Peskarlib.ru: Зарубежные авторы: Анатолий ДАВЫДОВ

Анатолий ДАВЫДОВ
Счастливая примета

Добавлено: 23 сентября 2014  |  Просмотров: 1318


Аистово. Так называется наше село. Длинной единственной улицей протянулось оно вдоль опушки Чёрного бора, а с противоположной стороны дворы упираются в болото. Впрочем, болота уже нет. Несколько лет назад его осушили и теперь выращивают там овощи.

Время от времени к нам наведываются специалисты-мелиораторы, недавно даже профессор приезжал. Долго ходил по полям с колхозным начальством, мял зачем-то землю в руках, заглядывал в дренажные трубы. Принюхивался к воде в каналах…

Обедал Сысой Александрович — так звали профессора — у нас. Его мой папа, колхозный агроном, пригласил. Ничего особенного в нём не было, человек как человек. Даже похож немного на нашего учителя биологии Владимира Петровича. Такой же неторопливый, рассудительный. За обедом взрослые вели разговор о колхозных делах, советовались с Сысоем Александровичем, как дальше вести полевые работы, а я тихонько сидел в своей комнате, прислушиваясь к мудрым профессорским словам. Подслушивать, конечно, нехорошо, но здесь случаи исключительный — когда ещё я услышу профессора!

— Аисты к вам так и не вернулись? — вдруг спросил Сысой Александрович.

— Только и остались в названии села, — грустно ответил председатель колхоза Михаил Пантелеймонович. — Наверное, техники испугались, когда мы болото осушали. Два года грохот стоял.

— Надо бы их как-то привадить, — задумался Сысой Александрович. — Приладьте на деревьях колёса, да и вербы надо посадить вдоль крайних каналов для защиты от ветра. И будет у вас тут отличный микроклимат. А чтобы каналы не зарастали растительностью, надо пустить толстолобика. Очень полезная рыба.

…Весной за каждым классом закрепили определённый участок канала, и мы посадили вербы. Точнее, не посадили, а повтыкали, потому что мы просто втыкали в землю колья. Каково же было наше удивление, когда на кольях появились почки, а вскоре потянулись навстречу солнцу ярко-зелёные веточки. Толстолобик тоже сделал своё дело — словно бритвой срезал заросли рогоз, камыша и ещё всякой всячины, которая растёт на болоте. Вода в каналах стала прозрачной, даже дно видно.

Только в один карьер толстолобика не пустили — в тот, что у самой дороги, широкий и глубокий, как настоящее озеро. Правление колхоза отдало его нам — купаться, рыбу ловить. Петя Желтобрюх, когда об этом узнал, сразу удочку смастерил и на рыбалку. Мы за ним. Караси шли на дождевого червя хорошо. Пете даже надоело их вытаскивать, и он отдал удочку мне. Я никогда не ловил рыбу и боялся, что не сумею, но напрасны были мои опасения: я едва успевал наживку менять. Одно плохо — караси были чересчур мелкими… За этим занятием и застал нас председатель колхоза. Я думал, похвалит — где ещё увидишь таких искусных рыболовов! — но он нахмурился.

— Так не годится, ребята, — сказал, взвешивая на ладони крохотного карасика. — Пусть немного подрастут. На следующий год они уже с ладонь будут. Тогда и ловите!

…Весной мы никак не могли дождаться, пока лёд с карьера сойдёт. Так хотелось добраться до карасиков величиной с ладонь: запаслись лесками, крючками. Удилища у каждого и купленные — трёхколенные, и самодельные — из веток молодого орешника смастерили. А лёд всё держится и держится. Такая погода выдалась: ни одного дождя, да и солнце редко показывается из-за свинцовых туч.

Сегодня наконец потеплело. В школу шли в рубашках, хотя дома нам, конечно, не велели даже за порог выходить без пиджаков. А на перемене, когда играли в футбол, сняли рубашки и ботинки. Босиком гоняли мяч. Красота! До чего же не хотелось в класс идти! Но от звонка никуда не денешься… У нас урок зоологии. Ждём Владимира Петровича. Ждём пять минут, десять, а он не идёт. Петя предложил всем выйти во двор, как вдруг появился взволнованный Владимир Петрович.

— Аисты прилетели! — крикнул радостно.

— Где они? — подбегаем к окну.

— На болоте, — улыбнулся учитель. — Знаете, где линия электропередач? На одном из столбов вьют гнездо.

