Peskarlib.ru: Зарубежные авторы: Кристиан ПИНО

Кристиан ПИНО
Перышко и лосось

Добавлено: 14 марта 2015  |  Просмотров: 1068


Лосось

Он был так мал и так легок, что никто не мог понять, почему порыв ветра не поднимает его с земли вместе с опавшими листьями. Недаром его прозвали Перышком.

Перышко не был счастливым мальчиком. Мать умерла, подарив ему жизнь, отец не пережил горя и тоже умер. Мальчика взял к себе старший брат. Робер был гораздо старше Перышка. У него и его жены Эммы, одной из тех дурех, которые воображают, что порядок в доме можно поддерживать при помощи криков и подзатыльников, было уже два сына. Эти малыши были очень тяжелые, тяжелее, чем Перышко, но маленькому дядюшке приходилось их нянчить. Но не это тяготило мальчика, его угнетало другое. Старшие находили жестокое удовольствие в том, чтобы взваливать на Перышко непосильную работу в поле. Когда он пытался сгребать сено в стога или вязать снопы, они осыпали его грубыми насмешками.

Надо было видеть, с каким трудом он поднимал поросят больше себя самого или взваливал на плечи мешки с мукой − точь-в-точь муравей с громадной крошкой хлеба!

Дом брата стоял близ реки, и Перышко очень любил смотреть на ее быстрые воды и думать о том, что случится с соломинкой, увлекаемой течением, какая судьба ожидает сухой лист, куда приплывет бумажный кораблик, брошенный им с крутого берега.

Немного дальше вверх по течению была плотина. Вода там, падая, образовывала маленькие пенистые водовороты, в которых все, что попадало туда, кружилось и металось несколько минут, задерживаясь на своем пути к морю.

Деревенские мальчуганы охотно купались в этом месте, хотя оно было небезопасно, но Перышко не привлекали их забавы. Шалунам же нравилось окунать его в пенистую воронку, якобы для того, чтобы убедиться в его легкости, и мальчику приходилось глотать воду.

Однажды утром, когда Перышко, задумавшись, стоял у плотины, он увидел громадного лосося, который тщетно пытался перепрыгнуть через плотину.

Не впервые видел мальчик лосося, плывущего вверх по течению, но этот был не то стар, не то очень неловок, и после каждого прыжка он падал туда же, откуда прыгал.

Бесплодные усилия лосося сначала развлекали Перышко, но затем ему стало жаль рыбу, и он вошел в воду, чтобы помочь ей. Лососи недоверчивы, они знают, что люди не станут помогать им от чистого сердца. И увалень начал ворчать:

− Что тебе надо от меня, маленький мальчик? Не мешай, мне и так трудно.

− Я только хочу вам помочь, − ответил Перышко. − Я очень сильный и могу приподнять вас.

− Это ты-то очень сильный? − ухмыльнулся лосось. − Что-то не верится. Но вид у тебя приветливый, и я готов тебе поверить.

Лосось позволил мальчику поднять себя, что было необычайным знаком доверия, и Перышко перекинул его, словно мешок муки, через плотину.

− Браво! − радостно воскликнул лосось. − Для мальчика-с-пальчика ты настоящий Геркулес.

− Счастливого пути! − крикнул Перышко. − Позвольте мне только сказать вам, что это не очень умная затея − перепрыгивать через плотины, когда на реке есть такие глубокие, тихие ямы, где можно жить спокойно.

Но лосось продолжал свой путь и, уплывая, ничего не ответил мальчику.

Между тем время шло, не принося Перышку ничего приятного. Его невестка становилась с каждым днем все сварливее и требовательнее. Теперь мальчика заставляли еще мыть посуду, кормить скотину, доить коров. Поздно вечером, совершенно измученный, он ложился на соломенную подстилку, не находя в себе сил пойти помечтать на берег реки.

Эмма же распоясалась до того, что начала его бить. Рука у нее была тяжелая, и Перышко буквально отлетал в сторону от каждой оплеухи. А Робер молчал, не желая перечить жене. Впрочем, ничто на свете не интересовало его, кроме попоек с товарищами в деревенском кабачке.

Однажды вечером, несмотря на усталость, Перышко пошел к реке и стал смотреть на ее бегущие воды, мечтая о том, чтобы река унесла его куда-нибудь далеко-далеко, где бы он мог отдохнуть и забыться. Вдруг он услышал чей-то голос:

− Мальчуган! Мальчуган!

Перышко огляделся, но не увидел ничего, кроме знакомых очертаний кустов и камыша.

Голос раздался снова, и было ясно, что он доносится с реки. Вглядевшись, Перышко увидел громадного лосося, который в знак приветствия бил по воде хвостом и, видимо, хотел поговорить с мальчиком.

− Ты меня не узнаешь? А я узнал бы тебя из тысячи мальчиков. Ты так трогательно помог мне перебраться через плотину, и я оценил твою силу и доброту. Как тебя зовут?

