Peskarlib.ru: Русские авторы: Юрий ПУСОВ

Юрий ПУСОВ
Пусть всегда будет солнце

Добавлено: 4 апреля 2015  |  Просмотров: 797


«Что может быть хуже пасмурного дня? Только пасмурный вечер», – думал воробей Гриша. Он сидел на ветке каштана с закрытыми глазами, чтобы не заплакать. Жестокий холодный ветер подкрался, толкнул со всей силы, заставив вздрогнуть и нахохлиться, и с хохотом улетел.

«Ну почему, почему так случается? Почему целую зиму с таким нетерпением ждешь тепла, а когда дождешься, и уже зачирикаешь весеннюю песенку, снова нагрянут морозы и выстудят сердце насквозь?!»

По телу каштана прошла дрожь. Он тоже уже стал просыпаться, пригретый мартовским солнышком и даже начал выращивать почки. Теперь ему было холодно, а ветер все веял, свистел и хохотал.

«Если сейчас не выйдет солнце, я замерзну. Всем на зло», – подумал Гриша.

– Эй ты, глупый воробей, не сиди, замерзнешь! – каркнула, пролетая мимо, Аделаида Марковна.

– Замерзну! – решительно крикнул Гриша в ответ.

Ворона сделала круг и вернулась.

– Что с тобой? Ты заболел?

Воробей не ответил, только нахохлился еще сильнее.

– Не молчи. Я же не смогу тебе помочь, если не буду знать, что с тобой случилось.

– Не надо мне помогать, – буркнул Гриша.

– А то я сама такая глупая, что не знаю когда и кому нужна помощь! А ну колись! Говори, что с тобой.

– Весну хочу.

Ветер поднатужился и дунул так, что перья не смогли защитить от холода, и Гриша затрясся всем тельцем.

– Все хотят, – Аделаида Марковна подвинулась ближе и накрыла Гришу крылом. Под крылом было мягко и тепло. – Недолго ждать осталось. Чуть-чуть совсем. Держись. А то, что я скажу солнцу, когда оно выйдет, а ты – замерзший?

– Ну и пусть! – Гриша встрепенулся и упрямо вылез на мороз. – Пусть ему станет стыдно!

– Ладно. Сиди здесь, я сейчас, – ворона взмахнула крыльями и взлетела. – Герой какой! Солнце стыдить собрался!

Гриша остался один, и так ему стало тоскливо, что он готов был завыть по-собачьи. Он снова закрыл глаза и плотнее прижался к ветке.

– Сюда иди. Вон он сидит, – услышал он голос вороны и открыл глаза.

К дереву подошел кот Четан, вспрыгнул на ствол и ловко взобрался на ветку к воробью. Гриша зажмурился и щелкнул клювом от страха, но с места не сдвинулся.

– А что я тебе говорила? Совсем плох, – ворона села рядом и ветка опасно прогнулась. – Холодно ему. Выходи, говорит, солнце, а то я замерзну.

– Давай я тебя согрею, – предложил кот. – Хвостом накрою и ты уже, как в гнезде. Даже теплее будет.

Гриша хотел отодвинуться, но с другой стороны сидела ворона. От кошачьего бока было тепло. Аделаида Марковна заслоняла от ветра.

– Не надо мне ничего! – чирикнул он и вспорхнул на другую ветку. – Ничего мне не надо, кроме солнца!

– Вот видишь! Видишь, что с ним творится! – вскричала ворона. – Что делать-то будем?

– Надо Птичку звать, – задумчиво сказал Четан.

– Еще одну?

– Не еще одну, а единственную. Только она сможет помочь.

– Она сможет уговорить воробья не быть глупым?

– Нет, она сможет вызвать солнце.

– Что!? – ворона подпрыгнула на ветке, и Четан крепче схватился когтями. – Привела я ненормального поговорить с сумасшедшим! Никто не властен над солнцем! Никто! Слышишь?!

Четан смотрел на ворону и слегка улыбался. Аделаида Марковна замолчала и спросила уже спокойным голосом:

– А что это за птица?

