Peskarlib.ru > Русские авторы > Сергей АЛЕКСЕЕВ

Сергей АЛЕКСЕЕВ

Старички

Добавлено: 17 апреля 2017  |  Просмотров: 107


Рвался Федор Проскурин на Малую землю. Мечтал о подвигах. Попал. Явился во взвод, а во взводе одни старички. «Вот те и раз, не туда прибыл, – сокрушался Проскурин. – Эту команду на дело опасное не пошлют. Тут не видать геройства».

Взвод оказался саперным. Понимает Проскурин: значит, не автомат или противотанковое ружье будет у тебя в руках, а лом, топор, кирка или лопата. Прикидывает: предстоит рыть окопы, строить блиндажи и разные укрепления, ворочать, конечно, камни, долбить здесь, на Малой земле, твердую, словно бетон, землю.

– Ничего себе дела, – поморщился Федор Проскурин.

Только попал он в саперный взвод, как тут же пришла команда садиться на катера.

Погрузился он со своими старичками на катера. Ужаснулся:

– И вовсе с Малой земли снимают.

Привезли их морем под Геленджик. Оказывается, тут недалеко от города старички рубили лес. Малая земля пустынна-пустынна. Не то что бревна, сучок здесь найдешь с трудом. А для строительства блиндажей и разных укреплений нужен, конечно, лес. Старички и занимались доставкой леса на Малую землю. Вот в какой взвод угодил Проскурин.

Срубленные деревья вязались в плоты. Затем к плотам подгонялись буксиры. Все перевозки на Малую землю производились только ночами. Вот и сейчас. Пыхтит буксир, нелегко тащить ему неудобный громоздкий груз. Расселись на плоту старички. Хоть и не такая уж длинная дорога к своим на Малую землю, да долгая. Черепашьим шагом идет буксир. Сидит со всеми и Федор Проскурин.

– Ну и попал, ну и попал. Вернусь после победы домой, засмеют за такую войну на селе девчата.

Думал Федор Проскурин, что дойдут они до Малой земли спокойно. Если их даже заметят фашисты, то вряд ли будут тратить на лес, на бревна снаряды и бомбы. Однако фашисты старались ничего не пропустить на Малую землю. Позиции у фашистов удобные – на горах. Все подходы к Малой земле просматриваются. Каждый метр моря пристрелян. Хоть и ночь, да ночи здесь немногим темнее дня. То и дело взлетают осветительные ракеты. Рыщут по морю вражеские прожекторы. Ударяют кругом снаряды, разрываются бомбы. И они освещают море.

Заметили фашисты идущий буксир. Открыли огонь по плоту, по буксиру, по людям.

Старички народ опытный, раз – и сразу же с бревен в воду. А Федор сидит на плоту. Вот-вот скосит бойца осколок.

– В воду, в воду прыгай! – кричат старички.

Спрыгнул он в воду, ухватился руками, как все, за бревна. Лишь голова над водой, как поплавок, торчит.

Рвутся кругом снаряды. Ухнул правее, ухнул левее. А вот и еще один. Ударил, и надо же – в центр плота. Вздыбил он бревна, разбросал по морю в разные стороны. Бревно, за которое держался Федор Проскурин, стало вообще на попа, даже над водой подпрыгнуло, а затем, падая снова в море, чуть не пришибло собой солдата.

Увернулся боец от удара. Ругнулся. Вновь за бревно схватился. Слышит, что-то кричат старички. Прислушался:

– Поспешай, поспешай!

Видит, стараются старички снова собрать бревна все вместе, стремятся опять увязать их в плот. Подтолкнул и Проскурин свое бревно. Стал помогать старичкам собирать другие. Нелегко им тогда досталось. Но вот снова надежен плот.

Тронулся снова буксир вперед. Только тронулся, только перевели солдаты солдатский дух, как вдруг слышит Проскурин, в небе гудит самолет. По гулу понятно, не наш – фашистский. Подлетел самолет к плоту, к буксиру. Посыпались с неба бомбы. Не увернуться от них буксиру. Неповоротлив с плотом трудяга. Добился удачи фашистский коршун. Разбил, потопил буксир. Остался плот, как островок на море.

«Конец, – понимает Федор Проскурин. – Еще один самолет, и безвестная смерть на морском просторе».

Обидно солдату погибать не геройской смертью.

– Э-эх, что же в родном селе про такой-то дурацкий конец девчата и бабы скажут!

Однако все обошлось удачно. Вскоре новый пришел буксир, дотащил он плот до намеченной цели.

Улыбаются старички. Потирают довольно руки:

– Это еще ничего. Это туда-сюда. Хуже порой бывает.




Сергей АЛЕКСЕЕВ

Госпитальная

Жизнь на Малой земле уходила все глубже в окопы, в траншеи, в щели, все глубже в землю и даже под землю – в блиндажи, под разные укрытия и перекрытия, в штольни, в гроты, под скалы и в скалы. На многие километры протянулись ходы – сообщения.


Сергей АЛЕКСЕЕВ

Подвиг Корницкого

Помнят друзья этот миг. Помнят друзья этот взрыв. Светлая память Михаилу Корницкому.