− Все называют меня Перышком, но я думаю, что, когда я родился, мне дали другое имя.

− Это имя не хуже других. У людей такие любопытные и разнообразные прозвища, что я, право, не понимаю, как они запоминают их. У нас, лососей, совсем другие имена.

− Куда вы плывете теперь? − спросил Перышко.

− К морю. Это путешествие далекое, но сбиться с пути невозможно, надо только плыть по течению. Я хорошо знаю дорогу, так как из моря всегда возвращаюсь в эту реку.

− Какой вы счастливый! − вздохнул мальчик.

− Вспомни-ка, что ты сказал мне при нашей первой встрече. Ты удивлялся тому, что мы, лососи, любим далекие путешествия, и советовал мне жить в глубокой и спокойной яме.

− Так-то так, − сказал Перышко, − но только моя яма не очень спокойная. Для меня путешествие было бы отдыхом.

− Кто же тебе мешает отправиться в путь?

− Я слишком маленький, и у меня нет денег. И если я отойду далеко от деревни, меня задержат на дороге жандармы.

− Жандармы? − удивился лосось. − Я думал, что люди называют так наших приятелей сельдей.

− Нет, нет, − сказал Перышко. − Жандармы − это не рыбы, а большие сильные дяденьки в грубых башмаках и громадных кепи. Они ловят воров и возвращают родителям сбежавших детей. Так мне объяснила Эмма.

− Расскажи мне что-нибудь про Эмму. Это твоя мать?

− Нет, − ответил Перышко и рассказал лососю свою историю.

Вспоминая то один, то другой печальный случай из своей жизни, мальчик глотал слезы.

Надо вам сказать, что среди рыб лососи отличаются особой чувствительностью, и наш лосось плакал, но плакал по-своему − его глаза прямо-таки вылезали из орбит.

Люди отвратительны, − заявил он, когда его маленький друг кончил свой рассказ. − Мы не так воспитываем своих детей. Что я могу сделать, чтобы помочь тебе?

− Только одно − возьмите меня с собой.

От удивления у лосося онемели плавники.

− Взять с собой человека! До сих пор только киты отваживались на такое. Я, конечно, не говорю о тех людях, которых мы съели.

− Я маленький и очень легкий, − настаивал Перышко. − Я заберусь к вам на спину, буду указывать путь и предупреждать об опасности. А вы довезете меня до такого места, где нет ни невесток, ни жандармов.

Лосось приводил тысячу доводов против, но мальчик отбрасывал их один за другим.

И вот ночью на реке появился странный всадник маленький мальчик верхом на рыбе, без седла, без удил и без стремян.

Путешествие

Долго плыли лосось и Перышко по течению. Опустив ноги в воду, Перышко мечтал о том, что его ждет в будущем. Мимо мелькали ночные пейзажи − старые ивы, протягивающие, словно немые призраки, над рекой свои ветви, уснувшие домики, за серыми ставнями которых, быть может, отдыхали счастливые дети, широкие луга со стрекочущими кузнечиками. Случалось им проплывать под старым мостом, и Перышко невольно опускал голову, забывая о том, что он очень маленький, а своды моста высоки.

Когда лосось утомился, они остановились на ночлег в маленькой бухте. Рыба уснула в воде, а мальчик растянулся на прибрежном песке. На заре они снова двинулись в путь и встретили первое препятствие − надо было преодолеть плотину.

Лосось по привычке сильно ударил хвостом и кинулся вниз. А Перышко, как неопытный всадник, перелетел через голову своего «коня» и, описав в воздухе изящную кривую, бултыхнулся в воду. Хорошо еще, что он не ударился о камень на дне реки, ведь могло случиться и так.

После этого приключения они решили перебираться через плотины каждый своим способом, и подобных неприятностей у них больше не было. К тому же и течение стало медленнее. Они плыли теперь по тихой глади реки, порой минуя сухую ветку, гнилую доску или труп потонувшего животного.

Наступил день.

Вдруг с правого берега стали доноситься неистовые крики:

− Мальчик сидит на воде!

− У него нет лодки!

− Он утонет!

− Бедняжка!

Это кричали перепуганные девочки − они видели Перышко, но не видели рыбу и помчались домой звать на помощь родителей. Когда взрослые прибежали на берег, наши друзья были уже далеко. Девочек наказали за то, что они обманули старших.

В течение дня такие сцены повторялись не раз. Как же скудно воображение у людей! Если ведьма может летать верхом на помеле, то почему мальчик не может плыть, сидя на воде?

Путешественники очень обрадовались наступлению вечера.

− Я никогда не чувствовал себя таким разбитым, − признался лосось. − Ты не тяжелый, но меня не приучали с детства носить грузы на спине. Думаю, завтра мне будет уже легче.

Они прекрасно провели ночь, хотя рыбу, спина которой высовывалась из воды, покусали комары.

А на следующий день чуть не случилась новая беда.