– Жена моя, – ответил кот и улыбнулся чуть сильнее, но, видя, что ворона набирает в грудь воздуха, чтобы снова возмутиться, добавил, – только не птица она, а Птичка. Зовут ее так, за звонкий голосок. Нас как-то летом дождь в поле застал, так она тучу над нами насквозь промяукала, и мы не намокли.

Ворона покачала головой:

– Не поверю, пока сама не увижу. Беги, зови ее.

Гриша хоть и продолжал дрожать на соседней ветке, но все же немного оживился, ему тоже захотелось увидеть кошку-волшебницу. Пожалуй, лишь немногим меньше, чем погреться на солнышке.

Четан вскорости вернулся. Он спешил и все время оглядывался на идущую за ним стройную миниатюрную кошечку, которая шла гордо и осанисто, аккуратно ступая своими маленькими лапками.

– Вот она, моя Птичка, – представил ее кот.

Птичка подошла к дереву и посмотрела на ворону, а потом на воробья.

– Ну и кого из них надо спасать?

– Меня, – чирикнул Гриша и сам удивился своему нахальству.

– Он без солнца пропадет, – сказал Четан.

– Да, да! Пропадет, несомненно. Зачахнет, загнется без солнышка! – подхватила Аделаида Марковна. – И если уж ты действительно умеешь то, о чем нам тут рассказывал твой кот, то сделай это, пожалуйста. Ведь, если честно, самой очень весны хочется.

Птичка улыбнулась и задумалась, рассматривая плотные темные тучи, обложившие небо.

– А вы точно не можете подождать пару дней?

– Нет!!! – в один голос вскричали Гриша, Аделаида Марковна и Четан.

– Тогда мне понадобится ваша помощь. Кто из вас умеет кричать мяу?

– Все умеем! – чирикнул Гриша.

– Ты умеешь мяукать? Не смеши! – рассмеялась ворона.

– А ты умеешь?

– Я? Нет. Не умею. Но я и не хвастаюсь. Посмотрю, как ты это будешь делать.

– Ну что ж, – прервала Птичка этот бесполезный спор, – тогда приготовьтесь все пушистые и пернатые. Все, кто верит в великую силу мяу. Готовы?

Четан кивнул.

– Да, – чирикнул Гриша.

Аделаида Марковна посмотрела на Птичку правым глазом и тоже слегка кивнула.

– Солнца хочу, – чуть не простонала она, – заразил ты нас всех, воробей.

– Тогда на счет три. Раз, два...

Сильное звонко-задорное мяу взлетело в небо и вонзилось в тучи. Радостно-весенняя кошаче-птичья песня ударила в облачную броню и, сперва неохотно, а потом все быстрее тучи стали расходиться. Вот показалось маленькое голубое пятнышко, но оно стало быстро расти, как лужа в летнюю грозу. Прореха в тучах превратилась в окно, края которого озолотились предвечерним солнцем, и вот уже половина неба ясная и чистая сияет бирюзой, а солнышко светит тепло и ласково, заставляя жмуриться.

– А я тоже мяукала? – спросила ворона, распустив крылья навстречу солнцу. – Я что-то кричала, но меня больше занимало то, что происходило в небе, и я не прислушивалась...

А солнце щедро светило, стараясь успеть до заката согреть всех, кто соскучился по теплу за долгую лютую зиму. Ветер пронесся мимо, обдав всех колючей свежестью, но это уже никого не испугало. Даже улыбки на лицах остались прежними. А Гриша прыгал по ветке и без умолку чирикал, жалуясь солнцу на тяжелую зиму.

– Ты же больше не будешь прятаться? – спрашивал он у него. – Ты теперь всю весну, лето и осень будешь с нами? Чик-чирик! Чирик! – Гриша посмотрел на отступившие тучи, и ему вдруг показалось, что они снова начинают стягиваться, опять хотят спрятать за своими спинами солнце. Он грозно и уверенно посмотрел на них и крикнул: МЯУ!!!

По-своему, по-воробьиному, но тучи его поняли и попятились.







Юрий ПУСОВ

Любовная лирика

– Ну что, идет? – крикнул Четан, задрав голову.

Юрий ПУСОВ

В свете уличного фонаря

Короткая летняя ночь опустилась на город, и он спал, убаюканный нежной прохладой, пришедшей на смену жаре дня.