Peskarlib.ru: Русские авторы: Николай Грибачев

Николай Грибачев
Коська-велосипедист

Добавлено: 12 апреля 2007  |  Просмотров: 7807


Думал, думал заяц Коська — куда бы ему сходить? На речке был, сома Самсона видал, у озера^был, с белкой Ленкой поговорил, под большой сосной был, с ежом Кирюхой спорил — что лучше, капуста или грибы? И надумал он — пойду-ка я около деревни погуляю, может, козленка Кузю встречу, если его собаки не съели. Но козленка Кузю мать в сарай заперла в наказание: он утром в огород забрался и своими копытцами много огурцов попортил. Вот и не пустили его гулять. Так и не увидел его заяц Коська. Но зато нашел он поломанный велосипед, который ребята под горкой бросили. Потащил он велосипед к себе в лес. Где на спине, где волоком, где как. Устал, потом обливался, но не бросил, и сразу к медведю Потапу пошел, попросил:

— Почини мне, медведь Потап, велосипед. Ты все умеешь!

— Ум-ум-ум, — прохмыкал добродушно медведь, — уметь каждый может, если работу любит. А ты где его взял?

— Под горкой в ямке нашел.

— Ну, ладно, оставь пока, завтра чинить буду. Медведь добрый и работу любит. Собрал он с утра плоскогубцы, кусачки, разводные ключи, гайки, клещи и стал чинить велосипед. А чтоб не скучно было, работает и песню поет:

Я чиню велосипед,

Маслом протираю,

А поедет или нет —

Ничего не знаю.

Две ноги и две руки

Есть у всех на свете,

Только часто синяки

Набивают дети.

Чтобы мчаться мимо рва,

Чтоб с горы спуститься,

Зайцу надобно сперва

Ездить научиться,

Починил медведь Потап велосипед, стал он как новенький — руль блестит, спицы блестят. Забрал заяц велосипед, поблагодарил вежливо:

— Спасибо тебе, медведь Потап. Я тебе малины принесу,

— Ум-ум-ум, — сказал медведь Потап. Ты лучше овса мне принеси. Малины у меня в огороде много, надоела.

Вывел заяц Коська велосипед на дорогу. А ездить, конечно, не умеет. Вскочил он на велосипед слева, бряк-нулся направо, синяк набил. Вскочил справа, брякнулся налево, еще синяк набил. Пошел он к барсуку Пахому и еноту Ерохе, попросил:

— Помогите мне на велосипед сесть, дальше я сам поеду. А потом вас покатаю.

Взялся барсук Пахом за руль с одной стороны, енот Ероха с другой стороны, держат велосипед крепко. Сел заяц Коська на седло, задние лапы на педали поставил, передними в руль вцепился. Хорошо получается!

— Ну, теперь отпускайте, — закричал он, — я сам поеду!

Отскочили барсук и енот, выпустили руль. Проехал заяц Коська два шага и опять упал. Понял он тут, что сесть на велосипед половина дела, надо еще ездить научиться.

— Помогите мне и сесть, и ехать, — попросил он барсука и енота. — А как научусь, я вас с утра до вечера катать буду, хоть до Москвы довезу.

Взялись опять барсук Пахом и енот Ероха за руль, помогли зайцу сесть. Поехали! Они велосипед ведут, не дают ему упасть, а заяц Коська педали крутит.

Ничего, помаленьку получаться стало. Главное понял заяц, что равновесие соблюдать надо, рулем действовать правильно: если велосипед налево валится, то и руль поворачивать надо налево, если валится направо — то и руль направо.

— Ну, ладно, мы домой пошли, — сказали барсук и енот. — Ты уже умеешь немного, дальше сам доучивайся. А в Москву нас не вези, мы автомобилей боимся.

Стал заяц Коська один доучиваться. Вскочит на велосипед, проедет немного — упадет. Встанет, опять вскочит, проедет немного — и опять упадет. Шкурку и травой обзеленил, и землей запачкал, и песком запорошил, но все равно учится. На велосипеде так всегда — кто падать боится и от всякого синяка слезы по щекам размазывает, тот никогда и ездить не научится.

