Peskarlib.ru: Русские авторы: Михаил ЛЕРОЕВ

Михаил ЛЕРОЕВ
Школа на крыше

Добавлено: 10 апреля 2015  |  Просмотров: 660


«Одна женщина преподавала язык Атлантиды, сидя на крыше.

Соседи видели, как каждую ночь к ней слетаются йоги и летучие мыши…»

(гр. «Аквариум»)


Анфиса Петровна, потомственная ведьма, мало отличалась от своих соседей. Обыкновенная такая старушка, добрая и ненавязчивая. Разве что с подружками на лавочке поболтать вечерком – и то, для того только, чтобы не заподозрили в чём. Каждой порядочной бабушке полагается дежурить у своего подъезда – всякий городской житель знает. Профсоюзная это обязанность.


Мало кто знал, что Анфиса Петровна не только бабушка, но ещё и колдунья. Очень могущественная, между прочим, не зря к ней обращался даже сам верховный чародей города Ближнесветска, господин Константин Константиныч Сельдереев, когда у него кошку похитили. Породистую, ту самую, что Марьиванной звали. Анфиса Петровна её нашла, глазом не моргнувши. За что от чародея в подарок получила специальную микроволновку для выращивания овощей. С тех пор помидоры у неё были самыми крупными в области. И непременно бы победила наша Анфиса Петровна на выставке достижений народного хозяйства, если бы не перестаралась с выращиванием – томаты уродились не только гигантскими, но и говорящими. И каждому встречному спешили советы давать. Такие на выставку вести, по меньшей мере, неблагоразумно…


По вечерам, когда сгущались сумерки и боязливые соседки прятались по своим квартиркам, пили чай с малиновым вареньем и читали внукам сказки о принцессах и разбойниках, Анфиса Петровна, поднималась к себе в мансарду. Тихонечко открывала дверь на балкон, выходила, озираясь по сторонам, и если никого не было, карабкалась по приставной лесенке на самую крышу.

Если же во дворе показывался запоздалый прохожий, или с собакой кто-нибудь гулял, колдунья прикидывалась поливающей цветы. Благо, лейка и горшки с традесканциями на этот случай всегда были под рукой.


Анфиса Петровна никого не стеснялась, просто немножечко щадила нервы этих ценителей ночных прогулок. Можно было представить, что бы стало с кем-нибудь из них, обрати он внимание на висящую прямо на водосточной трубе старушку!..


Взобравшись на крышу, она переводила дух. Не секрет, что в таком преклонном возрасте даже ведьмы страдают одышкой.

Оставалось, правда, совсем немного – добраться до чердачного окна, скрытого за давно уже нерабочей печной трубой, перебраться через подоконник и разжечь свечи там, где совсем скоро соберётся почтенная публика – её ученики.


Анфиса Петровна их очень любила.

Вадик и Кешка, юные двоечники и упыри, Машка-растеряшка, рассеянная отличница и её же, Анфисина, внучка по совместительству. Иногда Кешка приводил свою трёхлетнюю сестру Ирочку, но от той проку не было никакого, только крутилась под ногами и беспрестанно требовала конфеты, как будто им родители не покупают.

Иногда прилетали местные волшебники. Школьный завуч Надежда Ильинична, здесь, на уроке волшебства, сама садилась за парту, и делала вид, что ни Кешки, ни Маши, ни Вадика не знает – как будто не она в прошлую пятницу читала вслух контрольный диктант.


Пенсионеры Иван Иванович и Пётр Петрович, похожие как близнецы-братья и дворничиха Наталья Васильевна. А ещё оборотень Платон − вот те, кто приходили на занятия Анфисы Петровны. Был ещё, правда, кот говорящий и целое полчище местных мышей: обычных и летучих, но их даже в журнале посещаемости не отмечали.

Спрашивается, как их отличишь – все на одно лицо.

Мыши то же самое думали про остальных учеников. На их мышиный взгляд, все люди были совершенно одинаковыми, обыкновенными людьми, каких пруд пруди в домах и на улицах.

Да разве в посещаемости дело?