Они плыли недалеко от берега, и голодный лосось, увидев впереди маленькую блестящую рыбку, проворно кинулся за ней.

Стой! − завопил Перышко. − Это приманка. Я вижу рыбака, он притаился в засаде.

Вот как плохо могло окончиться их путешествие!

Лосось поблагодарил друга за его сообразительность.

− Ты спас мне жизнь. Я уже однажды чуть не пал жертвой своей жадности. Только чудом мне удалось отцепиться от страшного приспособления, которое раздирало мне челюсти. Но ты, должно быть, ужасно проголодался?

Да, это была правда. Мальчик ничего не ел два дня, и в животе у него было совсем пусто. Пришлось сделать привал. Перышко вышел на берег, а лосось спрятался в тени кустов, которые нависли над рекой.

Пройдя несколько сот метров, мальчик остановился перед приглянувшимся ему домиком. Дверь открылась, и вышел худенький растрепанный малыш с краюхой черного хлеба в грязной ручонке.

− Здравствуй, − сказал он Перышку.

− Привет, − ответил тот. − Тебе что надо?

− Я голоден.

− Сейчас я попрошу хлеба у своей невестки, − сказал худышка и вернулся в дом. Когда же он снова вышел, Перышко был уже далеко.

Вторая попытка была удачнее. Старая женщина в красивом кружевном чепце встретила его приветливо.

− Прелестный мальчик! Какой ты маленький! Ты голоден? Я дам тебе хлеба с вареньем и стакан молока.

Куда девалась легкость Перышка! Он так наелся, что едва мог поднимать свои отяжелевшие ноги.

− А теперь, голубчик, − продолжала старушка, − тебе надо поспать. Маленькие дети должны после завтрака отдыхать.

Отдыхать? Но ведь лосось ждет его под кустами!

− Это совершенно невозможно, сударыня! − твердо сказал Перышко. − Меня ждут.

− Тебя ждут, мальчуган? Кто же тебя ждет?

− Да… приятель.

− Почему ты не привел его с собой? Пойдем за ним.

Разве можно было привести старушку к лососю! Как объяснить ей все?

− Мой друг, − настаивал Перышко, − ждет меня далеко отсюда. Мне надо идти.

− Не могу же я отпустить ребенка одного! Я должна знать, куда ты идешь, и записать адрес твоих родителей.

И вот нашего героя раздели и уложили в мягкую постель с розовым одеялом. Он уже не мог больше сопротивляться и только что-то невнятно бормотал.

К счастью, старушка не сообразила, что легкий и смелый мальчик может спуститься со второго этажа через балкон по водосточной трубе. Очутившись на свободе, Перышко побежал к реке, где угрюмый лосось встретил его сердито.

− У тебя нет никакого представления о времени, − ворчал он. − Не думаешь ли ты, что мы можем отдыхать и ночью и днем? Сыт ли ты по крайней мере?

Тут мальчик рассказал о своем приключении.

− Все ясно, − сказал лосось. − Отныне ты будешь питаться рыбой.

− Рыбой? И это предлагаете мне вы?

− Это превосходная пища.

− Конечно, − согласился мальчик.

Ни за какие коврижки он не сознался бы, что однажды ел лососину.

− Конечно, − повторил он, − только я боюсь огорчить вас.

− Меня? Огорчить? В реке и в море большие рыбы едят маленьких. Это никого не удивляет. И не мешает дружбе.

Итак, порешили, что Перышко будет есть рыбу.

Но когда мальчик захотел поджарить улов лосося, тот очень рассердился. «Это было бы просто оскорбительно! − сказал он. − Случается, соседи поедают друг друга, но поджаривать! Тебя совсем не воспитывали!»

Кончилось тем, что Перышку пришлось довольствоваться паданцами, которые он подбирал вдоль изгородей, и сырой морковью с огородных грядок.

Перышко никогда не покидал своей деревни, и теперь он живо интересовался всем, что видел. Его приводили в восторг большие города с высокими домами, громадными мостами и соборами, шпили которых терялись в облаках.

Не раз путешественникам угрожала опасность. Люди толпились на мостах у перил, удивляясь мальчику, который скользит по воде. Случалось, что дорогу им преграждали сети и лососю приходилось делать невероятно большие прыжки, чтобы не стать их жертвой. А сколько раз Перышко чуть не падал со спины рыбы, как это произошло у первой плотины!

Они стали спать днем и путешествовать ночью, чтобы избежать ловушек, расставленных на их пути. Наконец без новых приключений они вышли в море. Плыть стало значительно труднее − громадные волны грозили смыть всадника, который едва держался на своем «коне».

О том, чтобы поесть, попить и поспать, не могло быть и речи. Сколько раз Перышко сожалел об охапке соломы, на которой дома он мог спокойно растянуться на ночь. Но лосось был иного мнения об этом и ободрял своего товарища.

− Еще немного терпения, − повторял он, когда вокруг бушевало море, − и ты будешь вознагражден за все свои страдания.

