что велела мама, после чего она разложила бутерброды на большую тарелку и поставила в печь, затем закрыла дверцу и повернула ручку. Внутри печки зажглась лампочка, что-то там загудело, и наши бутерброды стали не спеша как будто в вальсе крутиться, а через некоторое время сыр на них начал плавиться. Мы наблюдали за происходящим, словно это был захватывающий фильм по телевизору. Интересно смотреть, как сыр сначала заблестел, потом стал растекаться по хлебу и стекать на тарелку, словно вулканическая лава.

– Главное, – рассказывала нам в это время мама, – на тарелке или другой посуде не должно быть золотой каемочки или рисунка.

– Почему? – спросил я.

– Не знаю, – ответила мама, – но мне так в магазине сказали, когда я микроволновку покупала.

Раз в магазине сказали, тогда понятно. Нельзя, так нельзя.

– Дзинь! – звякнула печка и перестала шуметь, и лампочка в ней погасла.

– Готово, – сказала мама.

– Так быстро? – хором удивились мы.

– Да, так вот она работает. Всего две минуты, и блюдо готово. Разве не здорово?

– Конечно, здорово! – закричал я.

– Круто! Класс! Супер! – подхватил мои вопли Лешка.

– А теперь достаем наши тосты и раскладываем их по тарелкам. Разливайте в чашки чай. Сейчас будет пир горой.

– Ура! – закричали мы – Пир горой! Сырные тосты с чаем! Красота.

И мы стали есть наши сырные тосты. Это было просто здорово. Такие они оказались вкусные!

– Ничего в жизни вкуснее не ел! – объявил Лешка с набитым ртом. – Мама, а мы еще сделаем?

– Я тоже еще хочу! – присоединился я к брату.

– Нет, теперь давайте сделаем тоже самое, но не с сыром, а с колбасой! – предложила мама.

– А вкусно будет? – спросил Лешка.

– Еще как! – пообещала мама.

И она оказалась права. Тосты с колбасой оказались еще вкусней, чем с сыром. Мы все так объелись, что даже дышать стало трудно.

С того дня мы с Лешкой стали себе пищу в микроволновке разогревать. Кашу, суп, котлеты и даже макароны и вчерашний омлет. Жизнь наша с горячим питанием стала сытой и приятной. Но больше всего мы любили делать тосты с сыром и колбасой. Мама не успевала их покупать, так быстро мы их съедали.

– Вы меня разорите, Коржики! – смеялась она. – Неужели вам эти тосты не надоели?

– Нет, – отвечали мы с Лешкой. – Они нам никогда не надоедят.

Однако через несколько недель, и нам потихоньку эти самые тосты надоели. Мы готовили их все реже и реже, а потом и вовсе перестали. Надо же как человек интересно устроен. То он чего-то очень любит, то вдруг к этому равнодушен.

Однажды после школы к нам в гости зашла Катя Лемминг. Мамы дома не было. Она еще с работы не вернулась.

– Давно я у вас не была, – сказала Катя и стала по-женски с любопытством оглядываться по сторонам. – Как вы тут поживаете? О, у вас микроволновка появилась?

– А что, разве у вас такой нет? – удивились мы.

– Нет, – ответила Катя. – Моя мама наотрез отказывается ее покупать, сколько мы с папой ее не просили. Ей запретила ее мама, то есть моя бабушка. Она говорит, что от микроволновой пищи люди заболевают тяжелыми болезнями и умирают.

– Наша мама врач и ничего такого она не говорила, – сказал я Кате. – Что за глупость? Твоя бабушка совершенно не права. Наоборот, пища, приготовленная в микроволновой печи, более полезна, чем сделанная на огне, потому что микроволны не разрушают внутреннюю структуру еды, особенно овощей.

Катя удивленно посмотрела на меня.

– Что не веришь? – разгорячился я. – Я по радио слушал передачу.

– Я обязательно маме передам, что ты сейчас сказал, – тихо сказала Катя. – А вы меня чем-нибудь микроволновым угостите?

– Конечно! – обрадовались мы. – Тосты хочешь?

– Хочу.

– Сырные или с колбасой?

– А какие вкуснее?

