Peskarlib.ru: Русские авторы: Наталья ДУРОВА

Наталья ДУРОВА
Мастерская добрых дел

Добавлено: 9 марта 2015  |  Просмотров: 707


— Это гостиница цирка?

— Да!

Я услышала дыхание в телефонной трубке, потом возню и несколько детских голосов, перебивающих друг друга:

— Как ты говоришь! Причём же гостиница! Говори сразу.

— Я слушаю вас, — повторила я.

— Нам нужно писательницу Дурову, — зазвенел другой, но тоже взволнованный детский голос.

— Я вас слушаю.

— Это вы — здрасьте! С Новым годом! По поручению мастерской добрых дел. Гриша Соловьёв. Вы помните, вы тогда у нас в больнице выступали. Ну да, мы ещё тогда совсем лежачими были.

— Да-да! — я мгновенно вспоминаю. Такое не забывается: дети, прикованные к постели врождённым недугом.

— Так вот! Вы слушаете? Мы очень хотим, чтобы вы в эти каникулы выступили у нас.

— Я приеду, обязательно.

— Нет-нет, к нам нельзя. По городу ходит грипп, и к нам поэтому никого не пускают.

— Ах, что ты делаешь, лучше я скажу, — перебил его другой голос, — Наталья Юрьевна, мы вас очень просим выступить сейчас. Понимаете, у нас в боксе, ну там, где мы всегда, там ёлку украшают, а нам позволили побыть у телефона в кабинете врача, чтобы вас послушать. Мы все здесь, понимаете? Семнадцать человек. Чувствуем себя хорошо, многие ходят, вы мне рассказывайте в трубку, а я ребятам.

Опять я ясно слышала в трубке возню и говор:

— Хитрая! Ей говорить, а может, и я хочу. Ты ведь «л» не выговариваешь.

— И я хочу! И я! И я!

— Ребята, ребята — стоп, — тут пришлось мне вмешаться. — Буду разговаривать со всеми. Только, чур, договоримся: сначала вы расскажите мне о мастерской добрых дел.

— Мы придумали её к ноябрьским праздникам. После случая с Пёстрыми Ушами.

— Не понимаю!

— Витя, ты видел, иди к трубке.

— Знаете, как было. Мы после обеда всегда смотрим в окно. Интересно там. Когда ещё нет телевизора. Передачи же не целый день, — раздался вздох, и опять с азартом весёлый мальчишеский голос, захлебываясь, продолжал: — Так вот, днём мы в окно на улицу смотрим, как на кино. Знаете, тут дом строят и люди всякие ходят. Мы придумываем история про них, есть даже баба-яга. Тётенька, которая голубей прогоняет. Сейчас быстро очень темнеет, поэтому наша улица в окне к вечеру уже не кино, а театр теней. Но с Пёстрыми Ушами случилось всё днём. Как раз я рассказывал историю про мушку, потому что ещё далеко-далеко бежала по дороге собака. Она уже была близко от нашего перекрёстка. Такая большая, с одним серым, а с другим рыжим ухом. Она подошла к прохожему, стала обнюхивать его сумку. Я ещё ребятам успел сказать: ура — на след напала. Вдруг человек хлопнул варежкой по сумке. Она испугалась и — брысь, да прямо на дорогу. А тут машина. Страшно было. Нам всем показалось, будто она кричит. Мы все, кто мог и кто не мог, повскакивали и к окну. А собака лежит.

Я чувствую, как навёртываются на глаза слёзы. Представляю себе эту трагедию: приплюснутых стеклом семнадцать носов и отчаянные слёзы, которые видят раздавленную равнодушно скрывшейся за перекрёстком машиной собаку, видят и…

— О! Она так хотела подняться. Знаете, даже нам казалось, что она кричала. У неё так оскалились зубы. Мы не легли, пока нянечка не внесла её во двор.

Я перевела дыхание. Неужели за рулём сидел человек, который имел сердце! Что за чушь, иначе бы его руки не крутили баранку. Тогда, водитель, если даже ты случайно совершил жестокость, прислушайся к своему сердцу, оно не может не сказать тебе: «Осторожно, жизнь! Кругом жизнь! Береги жизнь!»

— В тот же день нам попало от врача. Знаете, все боялись, что мы заболеем ещё больше. Но мы помогли нашему другу. Это ведь он и есть Пёстрые Уши! Наталья Юрьевна, он с одной стороны, где серое ухо, -

очень породистый, почти овчарка до хвоста. Понимаете? Так вот доктор сказал, что мы для него сделали доброе дело, а для себя — нет и что ещё не известно, чем всё может кончиться. Да и правда, потом Стёпа был прямо на волоске. Тут мы решили так стараться, чтоб всё было хорошо, чтоб не на волоске, а прямо вот на морском канате — крепко, и Ира предложила создать мастерскую добрых дел.

— Какая же из них Ира? — я тереблю память. Девочки, их было шестеро. У одной большие ярко-голубые глаза и тёмный ёжик коротко остриженных волос. Потом полненькая, со смущённым и любопытным взглядом.