И вот в одно ясное, тихое утро они приплыли к маленькому островку.

− Я оставлю тебя здесь, − сказал лосось. − Ты будешь вполне счастлив. Тебе незачем плыть со мной дальше, ты совсем изведешься от усталости. На обратном пути я навещу тебя.

Мальчик был так утомлен, что не стал возражать. Едва очутившись на берегу, он лег на влажный песок и крепко заснул.

Остров птиц

Перышко часто представлял себе, как после страшного кораблекрушения он один попадает на необитаемый остров. И вот, проснувшись, мальчик решил добросовестно исполнять роль Робинзона. Но ведь кораблекрушения не было и, значит, не было разных обломков, инструментов, бочонков с ромом или пресной водой, ящиков с бисквитами или с прессованной говядиной и тех неожиданных предметов, которые на необитаемом острове могут заменить мебель.

Мальчик мысленно составил список всего, что было совершенно необходимо для спокойной жизни на новом месте. Пока погода была чудесная − ни тени облачка на синем небе, − но надо было предвидеть и бури, и грозы, и проливные дожди.

Затем нужна была питьевая вода. Но на этот счет Перышко был спокоен − лосось не привез бы его в такое место, где можно умереть от жажды.

Наконец, надо было подумать и о пище. На пустынных островах питанием служат главным образом ракушки и фрукты.

Первая прогулка привела мальчика в восторг. Островок был небольшой, около четырех квадратных километров, и Перышко осмотрел его, не очень утомившись и не изранив ноги. Здесь было все, о чем мог мечтать потерпевший кораблекрушение!

Посреди острова возвышалась поросшая зонтообразными соснами небольшая горка с маленькими гротами, устланными, точно ковром, мелким песочком, где можно было прилечь и так чудесно отдохнуть.

Около одного грота из расщелины скалы бил холодный прозрачный ключ. Вода образовала там маленький пруд, на котором пестрели кувшинки всевозможных оттенков.

А из прудика вытекал ручеек и бежал по вырытой им лощинке вниз, к самому морю.

Это место особенно понравилось Перышку, оно сплошь было покрыто плодовыми деревьями. Высоко-высоко виднелись кокосовые орехи, пониже росли финики и ананасы, а еще ниже − апельсины, их легко можно было достать рукой.

Мне могут возразить, что такие плоды редко растут рядом, но не надо забывать, что этот островок был единственным в своем роде, почему лосось и выбрал его для Перышка.

Перышко любил поесть и жадно набросился на фрукты, радуясь, что не слышит над ухом голоса невестки: «Ты слишком много ешь! Ты заболеешь. Ты не знаешь, что нам стоит прокормить тебя. Сразу видно, что не ты платишь по счетам лавочника».

В этом волшебном краю всего было в изобилии. Жаль только, что по сравнению с тем, что оставалось, съесть можно было так мало!

Пройдя лощинку и обогнув холм, мальчик вышел на широкую и светлую зеленую лужайку, слегка позолоченную солнцем. Она отлого спускалась к морю со стороны, противоположной тому месту, где высадился Перышко. Вот где чудесно можно побегать!

Дальше начиналась каменистая местность, покрытая тощим кустарником. Мальчик решил осмотреть ее завтра.

Усталый от прогулки, Перышко повернул обратно, миновал плодовый сад и вошел в один из гротов. Там он и провел вторую ночь.

Рано утром его разбудило пение. Это птицы приветствовали Перышко. Накануне они были встревожены и молчаливы, но сегодня вид маленького мальчика, мирно спящего в гроте у самого входа, успокоил их, и пернатые, покинув гнезда, собрались со всего острова, чтобы приветствовать гостя.

Когда мальчик встал и вышел из грота, птицы слегка посторонились, давая ему дорогу.

Навстречу Перышку выступила самая большая птица, яркое оперение которой напоминало палитру вдохновенного художника. Она вежливо поклонилась гостю, трижды опустив перед ним свой перламутровый клюв.

− Я король птиц этого острова и говорю тебе от имени всех − милости просим к нам. Мне следовало бы произнести свою речь на человеческом языке, но я плохо знаю его. Поэтому мы лучше споем в твою честь одно из моих последних произведений. Я композитор, и не без таланта.

Король приосанился, еще раз поклонился гостю и, повернувшись, властным движением призвал своих подданных к тишине. Он даже метнул строгий взгляд на маленькую серо-голубую пичужку, которая пискнула, пробуя голос.

Стало так тихо, что жужжание комара показалось бы шумом мотора.

Король поднял правую лапку и начал дирижировать. Никогда Перышко не слыхал такого изумительного хора. Замогильные басы грузных попугаев перекликались с высокими, кристально-чистыми голосками крошечных голубых, цвета лаванды птичек с темно-синими полосками.