− Сегодняшний урок я хотела бы посвятить превращениям! – улыбнулась Анфиса Петровна ученикам, когда сделала перекличку и проверила домашнее задание – каждый должен был продемонстрировать, как он здорово летает с закрытыми глазами.

− Как вы считаете, каким образом можно легко и просто превратиться, в какого-нибудь известного человека?


Первой подняла руку Маша.

− Ну… наверное, нужно постараться… поднапрячься… и… и превратиться… Палочка волшебная нужна… − выпалила она в волнении, когда бабушка наконец позволила, отчаявшись ждать, когда же руки поднимут и остальные ученики.

Бабушка поправила очки.

− Интересный вариант, Маша, очень интересный, и, главное, оригинальный, спасибо тебе за расторопность... А Вы, Надежда Ильинична, как считаете?

− Я? – Надежда Ильинична любила на уроке помечтать, и потому всё прослушала. – Смотря где. В магазине − не отходя от кассы, а дома − на калькуляторе.


Дети засмеялись, Иван Иванович тоже прыснул, но тут же осёкся.

− Действительно, − согласилась ведьма, − Считать нужно уметь. Способов очень и очень много, и все полезные. Это лучше, чем совсем не уметь считать. Пять за сообразительность, − похвалила она завуча школы, − А вы, уважаемый Пётр Петрович, что скажете?

− Я? – пенсионер заозирался по сторонам.

− Вы, вы, у нас нет другого Петра Петровича. Вы один такой.


Старичок улыбнулся.

− Что я скажу… Погода вот, прекрасная, звёздное небо над крышей, тепло по-летнему, хоть и сентябрь.

− Достойное наблюдение, а ведь, и правда, звёздно! Итак, все, марш к окну, смотреть на звёзды.


Ирочка подлетела к окну первая, споткнулась, и выкатилась на покатую крышу, но не разревелась, как бы на её месте поступила бы другая трёхлетняя девочка, а засунула палец в рот и задрала голову к небу. Она любила смотреть на звёзды. Правда, видела она их в первый раз в жизни. Но, как выразилась Анфиса Петровна, не обязательно знать о существовании чего-то, для того, чтобы любить.


Головы всех присутствующих заполнили проём в треугольном окне, даже кот и летучие мыши умудрились втиснуться.

Как верно отметил Пётр Петрович, было звёздно, тепло, и уютно, даже на крыше. И тихо, только где-то за трубой стрекотали сверчки, да Ирочка смачно посасывала палец.

− Ира, не соси палец, − не преминул включить свой воспитательский талант Кеша, − Вот растает как леденец и будет у тебя их всего четыре.

Выходило, что пятнадцать своих пальцев Ирочка уже съела.


− Смотрите, смотрите, звезда падает! – вдруг закричал Вадик.

Анфиса Петровна достала из кармана верхней юбки носовой платок, протёрла стёкла очков – и посмотрела туда, куда указывал мальчик.

− Какая ж энто звезда, − возмутилась Наталья Васильевна, − это Мюнхгаузен на ядре, наверное, я по телевизору видела.

− Или Вакула, летит верхом на чёрте за черевичками, − вступила в дискуссию завуч. Про черевички никто не понял. Наверное, это ягоды такие, подумал Кешка.

А колдунья молча всматривалась вдаль, напрягая всё своё старушечье зрение, пока ядро-чёрт не приблизилось настолько, чтобы понять, что никакой это не барон, и не кузнец Вакула, и даже не летающий мужчина в самом расцвете сил, а…


− Вадик прав, это звезда. Самая настоящая, торопится на концерт, опоздать никак нельзя, билеты-то уже распроданы…

Маша со значением посмотрела на Кешу и Вадика: вот такая у неё бабушка умная, всё знает про звёзды.

Все зааплодировали звезде.

Летучие мыши вспорхнули разом – и всей стайкой полетели вслед за удаляющейся светящейся точкой.

А ученики вернулись в класс.


Так в школе на крыше проходил урок превращения.







Михаил ЛЕРОЕВ

Контракт на миллиард улыбок

Однажды мы с Женькой загорелись идеей получить миллиард.

Михаил ЛЕРОЕВ

Приключения лесовичков

− А-а-ай! Вредина несчастная! Сестрица, гляди, что сделала эта сумасшедшая сковорода!