Заяц Коська синяков не боялся и хныкать не любил. И пошли у него дела на лад. К вечеру он уже и садиться мог, и педали крутить, и хоть руль у него еще вихлялся, все-таки сам по дороге до речки доехал.

Ночью заяц Коська хорошо выспался, утром физкультурную зарядку сделал, умылся, позавтракал, клетчатую кепку надел, желтым шарфом шею обмотал и кататься поехал.

А навстречу — лиса Лариска. Увидела она — прямо на нее велосипедист несется, кепка козырьком на затылке, желтый шарф по ветру развевается. Струсила она, в кювет упала, притаилась. Но заяц Коська заметил ее, остановился, одна нога на земле, другая на педали.

— Здравствуй, лиса Лариска! — сказал он. — Что это ты в канаве лежишь, ногу сломала, что ли?

— Так это ты, заяц Коська? — удивилась лиса Лариска.

— Я и есть! — заважничал заяц. — Вот велосипед купил. В Москву поеду, буду мороженое есть и газированную воду пить.

— Ох, взял бы ты и меня, заяц Коська! — стала просить лиса Лариска. — Хоть на багажнике. Никогда мороженого не ела, никогда газированной воды не пила.

— Нет, не возьму я тебя, лиса Лариска. Потому что обманщица ты, нельзя тебе верить. Посади тебя на багажник, а ты на шею прыгнешь...

И покатил заяц Коська с горки еще быстрее. Лиса Лариска только язык ему вслед показала от злости. И пошла к волку Бакуле, жаловаться стала, что заяц Коська по всему лесу на велосипеде ездит, проходу от него нет, задавить может.

— Пора тебе, волк Бакула, съесть зайца Коську, — сказала она. — А то он и тебе как-нибудь колесом лапу отдавит.

— Я по дорогам не хожу. Я по кустам да оврагам.

— Меня бы пожалел, вместе на Желтой горке страдали.

— А ну его, этого зайца Коську! — проворчал волк Бакула. — Сама говоришь, он на велосипеде ездит, еще спицу или шестерню проглотишь. Тебе он мешает, ты его и лови.

— Да как же я его поймаю, если догнать не могу!

— А мне какое дело. — Разозлилась Лариска на волка Бакулу, но ничего не сказала. Побоялась и молча пошла. А на пути ей сорока Софка попалась. Перелетела она с березки на сухой сосновый сук, затараторила:

— Здравствуй, лиса Лариска! Летала я не далеко, не близко, в селе была, воробьиные яйца пила. У аиста вывелось шесть аистят, в гнезде сидят, козявок едят! Девчонка в речке ноги мыла, туфли упустила, трактор с луга сено возил, асфальт загрязнил, мальчик Вовка сел на велосипед, хотел объехать весь свет, а свалился в кювет...

— Стой, стой! — сказала лиса Лариска. — У нас теперь вот заяц Коська тоже на велосипеде ездит, покоя от него нет. Не знаешь ли ты, как его поймать?

— Я всюду летаю, я все знаю! — опять затрещала сорока Софка. — Как сено косить, как воду носить, как дрова колоть, как морковку полоть, как рыбу ловить, как кашу варить...

— Да остановись ты, — потеряла терпение лиса Лариска. — Мне сено не косить, воду не носить, дров не колоть, морковку не полоть. Мне зайца Коську надо поймать.

И опять затараторила сорока:

— Лесник строит дом, щепки кругом; дощечку стащи, гвоздей поищи, не жалей труда, набей в два ряда, на тропу положи, под кустом полежи. Наедет заяц Коська на гвозди, шина у велосипеда проколется, сам он на землю свалится.

Подумала сорока Софка и добавила:

— Только это будет хулиганство.