— А в село почему не летят? — удивился Петя. — Дедушка для них колесо к дереву приладил!

— Хотят поближе к воде! — как-то неуверенно ответил учитель.

Он посмотрел на часы и, махнув рукой, повёл нас к болоту. Мы прихватили с собой бинокли, чтобы не подходить близко к аистам, не вспугнуть их.

Аисты уже принесли на верхушку столба несколько довольно больших веток. Видимо, для основы гнезда. По тут подул ветер, и ветки попадали вниз. Аисты снова положили их на верхушку столба. Ветер снова их сдул…

— Беда, — побледнел Владимир Петрович. — Столб наверху слишком узкий, ветки не держатся. Надоест аистам такая работа и улетят.

— А может, они сядут на наше колесо? — обрадовался Петя.

— Думаешь, они его не заметили? Ведь с высоты всё видно, но почему-то не захотели гнездиться на вашем дворе! — сказал Пете Игнат Майстренко.

Владимир Петрович внимательно выслушал их разговор, а потом решительно сказал Пете:

— Айда домой, пусть дедушка снимет с дерева колесо и быстро несёт сюда, а я побегу к колхозным электрикам, попрошу укрепить колесо на столбе.

Не прошло и часа, как электрик Иван Гилка крепко-накрепко прикрутил колесо к верхушке столба.

Аисты издали наблюдали за всей этой процедурой и, как только люди немного отошли, взлетели на колесо. Походили, потоптались, проверили, надёжна ли основа, и стали носить ветки.

Владимир Петрович вздохнул с облегчением:

— Вот теперь аисты наши! — И повёл нас в школу.

О прилёте аистов узнало всё село. Петя постарался. Каждому встречному сообщал, на чьём колесе аисты вьют гнездо. Всем хотелось посмотреть на птиц: и детям и взрослым. Но не каждый понимал, что подходить к ним близко нельзя. Поэтому «зелёные патрули» установили дежурство. Караулили бывшее болото до самой темноты.

Неожиданно приехал Сысой Александрович. Долго наблюдал за аистами.

— Уже и птенцов высиживают! — сказал удовлетворённо. — Возвращение аистов — добрая примета. Не спускайте с них глаз, может, им помощь понадобится — не прозевайте!

Нам так хотелось узнать, сколько яиц в гнезде! Но как туда заглянешь? Если бы аисты свили гнездо в Петькином дворе, там с соседнего дерева можно было бы подсмотреть. А тут? На столб не залезешь. На нём грозная надпись: «Не залезай — убьёт!» — да ещё череп и две кости!

И всё же Петя однажды притащил большую садовую лестницу.

— А ну, помоги, — позвал меня и принялся её раздвигать. — Сейчас узнаем все тайны аистов! — сказал, смеясь.

Тут откуда ни возьмись Игнат.

— Слезай! — сердито крикнул он Пете, который уже добирался с биноклем на самый верх лестницы. — Ты что, не читал недавно в газете, что произошло, когда один зоолог разрешил репортёру сфотографировать гнездо очень редкой птицы — орла-обезьяноеда? Орлица испугалась и раздавила единственное яйцо. А эти орланы все в Красную книгу занесены — так их мало осталось. Хочешь, чтобы и с нашими аистами такое случилось? Слезай!..

После отъезда профессор Владимир Петрович возобновил дежурство «зелёного патруля» у аистового гнезда. Мы не просто сидели в кустах, а вели счёт и записывали в дневник, сколько раз аисты снимаются с гнезда, с чем возвращаются домой…

Аисты высиживали яйца по очереди. Самец чаще днём, самка — ночью. Но вот вывелись аистята. Мы сразу их заметили: три белых птенца. Если бы не длинные красненькие клювики, ни за что не подумал бы, что это потомство красивых чёрно-белых аистов. Жизнь у взрослых птиц изменилась. Теперь они добывали корм не только себе, но и птенцам. То лягушку принесут, то ящерицу, то мышь, то букашку. Аистята оказались хорошими едоками…

Интересно было за птицами наблюдать. Но мешала жара. С самой весны ни одного дождя. Нечем дышать. Мы хоть под деревом можем укрыться, а что делать аистам? Стоят, бедолаги, в гнезде, расправив крылья над птенцами, а те жалобно пищат…

Мы собрались в кабинете зоологии, где Владимир Петрович просматривал записи наших наблюдений.