— Ира! Так, значит, ты главный мастер добрых дел?

— Не-ет! У нас его выбирают каждую неделю.

— А кто может быть участником вашей мастерской?

— Тот, кто хочет стать крепким и здоровым. Кто честный. Кто мужественный, обязательно мужественный, чтоб не плакал, даже если боится укола или больно.

— Ира, молодчина, как хорошо-то! — невольно вырвалось у меня. — Но кто придумал это дело?

— Наталья Юрьевна! Да ведь вы нам его подсказали. Неужели не помните? — в трубке замолчали. А мне трудно было ответить. Я плохо говорила в тот день у них в больнице. Я забывала о своих написанных рассказах, я просто делилась с ними своим сердцем, в ту мипуту мне хотелось, чтоб им навсегда передался его чёткий, здоровый ритм. Родные мои читатели.

— Ира! Я помню всё.

— Но вы напишите о ней и только, пожалуйста, не забудьте, что мы первые её организовали. Ведь очень трудно здесь в палате сделать что-то большое, настоящее доброе дело. Правда, мы живём дружно. Мы отвечаем друг за друга. А в день рождения мы дарим друг другу сюрпризы. Они необыкновенные. Ведь подарок можно сделать, и мы делаем его, но никак он не получается сюрпризом. Здесь его даже под подушку не положишь, чтоб никто не знал. Наши сюрпризы — это утром сказать самое лучшее пожелание. А к Новому году мы делаем игрушки. Клоунов из яичной скорлупы. Мы очень просим, чтобы их обязательно повесили на нашу ёлку.

— Теперь я скажу о Деде Морозе. — Это Гриша Соловьёв. — Вы слышите меня?

— Слышу, слышу.

— Деда Мороза мы называем Главврачом. Потому что он приходит к нам, когда плохо, чтобы помочь, и когда очень хорошо, чтобы выписать домой. Из тех, кого вы знали, уже выписали четверых. Они уезжают, а потом нам пишут про свои дни, какие у них бывают дома. Они там тоже должны организовать мастерскую добрых дел. Ой, что-то в трубке тарахтит!

— Нет-нет, это я закашлялась!

— А вы что же, больны?

— Совсем немного, простужено горло.

— А врач у вас был?

— Ещё нет.

— Наталья Юрьевна, мы вам сейчас поможем. У вас где-нибудь ложка есть? Ага. Значит, возьмите её в руки. Откройте рот и надавите на язык. Теперь посмотрите, если язык красный — значит, ангина.

— Гриша, чего ты выдумываешь, разве можно самому свой язык осмотреть. Знаете, лучше, надавите на язык и так громко скажите: «А-а-а». Всё ясно — вместо «А» получается «Гы» — значит, у вас ангина. Сейчас мы вам поможем. Ребята, кто болел ангиной? Ты, Женя, иди к телефону и скажи, как нужно Наталье Юрьевне лечиться!

— Наталья Юрьевна! Это я, Женя. Это вы — это я. Сейчас пусть на вас наденут тёплую полосатую пижаму, а потом в обед мне дали манную кашу с вареньем и в ужин варенье с молоком.

— Про лекарство же нужно! Вот чудак. Чего тебе пить давали, то и Наталья Юрьевна будет пить.

— Этого я не знаю. Чего-то маленькие, беленькие таблетки. Гриша их октябрятами называл, они в прозрачной бумаге, все парами, друг за другом.

— Я знаю эти таблетки. Спасибо, Женя, ты великолепный врач, а сколько же тебе лет?

— Может быть, в этом году исполнится шесть.

— Почему же только может быть? — улыбнулась я.

— Не слушайте вы его, Наталья Юрьевна, он просто родился 29 февраля. И теперь всех спрашивает, будет ли у него в этом году день рождения или нет. Сейчас мы вам поможем. Гриша вспоминает про лекарство. А пока я хочу вам сказать, что из семнадцати у нас девять ребят хочет быть космонавтами, шестеро — дрессировщиками, один — поваром, а один — пожарником. Наталья Юрьевна, не сердитесь, Гриша никак вспомнить про ангину не может. Знаете, лучше по сердцу. Оно у вас как, не болит? А то по сердцу мы всё-всё знаем.

— Спасибо, родные! Спасибо, что поделились со мной самым дорогим своим большим сердцем. Ведь это оно помогло создать вам мастерскую добрых дел. Желаю успеха в этом настоящем деле и постараюсь всем ребятам рассказать о вашей мастерской, чтобы история имела продолжение и в чистые страницы вписывались дела добрые и замечательные, как вы сами.







Наталья ДУРОВА

Настоящий охотник

Снег выпал ночью. Такое на Алтае весной хоть и бывает, но редко. И каждый охотник, если он настоящий, тотчас спешит прочесть по едва покрывающей мох снежной пыли, что готовит ему тайга.

Наталья ДУРОВА

Как заяц свинок спас

Он был самым обыкновенным зайцем. Летом его шкурка, как и полагается, желтела; зимой заяц становился белым, и чёрные полоски на его ушах резко выделялись.