Peskarlib.ru: Русские авторы: Александр ГИНЕВСКИЙ

Александр ГИНЕВСКИЙ
Тихие игры

Добавлено: 25 марта 2016  |  Просмотров: 254


— Ну, а спички, — сказал папа, — я забираю, чтобы вы не учинили маленький пожар на весь большой дом.

А мама добавила:

— Остаётесь сами себе хозяева. Играйте в какие-нибудь тихие игры, мы с папой скоро вернёмся.

И вот мы остались совсем одни: Борька, Вадька и я.

До чего же хорошо быть самому себе хозяином! Хочешь — спи! А хочешь — доставай на кухне из шкафа компот и ешь, хоть весь! И никто тебе не скажет, что компот нельзя есть большой столовой ложкой.

Сначала мы даже не знали с чего начать. Мы с Борькой сидели на диване и подпрыгивали — кто выше. От этого пружины хрюкали, как поросята. Борька хотел подпрыгнуть до потолка. Я — тоже. У нас уже неплохо получалось, но тут Вадька позвал нас из кухни:

— Ребята! Давайте чай пить?! Чайник вон ещё какой горячий. Он потом остынет, а у нас ни спичек, ни маленького костёрчика.

Мы с Борькой потрогали чайник. Он был горячий.

— Правильно! — обрадовался Борька. — Надо пить, пока горячий. Ещё неизвестно, когда придут твои папа с мамой. — И он посмотрел на меня.

Маленький чайник с заваркой мы не нашли, а нашли пирог с творогом. Стали пить чай так — с пирогом. Он был вкусный и большой.

— Я себе сам отрежу, — и Борька отрезал от пирога такой кусище, что у него даже в руках он не поместился.

— Вот обжора, — сказал Вадька.

— А мне, может, так вкуснее, — ответил Борька.

Мы выпили весь чай и съели весь пирог.

Пока мы ели, от Борькиного куска отлетали большие крошки. Прямо вся скатерть была засыпана.

— Ну и неряха же ты! — говорю ему. — Полпирога раскрошил!

— Ни себе, ни людям, — сказал Вадька.

— А я эти крошки съем! Вот сейчас, — отвечает Борька.

Мы с Вадькой подняли скатерть за краешек, а Борька подставил тарелку.

— Ребята! — вдруг крикнул Вадька. — Смотрите! Я привидением буду! — и он набросил на себя скатерть. Тут мы с Борькой испугались: ни рук, ни ног — одно только белое. Мы побежали в комнату, а Вадька за нами. Борька забыл про крошки, бежит с тарелкой в руках.

— Ребята, я же приведение! — кричит Вадька. — Вы от меня не убегайте! Вы меня ловите!

Тут Борька немного успокоился и сказал:

— Я вот сейчас доем и буду ловить.

Он высыпал крошки из тарелки прямо себе в рот.

— Ну, где приведение! Сейчас я его поймаю! — и мы с Борькой стали ловить привидение.

Когда Вадька устал, я сделался привидением. А потом Борька. А потом я достал из шкафа простыню, потому что она была больше скатерти и в ней легче бегать. И совсем не было страшно, а только весело. Почему все боятся приведений?

— Нам надо какую-нибудь жуткую музыку, тогда совсем не будет смешно, — говорит Вадька.

Я включил проигрыватель и поставил пластинку. Она запела:

Легко на сердце от песни весёлой,

Она скучать не даёт никогда…

— Это, по-твоему, ужасная музыка?! — набросился на меня Вадька. Он стал рыться в пластинках и конечно ничего нужного не нашёл.

— Я придумал! — сказал Борька. — Я поставлю стул около дверей и залезу на него. Придут Вовкины мама с папой, откроют дверь и увидят приведение.

— Вот это здорово! — крикнул я.

— А мы с Вовкой спрячемся! — говорит Вадька. — Вовкин папа увидит и скажет: «Прямо чудеса в корыте!»

Мы поставили стул у дверей. Борька забрался на него и закутался в простыню. Даже не видно было на чём он стоит. Ну, не Борька в простыне, а настоящее привидение!

Мы с Вадькой спрятались так, чтобы всё было видно.