Но лиса Лариска ее уже не слушала, домой пошла. А как солнце село и темно стало, побежала она к дому лесника и дощечку стащила, потом на село к кузнице сходила, двенадцать гвоздей и молоток украла. Утром положила дощечку на пень, стала гвозди забивать. Ну, а молоток она первый раз держала, обращаться с ним не умела — раз по гвоздю попадет, раз по лапе. А что поделать? Поскулит от боли, оближет лапу да и снова за свое.

Забила она гвозди, взяла дощечку, выбрала на повороте тропинки удобное место и положила. Сама рядом села — вот, думает, наедет заяц Коська на дощечку, шина у него проколется, плюхнется он на землю, а она его схватит и съест.

Все утро и половину дня лежала лиса Лариска — не было зайца Коськи, по другим дорогам катался. А в полдень песня послышалась:

Никогда я не боюсь

Опоздать к обеду.

Я в канаву не свалюсь,

В ямку не заеду.

Мчусь весь день, в звонок звоня,

Далеко и близко.

Не поймает волк меня

И лиса Лариска!

«Ага, — думает лиса Лариска, — опять расхвастался этот заяц Коська. Ну, недолго тебе важничать да песни петь осталось, вот сейчас шина проколется, шлепнешься ты на дорогу да прямо ко мне в лапы. Конец тебе пришел, заяц Коська, хвастунишка несчастный!»

А заяц Коська ничего не знает, мчится под горку и еще на педали нажимает, летит как ветер. И вот уже к дощечке с гвоздями подъезжает. Не утерпела лиса Лариска, на дорогу выползла, чтобы сразу на зайца кинуться.

А он едет и едет. Пролетел прямо, дощечку в землю вдавил, лисе лапу и хвост колесами переехал — и был таков.

Не лопнула шина.

Заскулила лиса Лариска от боли, пошла сороку Софку искать, чтобы обругать ее. Да где ее найдешь, если она все время летает где-нибудь? Только на третий или четвертый день встретила ее лиса, ругать стала:

— Лгунья ты и врунья, тараторка-балаболка! Говорила, что на дощечке с гвоздями шина проколется, а она не прокололась. Отдавил мне заяц Коська колесами лапу и хвост.

— А ты гвозди острым концом вниз или вверх ставила?

— Да вниз, вниз! Как забивала, так и ставила.

— Глупая ты, лиса Лариска, — затараторила сорока Софка. — Глупая, глупая, глупая! Надо было острым концом не вниз, а вверх ставить. Глупая, глупая!

И улетела на село сплетни собирать.

А заяц Коська покатал на велосипеде и барсука, и енота, и ежа Кирюху. Все очень довольны были. Хотел он еще олененка Лешку покатать, но тот сказал:

— Фу, от твоего велосипеда машинным маслом пахнет. А вот давай мы с тобой соревнование устроим — кто быстрее до озера домчится?

Заяц Коська сразу и согласился. Вскочил он на велосипед и погнал по лесной тропинке. А олененок Лешка и так бегает очень быстро, а тут еще путь выбрал прямиком по лесу. И как заяц ни старается, олененок все где-то впереди дразнится:

— Давай нажимай, крути-верти!

Обидно стало зайцу Коське, летит он и уже дороги не разбирает. Выскочил на берег, а там дубовый пень на пути. Наскочил на него заяц Коська, передним колесом и так ударился, что через лозовый куст перелетел, а велосипед в озеро — бух, и потонул.

С тех пор заяц Коська опять пешком ходит. А в озере около велосипеда щука себе дом устроила — спицы блестят, руль блестит, очень ей это нравится!







Николай Грибачев

Как мед добывали

Узнала лиса Лариска, что медведь Потап мед добывает, что мед сладкий-пресладкий и от простуды лечит. Захотелось ей и самой меда попробовать.

Николай Грибачев

Как ежа Кирюху лечили

Встал еж Кирюха, позавтракал, пол в доме подмел, гулять собрался. А небо тучами заволокло, пасмурно стало. «Дождь может пойти», — решил еж Кирюха и остался дома.