– Трудно сказать.

– Тогда и те и другие.

Мы накормили Катю нашими фирменными тостами. И странное дело, вроде бы они нам надоели, а вместе с Катей к ним вдруг прежний вкус вернулся, и мы поели с таким же удовольствием, как в первый раз.

– Ты к нам еще приходи, – сказали мы Кате, когда она от нас уходила, – будем тосты кушать.

– Спасибо, Коржики! Обязательно приду.

Катя пришла на следующий день. Это был какой-то праздник, кажется, день медицинского работника, и мы опять угостили ее нашими тостами.

– Здорово! – радовалась Катя, уплетая их за обе щеки.

Потом мы стали играть в сыщиков и играли наверно часа три, пока опять не проголодались.

– Есть охота! – сказал я.

– Еще как охота! – согласилась Катя.

– Хочешь тосты? – обрадовался Лешка. – Я тебе сделаю.

– Конечно, хочу! – сказала Катя.

Мы побежали к холодильнику, и тут столкнулись с большой проблемой. Оказалось, что у нас нет ни сыра, ни колбасы. Все было съедено. Мы растеряно поглядели на Катю.

– Ничего страшного, – сказала она, – нельзя же питаться одними тостами. Сколько можно?

– Но есть хочется, – сказал Лешка.

– Вон суп в кастрюле стоит, – напомнил я. – Гороховый.

Катя с Лешкой оба сморщились, словно лимоны надкусили. Идея с супом им явно не понравилась.

– А давайте сами что-нибудь приготовим! – вдруг предложила Катя.

– Что же мы приготовим? – спросил я. – Яичницу или омлет?

– Что-нибудь сладенькое! – ответила Катя.

Мы растерялись. Ну, яичницу или омлет, это мы еще можем, а вот что-нибудь сладенькое. Но Катя взяла инициативу в свои руки.

– Слушайте, Коржики, давайте печь коржики! – сказала она и звонко рассмеялась.

Мы тоже засмеялись. Действительно смешно получилось. Мы Коржики, и печь будем коржики. В раннем детстве, когда мы малышами возились в песочнице, мы все время из сырого песка лепили и пекли понарошку коржики. Не куличи, пирожки, и пирожные, а именно коржики.

Как это давно было! И вот теперь мы решили испечь настоящие коржики. И вовсе не понарошку.

– А ты умеешь? – спросил я.

– Еще бы! – фыркнула Катя. – Это же раз плюнуть. Нет ничего проще. Мука у вас есть?

– Есть?

– А соль, сахар и пищевая сода?

– Тоже.

– А больше ничего и не надо. Давайте мне большую миску, в которой я тесто буду разводить.

Мы достали из шкафа самую большую миску и высыпали в нее целый пакет муки. Катя погрузила в муку руки и соорудила прямо в миске горку, затем ткнула в вершину кулачком и горка превратилась в вулкан.

– Теперь кидайте сюда сметану, яйца, сахар, соду и соль, – скомандовала она и указала пальцем на кратер мучного вулкана.

– Про сметану и яйца ты ничего не говорила, – проворчал Лешка, но послушно полез в холодильник. – А вдруг у нас их нет?

Однако все необходимое нашлось.

– Порядок! – довольно кивнула головой Катя. – Сначала добавь яйцо.

– А что с ним надо делать? – удивился Лешка. – Прямо со скорлупой кидать?

– Вот чудак! – засмеялась Катя. – Ты его разбей и вылей. Давай быстрее.

Лешка разбил яйцо ножом и попытался попасть им в ямку, но промахнулся, и яичная жидкость полилась по мучному холмику.

– Промазал, – сказал Лешка и попытался рукой вернуть яйцо, куда нужно.

– Ты сейчас мне всю горку сломаешь! – возмущенно закричала Катя.

– Уже сломал, – сказал Лешка. – Да ты не расстраивайся. Можно и без горки. Сейчас я соли с сахаром добавлю.

Катя принялась месить тесто. Лешка тоже с азартом перемешивал муку, и через несколько минут они оба вывозились так, что стали похожи на мельников.

– А ты чего не помогаешь? – с укором спросил меня Лешка.