— Что же это получается? — озабоченно вчитывался в записи. — Птенцы подрастают, им теперь надо больше есть, а последние три дня родители приносят в гнездо куда меньше корма, чем раньше. Пошли к аистам!

Мы долго наблюдали в бинокль за птицами и заметили, что аисты то и дело возвращаются в гнездо вообще без всякого корма для птенцов.

— Жара загнала разных зверушек и букашек в такие углы, что аистам их не достать, — смекнул Владимир Петрович. — Птицам, особенно птенцам, грозит голодная смерть!

— И не будет больше в Аистовом аистов! — Петя чуть не плакал. — Зачем тогда дедушка ещё одно колесо приладил к дереву! Думали, следующей весной к нам молодые аисты прилетят…

Владимир Петрович задумался, а потом сказал:

— Надо выручать аистов, ведь такой жары, говорят, полвека не было. Пошли лягушек ловить. Разве мало их в каналах, особенно в вашем карьере!

Мы быстро наловили лягушек. Положили их вблизи столба на открытом месте и отошли подальше. Думали, аисты так и накинутся на еду, но они не проявили к ней ни малейшего интереса. А лягушки сразу в траве спрятались.

Стали мы советоваться, что делать. Советуемся, а сами в бинокль смотрим. Взрослые аисты по-прежнему стоят грустные, птенцы клювики раскрывают, есть, бедняги, просят. Не выдержало родительское сердце — опять полетели аисты на болото, на этот раз к нашему карьеру. Вскоре самец принёс в клюве рыбу. Уснувшую, наверное, нашёл. Миг — и рыба исчезла в клюве самого проворного птенца.

— Значит, аисты любят рыбу! — обрадовался Владимир Петрович. — Только как её в гнездо положить?

— А что, если снова к электрикам обратиться? — подал идею Игнат.


…Караси ловились медленно, однако мы проявили самое высокое рыбацкое мастерство — вот где пригодилось снаряжение! — и быстро наловили их с полведра. А тут и Гилка Иван пришёл.

— Михаил Пантелеймонович закрепил меня за аистовым столбом, — улыбнулся. Набрал рыбы в карманы спецовки и полез к гнезду.

Птицы так ослабли, что даже не заклекотали, увидев человека. Только перешли на другую сторону гнезда. Иван вытащил из кармана карасика и почти силой всунул в рот находившемуся ближе остальных аистёнку. Тот сразу его проглотил. Электрик накормил птенцов и решил взяться за взрослых. Но сколько ни манил их, они рыбы не брали. Только махали испуганно крыльями. Тогда Иван положил рыбу в гнездо и стал спускаться вниз.

— Едят! — крикнул Петя и тут же получил подзатыльник от Игната.

— Чего кричишь! — рассердился тот. — Напугаешь. Пойдём лучше рыбу ловить!

Почти месяц кормили мы аистов. Мелкую рыбу они заглатывали целиком, а покрупнее мы им давали кусочками. Вскоре пошли дожди.

Однажды Иван полез с кормом для аистов, но они не захотели брать. А взрослые аисты замахали крыльями, защёлкали клювами. Электрик заметил у одного из птенцов лягушку и понял, что хотел ему тот сказать: «Надоел ты со своей рыбой!»

Мы продолжали наблюдать за аистами. Голод им больше не грозил. Прошло время, и птенцы стали учиться летать, самостоятельно добывать корм.

А потом аисты исчезли.

— Улетели в тёплые края, — объяснил нам Владимир Петрович.

— А возвратятся? — загрустил Петя.

— Обязательно возвратятся! — успокоил его учитель. — Птицы не забывают добра…

— Только не думай, что молодые аисты непременно у вас поселятся, — поддел приятеля Игнат. — У нас тоже к дереву колесо приделано.

Я промолчал, а про себя твёрдо решил: скажу папе, пусть поставит столб возле хаты и к нему колесо прибьёт. Может, современные аисты больше любят столбы, чем деревья? Почему не попробовать?







Анатолий ДАВЫДОВ

Билькино озеро

Горы начинались сразу за селом. Были они не высокие, не крутые и всё же настоящие горы. Росли там только травы, но что это были за травы!

Анатолий ДАВЫДОВ

Веприк

Вечером по колхозному радио передали, что завтра на свиноферме будут давать поросят на откорм.