Когда птицы кончили петь, Перышко стал им аплодировать, что очень удивило хозяев острова. Затем мальчику пришла в голову неудачная мысль − в знак признательности спеть птичкам старую-старую колыбельную песенку, которой Эмма убаюкивала детей. Впрочем, он скоро замолчал, видя, какое странное впечатление произвело его пение. Птицы изнемогали от хохота. Маленькая серо-голубая пичужка упала на спину, подняла вверх лапки и буквально задыхалась от смеха. Один король пытался сохранить свое достоинство.

− Можно только удивляться тому, − сказал он Перышку, − что ты умеешь петь так фальшиво. Кто научил тебя этому искусству? Для нас будет большим удовольствием слушать тебя время от времени. На нашем острове мало развлечений, даже бродячие цирки не заглядывают к нам.

Наш друг был несколько уязвлен такой оценкой своего таланта, так как не сомневался в своих способностях, однако дружеский тон короля птиц обезоружил его, и он не смог рассердиться.

Через несколько минут Перышко так подружился с птицами, что они садились к нему на руки, на плечи и голову.

Но лишь один король мог изъясняться на понятном Перышку языке.

− Я представлю тебя королеве немного позднее, − сказал он. − Сейчас она сидит на яйцах, и я не хочу ее тревожить.

Перышко воспользовался любезностью своего собеседника, чтобы подробно расспросить его об острове.

− Это очень приятное место, − ответил король. − Оно понравится тебе. Здесь круглый год зреют самые разнообразные фрукты, среди камней много съедобных ракушек. Две трети острова опоясаны пляжем, и ты можешь спокойно купаться − к нашим берегам акулы не подплывают. Никто не видел их здесь с незапамятных времен. По ту сторону горы местность покрыта оврагами и колючим кустарником. Это единственная негостеприимная часть нашего острова. Я не советую тебе ходить туда.

Последние слова король произнес со значением, но Перышко не обратил на это внимания. Он был очарован островом и нисколько не сожалел о мрачной ферме, о тяжелой работе на поле, о визгливых окриках невестки. Он сорвал великолепный ананас и только собрался очистить его, как с полдюжины птичек слетелись к нему на помощь и быстро заработали клювами. Перышку оставалось только с наслаждением погрузить зубы в сочную, душистую мякоть.

В полдень он вышел на лужайку, покрытую маленькими цветочками, похожими на полевые маргаритки, но с голубыми, зелеными и красными лепестками. Пройдя ее, он очутился среди скал, по которым и спустился к морю. В лужицах между камнями он собирал ракушки, а птицы с клювами, похожими на устричные ножи, открывали крепкие створки, чтобы Перышко мог достать содержимое ракушек и пообедать. Так закончился второй день пребывания Перышка на острове. Благодаря назидательной беседе с королем птиц этот день был еще счастливее и интереснее первого.

Змейка

Дни проходили за днями. Мальчик и не думал считать их. Ничто не нарушало спокойного течения жизни Перышка и его пернатых друзей. Никаких событий, никаких волнений. Вскоре мальчик начал задумываться, чем бы заполнить долгий солнечный день. И он стал строить на пляже средневековые замки из песка. Времени было много, и замки вырастали один за другим, величественные, с зубчатыми стенами, башнями и бойницами. Их окружали рвы, наполненные водой, для защиты от возможных нашествий. Эта игра очень нравилась птицам, и они принимали в ней живейшее участие − приносили мелкие цветные камешки для разных украшений и несли гарнизонную службу. Надо было видеть, как важно переходили они через подъемный мост, оставляя на песке отпечатки своих лапок, и, сменяя караул, становились за бойницами.

На торжественном открытии самого прекрасного замка присутствовали король и королева, которая к тому времени уже вывела птенцов.

Через несколько недель берег стал неузнаваем. Тот, кто увидел бы остров издали, невольно задал бы вопрос зачем так сильно укреплен этот маленький клочок земли?

Но погода изменилась, пошли дожди и размыли песочные замки. Строить снова мальчику не хотелось.

Однажды, сам себе не смея сознаться в том, что скучает, Перышко решил осмотреть незнакомую ему часть острова. Совсем забыв о предостережении короля птиц, он беспечно миновал скалы и углубился в колючий кустарник.

Идти было нелегко. В ноги то и дело впивались мелкие колючки, и мальчик начинал раскаиваться в своей затее, но раз уж он пошел, надо было дойти хотя бы до второго скалистого откоса, чтобы спуститься к морю с другой стороны.

Вдруг Перышко оцепенел от ужаса. Посреди чащи, на открытой полянке лежала груда человеческих костей. Он видел проломленные черепа с пустыми впадинами глаз, берцовые и плечевые кости, прекрасно сохранившиеся грудные клетки, острые лопатки и другие части скелета, с которыми детей знакомят в школе. Страшнее всего были кисти рук, судорожно сжимающие пустоту.

Откуда на острове взялись скелеты? Какая таинственная сила настигла здесь людей? Не станет ли и он, Перышко, ее жертвой? Не останутся ли здесь навеки и его кости?