– Вот еще, – хмыкнул я. – Охота мне была пачкаться. Я лучше на вас посмотрю.

– Ишь какой хитренький! – возмутилась Катя. – Нам еще нужно масло. Ты им и займешься. Возьми сливочное масло, слегка подогрей его и размешай.

– Откуда ты все это знаешь? – удивленно спросил я, доставая из холодильника масленку.

– Я же будущая женщина, – с пафосом произнесла Катя. – У меня будет семья, муж и дети. Должна же я буду их кормить? Вот я на вас и тренируюсь.

– Ну-ну, – сказал я и, усмехнувшись, со значением посмотрел на Лешку. Затем я подогрел масло в микроволновке и размешал его ложкой. Оно стало мягким, словно пластилин, который долго-долго мяли в руках. – Куда это?

– Бросай нам, – велел Лешка.

Я кинул масло в тесто, и они усердно стали его замешивать. Вскоре мы с удивлением увидели, что тесто готово.

– Супер! – сказал Лешка и вытер руки об себя. На рубашке остались белые следы. – Что дальше?

– Дальше надо разогреть духовку, а пока она будет разогреваться, раскатать тесто и нарезать его на круглые коржики.

– А как резать-то? – спросил Лешка. – Ножницами, что ли?

– Ты что? – засмеялась Катя. – Никогда тесто не резал?

– Нет, – признался Лешка. – Не резал. А ты, Димка?

– Я тоже не резал, – сказал я.

– Эх, вы! Ладно, ты, Лешка, дай мне скалку и пустой стакан, а ты, Дима, включай духовку. Да не микроволновку, а духовку, которая в большой плите.

– А разве мы не микроволновке коржики печь будем? – спросил Лешка.

– Нет, – ответила Катя и сама включила нашу духовку. – Вашу микроволновку я не знаю, а плита у вас такая же, как у нас. Так что будем делать в ней. На настоящих противнях. Дима, приготовь мне противень и не забудь смазать его растительным маслом, иначе к нему все прилипнет и подгорит.

Печь коржики оказалось очень увлекательным занятием. А резать тесто проще простого. Когда Катя раскатала его, у нее получилась большая лепешка толщиной с палец. Она взяла стакан, перевернула его и стала прорезать им в лепешке круглые дырки. А получившиеся кругляшки она клала на противень. Скоро их на нем скопилось штук двадцать.

– Вот это у нас и будут коржики! – радостно объявила она. – Правда, они симпатичные?

Этого не признать мы не могли и послушно хором сказали:

– Ага!

– Грузите их в духовку.

Мы с Лешкой не без труда отправили первую партию наших коржиков в духовку, после чего мы все втроем уселись перед плитой и стали смотреть в ее окошко.

– Сколько времени они будут печься? – спросил я Катю. – Час или полтора?

– Ты что? Минут пятнадцать не больше!

– Так быстро? – удивился я и стал посматривать на часы, которые висели у нас на кухне. Часы у нас на кухне очень хорошие, веселые и аппетитные, потому что сделаны в виде разрезанного апельсина. Их иногда даже съесть хочется.

Через десять минут по кухне распространился вкусный сладкий запах.

– Ура! – радовались мы с Лешкой. – Коржики наши скоро будут готовы.

– Можно пока приготовить чай, – сказала Катя. –Не в сухомятку же их есть?

Когда она вскипятила чай, коржики уже были готовы. Они стали золотистыми и румяными, и мы с братом вытащили их из духовки. Противень мы поставили на табуретку и, обжигая пальцы, стали перекидывать коржики на тарелку.

– Давайте быстрее! – сказала нам Катя. – У меня уже вторая партия на подходе.

У нее был готов второй противень с коржиками, и мы его тоже отправили в духовку.

– Ну, теперь давайте чай пить! – с видом гостеприимной хозяйки объявила Катя. Пока мы грузили в печь коржики, она уже разлила чай по чашкам.

– Молодец, Катя! – обрадовался я, садясь на табуретку и хватая с тарелки первый коржик. – Ты настоящая хозяюшка! Твой будущий муж и дети могут не волноваться. С голоду они не умрут.