В квартире стало тихо, будто и нас нет.

— Ну, скоро они там придут? У меня ноги уже устали, заныл Борька.

— У привидений ноги не устают. Они всю жизнь бегают, — говорит Вадька ему.

— Если бы я бегал, я бы тоже, может, не устал.

И тут кто-то вставил ключ в замок. «Пришли…» — подумал я.

Дверь открылась. На пороге стояла Раиса Ефимовна, наша соседка. Она взглянула на Борьку в простыне, и рот у неё стал медленно раскрываться, а очки полезли к кончику носа. Оба глаза у неё вдруг расширились, а потом как-то так странно посмотрели друг на дружку.

— Батюшки!.. Что ж это такое?!. — сказала она шёпотом.

Раиса Ефимовна хлопнула дверью и повернула ключ.

— Ну, как? Здорово?! — спросил Борька, вылезая из простыни.

— Здорово-то здорово… — говорю. — Только это не папа с мамой были, а Раиса Ефимовна.

— А зачем она заходила?

— Зачем, зачем… Ей папа, наверно, оставил ключ, чтобы она посмотрела, как мы тут себя ведём.

— А чего? Мы себя хорошо ведём. Мы же не знали, что она придёт, — сказал Вадька.

— А она хоть немножко испугалась? — спрашивает Борька.

— А ты как думал?

— Ну вот, Вовка, — говорит Вадька, — теперь Раиса Ефимовна больше не придёт. Теперь только твои мама с папой придут. А они не испугаются. Они только засмеются. И мы посмеёмся. Так что давайте я постою привидением, а Борька пусть отдохнёт.

Мы так и сделали.

Кто-то стал открывать дверь.

— Ну, что я вам говорила?.. — раздался дрожащий голос Раисы Ефимовны.

В дверях стояли она и два милиционера.

— Кажется, гражданка Смирнова не ошиблась, — сказал один милиционер другому. — Тут от детей одно привидение осталось. Всё в белом — как положено. Ребятню съело, теперь нами закусить, наверно, не прочь…

— Да какое это привидение?! — отвечает ему другой милиционер. — Так… простыня. Висит и сушится.

— Уж очень странное место выбрали для просушки…

— Я думаю, надо вынести во двор эту простыню и повесить её на верёвку, — сказал первый милиционер. Он обхватил рукой Вадьку в простыне и снял со стула. — Ну и тяжёлое…

— То-то-товарищи ми-ми-милиционеры… — раздался голос Вадьки. Он никогда не заикался, а тут научился.

— Ну и дела! Привидение заговорило, — сказал второй милиционер, помогая Вадьке выбраться из простыни.

— Ты кто? — спросил его первый милиционер.

— Я-я-я Ва-ва-вадик…

— Это твоя квартира?

— Не-ет.

— Вот так раз! А как же ты очутился в чужой квартире?

— Я-я-я в го-гостях…

— В гостях?! У кого в гостях?

— У Во-во-вовки…

— А где сам Во-вовка?

— Та-та-там… — И Вадька показал рукой в комнату, где были мы с Борькой.

— А ну-ка, пойдём посмотрим где.

Милиционеры вошли в комнату и стали искать нас.

Один милиционер заглянул под кровать и сказал другому:

— Виктор, полюбуйся! Вот ещё два привидения сидят. Правда, почему-то не в белом…

— А ну, вылезайте! — сказал другой милиционер.

Мы вылезли.

В коридоре стояли мама и папа. Мама увидела рядом с нами милиционеров, и у неё в глазах появились слёзы.

— Ведь я вас просила: поиграйте в тихие игры… — сказала она.

— Вовка, в чём дело?.. — спросил папа.

Я посмотрел на папу и нечаянно полез под кровать. Борька полез тоже.







Александр ГИНЕВСКИЙ

Чудо в перьях

Мы с Толькой сидели у него на балконе и загорали.

Александр ГИНЕВСКИЙ

Коржик и Пчёлка

Машины мчатся, люди идут, размахивают сумками, портфелями, и вдруг… лошадь едет. По нашей улице — живая настоящая лошадь!