В то время как эти страшные мысли терзали мальчика, где-то вблизи послышалось шипенье, и Перышко увидел маленькую оранжевую змейку с треугольной головой. Она поднялась на хвосте и сказала свистящим голосом:

− Не шевелись, или ты умрешь.

Перышко невольно поднял руки в знак добрых намерений.

− Кто ты? − спросило маленькое существо. − Ни ростом, ни видом ты не похож на тех, кто приходил сюда раньше. Они все погибли от моего яда. Он в несколько секунд убивает все живое.

Несмотря на это малоутешительное предупреждение, Перышко рассказал свою историю.

− Итак, − сказала змейка уже более приветливо, − тебя привез сюда лосось. Ты явился не с целью захватить силой мой остров и сделать жизнь на нем невозможной для таких, как я? Но почему ты не остался на лужайке или в долине среди деревьев? Почему тебе вздумалось колоть ноги в этих неприглядных кустарниках?

− Мне было скучно, − сказал Перышко.

− Видно, все люди одинаковы. Если они счастливы, они начинают скучать и стремиться сами не зная куда, где нередко и находят свой печальный конец.

− Я больше никогда не буду так делать, госпожа змейка.

− Я это знаю, но все равно тебя следовало бы проучить. Впрочем, если я ужалю тебя, это уже не будет для тебя уроком. Ты мне понравился, и я, пожалуй, сделаю для тебя исключение − подарю тебе жизнь. А это значит, что вместо того, чтобы умереть сейчас в кустах, ты когда-нибудь умрешь под смоковницей.

− Благодарю вас, − пролепетал Перышко.

− Я разрешаю тебе посещать меня время от времени. Только хорошенько запомни − я не терплю, когда мне наступают на кончик хвоста. А теперь беги, если не хочешь ночевать среди колючек.

Когда же наш герой, который совсем не по-геройски трясся от страха, повернулся, чтобы идти назад, змейка остановила его.

− Нет, не туда. Иди вперед, и ты выйдешь с другой стороны острова. Так ты как бы завершишь круг.

И мальчик пошел вперед. Ноги у него подкашивались. Он пересек второй скалистый откос, вышел на лужайку, где цветы уже зябко складывали на ночь свои лепестки, и очень обрадовался, когда подошел к знакомым деревьям. Здесь в большом волнении его ожидал король птиц.

− Я уже не рассчитывал увидеть тебя. Оранжевая змейка обычно никого не щадит. Но я сам виноват, я должен был яснее сказать тебе о тех опасностях, которые угрожают тебе в кустарниках.

Узнав о благосклонности змейки, король удивился и сказал:

И все же я не советовал бы тебе воспользоваться этим приглашением. Оставайся-ка с нами, это будет благоразумнее. Своим подданным я запрещаю ходить на ту сторону острова.

Этой ночью Перышку снились ужасы − змеи и скелеты кружились в причудливой пляске.

Шли месяцы, однообразные и спокойные. И вы можете мне не поверить, но Перышко снова решил пойти к змейке. Он продвигался осторожно, боясь нечаянно наступить на неприкосновенный хвост. Мальчик был принят отлично.

− Я не надеялась, что ты придешь снова. Должно быть, ты очень скучал, если отважился прийти ко мне. Но я тебе рада. Мне тоже порою кажется, что время ползет слишком медленно. Если бы какой-нибудь лосось повез меня на своей спине, я б охотно отправилась в такой край, где много людей, чтобы жалить их.

Перышко и змея стали встречаться часто. У них вошло в привычку проводить время в долгих беседах. Птицы ревновали своего дружка и не могли смотреть спокойно, когда он направлялся к чаще кустарника. Но постепенно они примирились с тем, что нужно делить привязанность мальчика с оранжевой змейкой, и, когда Перышко возвращался на ночь в свой грот, они встречали его обычной песней.

Как это ни странно, но змейка страстно любила небесный свод. Целыми часами могла она глядеть на звезды. Иногда она задерживала своего приятеля на ночь, желая объяснить ему тайну движения звезд. Млечный Путь приводил ее в восхищение, и, глядя на него, она блаженно шипела, хотя никогда не покидала остров и не имела никакого представления о молоке, этом излюбленном лакомстве змей.

От змейки мальчик научился распознавать небесные светила. Но так как Перышко не знал ни мифологических, ни научных названий звезд, он придумывал их сам.

Как-то вечером, глядя на падающую звезду, мальчик воскликнул:

− Она совсем как небесная змейка!

Это сравнение очень польстило его приятельнице. Так иногда удачно сказанное слово рождает крепкую дружбу.

Возвращение

Однажды утром Перышко сидел на берегу, болтая ногами в воде. Он развлекался тем, что набирал в горсть мелкий песок и смотрел, как он сыплется между пальцами. Вдруг он услышал свое имя. Его звал лосось.

Как они оба обрадовались встрече! Перышко целовал друга в плавники, а лосось ласково покусывал пальцы мальчика.