И я опять со значением посмотрел на Лешку. Он облизнулся, затем резко сел на табуретку, и вдруг его глаза стали огромными, а потом он вдруг, как закричит:

– А-а-а-а-а-ай!!! – и как подскочит и руками себя за мягкое место держит и на месте прыгает и крутится.

Мы с Катей сначала ничего не поняли и очень испугались. А потом увидели, что Лешка не на табуретку сел, а на первый противень, который мы забыли убрать, после того, как коржики перегрузили в тарелку. А противень еще не остыл и был очень горячий. Так что мой братец чуть не поджарился на нем, как Иванушка в сказке про Бабу Ягу.

Ну, мы с Катей не выдержали и расхохотались. Конечно, не хорошо смеяться над чужой бедой. Но мы ничего с собой поделать не могли. Уж больно смешно все это выглядело. У Лешки на глазах даже слезы выступили от обиды.

– Чего смеетесь? – чуть не плача, упрекнул она нас. – Попробуйте сами сесть на эту штуку?

– Нет, спасибочки! – отказались мы с Катей, прыская со смеху.

– Я с вами не играю! – совсем как маленький закричал тогда Лешка.

– Дима, кончай смеяться, – серьезно сказала Катя и, обращаясь к Лешке, добавила: – Слушай, у тебя же наверно ожог. Снимай штаны! Его надо смазать!

Глаза у Лешки округлплись, и он стал пятиться от Кати к двери кухни.

– Ты что, с ума сошла? – закричал Лешка.

– Ожог дело серьезное! Могут пойти волдыри, – стала уговаривать его Катя. – Ты чего, стесняешься? Покажи, давай!

– Ничего я тебе показывать не буду! – завопил Лешка.

А я снова стал хохотать и от хохота даже под стол сполз со своей табуретки.

– Тогда Диме покажи! – не унималась Катя. – Пусть он тебе маслом сливочным намажет. Говорят, это хорошо от ожогов помогает.

Я смеялся так, что у меня слезы потекли, а потом я чуть даже не задохнулся и только стонал и представлял себе, как я Лешке сливочным маслом смазываю его пострадавшую заднюю часть.

– Маслянистый Коржик! – простонал я и от этого засмеялся еще громче.

Лешка тем временем успокоился, и твердо сказала Кате:

– Ничего мне смазывать не надо. Уже все прошло. Не болит больше. И вообще я нарочно закричал, чтобы вас рассмешить.

Катя сразу надулась:

– И ничуточки не смешно.

Я как раз в этот момент встал с пола и тоже начал успокаиваться, но при этих словах я снова захохотал и сел на табуретку. Но сел я не на свою табуретку, а на ту же самую, куда до этого приземлился Лешка, то есть на горячий противень. Мне тут же смеяться расхотелось.

– О-о-о-о-ой! – закричал я и подпрыгнул, схватившись руками за то же место, что и мой брат.

Теперь пришла Лешкина очередь смеяться.

– Ага, Димка! Получил? – торжествовал он. – Это тебя Бог наказал за то, что надо мной смеялся. Давай я тебе маслом ожоги смажу!

Я так разозлился, что пнул ногой этот злосчастный противень, и он с грохотом свалился на пол.

И тут из духовки повалил серый противный дым.

– Караул! – закричала Катя. – Горим! Коржики, спасайте наши коржики!

Мы схватили тряпки и, стараясь не обжечься, вытащили противень из духовку. Затем мы открыли окно и выгнали полотенцами дым. Наконец-то сели пить чай с коржиками. Но перед этим тщательно проверили все табуретки и убрали все эти противни.

А коржики у нас получилась очень даже вкусные! Только жесткие и слегка подгорелые.




Дмитрий СУСЛИН

Лешка и Дед Мороз

Когда Лешка был совсем маленьким и еще не ходил в школу, он свято верил в Деда Мороза. Целый год ждал его и думал, какой бы подарок попросить. Письмо деду Морозу он садился писать в середине ноября и писал целую неделю.


Дмитрий СУСЛИН

Как мы болели

Однажды по телевизору показывали крутейший боевик – «Звездный десант». Фантастика про космических десантников, которые сражаются с арахнидами. Это такие инопланетные пауки великаны.