Когда радость свидания несколько улеглась, лосось спросил:

− Ну, что ты скажешь о моем острове?

− Он изумительный!

И Перышко рассказал о своей жизни, о своих развлечениях, о своих друзьях − птицах и змейке.

− Змея! − забеспокоился лосось. − Она ужалит тебя.

− О нет, она стала мне отличным товарищем. Благодаря ей я меньше скучал. Мы говорили о звездах.

− Скучал? Этому я не верю. Вспомни свою жизнь на ферме − можно ли сравнить ее с жизнью на острове? Здесь ты сыт и можешь играть целыми днями, у тебя нет никакой работы.

− Вот в этом-то и дело, − признался Перышко. − Я чувствую себя совсем ненужным.

− А ты воображаешь, что в другом месте ты нужен?

− Может быть. Я вспоминаю, как кормил и водил гулять своих маленьких племянников. Как стирал их штанишки … Они были такие славные, эти малыши. Они не виноваты, что у них злая мать.

− Ну, если они такие славные, я передам им твой привет, когда буду проплывать мимо фермы. Хочешь, я привезу их сюда?

− Значит, ты возвращаешься в нашу реку?

− Да, как обычно.

− Лосось, милый, возьми меня с собой!

− Перышко, ты сошел с ума!

− Мне скучно.

− Ты хочешь вернуться к убогой жизни, к краюхе черного хлеба?

− Мне опротивели ананасы.

− Ты хочешь спать на сене вместо мягкого песка?

− Мне нравится запах сена.

− Ты хочешь увидеть снова свою невестку?

Это был серьезный довод. Перышко задумался. Однако лосось не сумел воспользоваться моментом. Ему бы помолчать, а он очень некстати сказал:

− Я буду навещать тебя каждый год.

− Каждый год? − Перышко не мог согласиться на такое долгое ожидание. − Нет, видно, ничего не поделаешь, − сказал он. − Мне скучно. Возьми меня с собой.

− Ну что ж, ладно, − сказал лосось. − Я не могу отказать тебе, но никогда больше не проси меня ни о чем. Можешь проститься с островом навсегда. На географической карте ты его не найдешь, и попасть сюда можно только после кораблекрушения. Но если ты твердо решил, садись ко мне на спину и поплывем!

− Дай мне несколько часов, я должен проститься с друзьями, они были так добры ко мне. Подожди меня у берега, здесь вода теплая и спокойная.

Король птиц очень огорчился, узнав об отъезде Перышка.

− Никогда больше, − сетовал он, − мы не найдем мальчика, который умел бы так фальшиво петь и так смешить нас. На прощанье мы устроим для тебя концерт. − И король так громко крикнул, что через несколько секунд к нему слетелись птицы со всего острова и даже те, что ловили в море рыбу.

Надломленным голосом (он обладал талантом актера) король объявил птицам, что Перышко покидает их. В ответ раздались крики отчаяния. Затем начался прощальный концерт. Никогда еще птицы не пели с таким искусством и воодушевлением. Маленькая серо-голубая пичужка пищала так жалобно, словно исходила слезами. Перышко был растроган. Минуту он колебался, не остаться ли, но было слишком поздно. Прощальный концерт не повторяется.

Оранжевая змейка очень рассердилась, когда Перышко объявил ей о своем решении.

− Я могла бы ужалить тебя, чтобы заставить остаться со мной, но на что мне неподвижный товарищ, чьи глаза не видят звезд? Убирайся!

− Нет, нет, я так не уйду, − простонал мальчик. − Я очень полюбил вас и не хочу, чтобы вы сердились на меня.

Змейка подумала с минуту, потом сказала:

− Итак, ты возвращаешься к своей замечательной невестке?

− Да, придется.

− Она будет бить тебя?

− Да, вероятно.

− Перышко, ты настоящий дуралей. Но я не стану тебя учить. Мне хотелось бы только поговорить с лососем перед твоим отъездом.

− Это очень трудно.

− Неужели ты думаешь, что я не могу подняться на берегу на хвосте и говорить так громко, чтобы мои слова были слышны в море? Повинуйся мне, иначе я ужалю тебя!

Перышко проводил змею к самому берегу и познакомил ее с лососем, который наполовину высунулся из воды. Между новыми знакомыми завязалась беседа, из которой Перышко не понял ни одного слова. Потом маленькая змейка уползла, но вскоре вернулась с какой-то причудливой раковиной; она передала эту раковину лососю, который осторожно спрятал ее в своей громадной пасти.

− А теперь прощай, друг мой, Перышко, можешь отправляться. Только, пожалуйста, не оглядывайся, я избегаю излишних волнений.

И оранжевая змейка бесшумно исчезла.

Обратный путь был очень долгий, так как плыть приходилось против течения. Кроме того, Перышко подрос и пополнел, а лосось чувствовал себя усталым.

Проплывая мимо городов, они принимали все меры предосторожности, чтобы избежать неприятностей первого путешествия. Даже за пищей Перышко не ходил в неизвестные ему селения. И вот в одно прекрасное утро путешественники подплыли к знакомому берегу. С волнением смотрел Перышко на серые ставни домика брата, на дымок, вылетающий из трубы.

Прощаясь с мальчиком, лосось подал ему раковину, которую хранил в своей пасти во время пути.

− Хорошенько береги эту раковину, − сказал он. − Она закупорена водорослями, а внутри нее находится несколько капель жидкости, которая может тебе пригодиться. Стоит только брызнуть на того, кто захочет тебя обидеть, и он уже не сможет причинить тебе зло.

− Но я никого не хочу убивать, − сказал Перышко.

− Ты никого и не убьешь этим. Я говорю только, что ты не дашь сделать себе зло.

Растроганный прощаньем, лосось поплыл от берега, а мальчик посылал ему вслед воздушные поцелуи.

Возвращение Перышка на ферму привело всех в большое волнение.

− Наконец-то ты явился, бездельник! − рычала Эмма. − Отправляясь на прогулку, ты не спешишь к обеду. Мы так волновались, твой брат и я. Некому смотреть за детьми! Некому мыть посуду! Пришлось взять работницу, а мы не богачи!

− Зато, − сказал Перышко, − вам не пришлось тратиться на пищу для меня.

Он еще смеет перечить мне, негодный мальчишка! Робер, как ты можешь терпеть такого отвратительного брата?

И оплеухи градом посыпались на Перышко.

Последующие дни ничем не отличались от первого утра. Несмотря на любовь к своим славным маленьким племянникам, Перышко уже горько сожалел, что вернулся.

Однажды Робер пришел домой более пьяный, чем обычно. Эмма яростно накинулась на него, он же, хотя язык у него заплетался, отвечал ей примирительным тоном.

На беду Перышко что-то сказал в это время, и тогда весь гнев невестки обрушился на него. Не помня себя, она стала колотить и пинать его ногами. Наконец, обезумев от злобы, Эмма схватила кочергу и замахнулась на мальчика. Перышко испугался. Вспомнив про раковину, он быстро достал ее из кармана, откупорил и брызнул на Эмму жидкостью в тот самый момент, когда она уже готова была раскроить ему череп. Действие жидкости оказалось потрясающим. Молодая женщина сначала затихла, потом стала задыхаться и кричать: «Воды, скорее воды!» − и, выбежав из дому, понеслась к реке.

− Что ты сделал с моей женой? − крикнул Робер. − Дай сюда то, что ты держишь в руке.

Но Перышко не захотел отдать раковину, и брат, силой разжав его пальцы, вырвал ее из рук мальчика. При этом жидкость попала ему на ладонь. И тут с братом случилось то же, что с невесткой. Он стал задыхаться и выскочил из дому с воплями: «Воды! воды!»

Перышко со всех ног помчался за ними. Но он не успел их догнать и с ужасом увидел, как один за другим они бросились в воду. Когда же он добежал до реки, и брат и невестка исчезли, зато он увидел двух великолепных лососей, которые плыли вверх по течению. Приблизившись к плотине, они сильным и ловким прыжком легко перескочили через нее и поплыли дальше привычной дорогой лососей. Перышко заплакал. Его доброе сердце сжалось от боли при виде того, что случилось с его родными. Потом он вернулся домой. Малыши спали. Он нежно поцеловал их и решил, что заменит им родителей.

Время шло. Перышко очень разумно хозяйствовал на ферме. Все охотно помогали мужественному и доброму мальчику. Да и самому Перышку было приятно сознавать, что он делает доброе дело. Так мало-помалу он стал забывать и остров, и птиц, и змейку.

Как-то после трудового дня мальчик отдыхал у реки, окунув ноги в прохладную воду. Вдруг он услышал свое имя. Перед ним плескались в реке три огромных лосося. Мальчик сразу узнал в них своего друга, брата и невестку.

− Прошу тебя, − обратился Перышко к старому товарищу. − Верни Роберу и Эмме человеческий образ. Они не заслужили такого наказания.

− Это вовсе не наказание, − сказал Робер. − Мы теперь гораздо счастливее, чем были. Нам совсем не хочется снова работать.

− Этот гадкий мальчишка неисправим, − взвизгнула Эмма, − он завидует нам. Займись-ка лучше фермой и мальчиками! − И, уплывая, она прибавила: − Да почище мой посуду! Ее надо вытирать, пока она не высохла.

Это были ее последние слова.

Все три лосося нырнули в глубокую воду и скрылись в длинных колеблющихся водорослях.







Кристиан ПИНО

История деревянной ложки

На полпути между лесом и морем в хорошеньком маленьком домике жила счастливая семья.

Кристиан ПИНО

Призрак повешенного Рыцаря Легенда

Влюбленные не ходили гулять в «лес повешенного», дети никогда не играли там в прятки, старые люди, приближаясь к лесу, осеняли себя крестным знамением.