Peskarlib.ru: Русские авторы: Василий ГОЛЫШКИН

Василий ГОЛЫШКИН
Ищут девочку...

Добавлено: 20 сентября 2014  |  Просмотров: 1004


Ищут девочку...

Не иголку в сене, не песчинку на морском берегу — девочку! Черноглазую... Круглолицую... В пестром, как осень, платьице...

Ничего другого, к сожалению, разглядеть не удалось. Потому что с момента появления Черноглазки на пограничной заставе до команды: «Наряд, в ружье!» прошло не более четверти минуты. Сосчитай до пятнадцати, и ты увидишь, как это мало.

Девочка, запыхавшись, прибежала на заставу и крикнула:

— Нарушитель!

А это все равно, что крикнуть: «Пожар!» «Нарушитель» звучит даже страшней. Потому что он опаснее огня. Нарушитель, если он диверсант, сам где-нибудь «красного петуха» пустить может.

Поэтому начальник заставы капитан Трофимов сейчас же скомандовал: «Наряд, в ружье!» — и послал за нарушителем двух солдат, одного сержанта и служебную собаку Найду. Вместе с ними отправилась и девочка Черноглазка.

На пятерых приходилось три автомата и шесть пар ног. Вот и все оружие. Но если кто ноги за оружие не считает, тот глубоко ошибается. На границе быстрые ноги — грозное оружие.

— Скорей, — торопила солдат Черноглазка, — скорей! — И мчалась вперед, показывая дорогу зеленым фуражкам.

Оставим на время пограничников, девочку и собаку. Когда они добегут до цели, мы будем уже там.

А сейчас о том, что произошло с Черноглазкой и ее братом, который является главным героем этой истории.

Было утро. Тихое, как озорник, получивший взбучку. И никто не решался нарушить эту пограничную тишину. Деревца хотели было соскользнуть с горы зелеными лыжницами, да так и застряли на месте. Голубая речушка попробовала было вскарабкаться на крутой бережок, да так и замерла без движения.

И вдруг тишина лопнула, как надутый шар.

ТОП, ТОП...

Топ, топ...

Одни шаги твердые, смелые, сразу слышно — рабочие. Другие — мягкие, легкие, не иначе, как детские.

А это чьи — робкие, крадущиеся? Остановились, замерли, ждут...

Было утро. Черноглазка и ее брат шли по своим делам. Куда? Ну он, наверно, на работу, а она в школу. Ведь школа та же работа.

Нетрудно догадаться, кому какие шаги принадлежали. Твердые, смелые — брату. Мягкие, легкие — сестре. А кому принадлежали третьи? Совершенно неизвестному в здешних местах человеку. Во всяком случае, ни брат, ни сестра никогда его не встречали. Поэтому, встретив, очень удивились. Человек стоял у обочины дороги и нерешительно переминался с ноги на ногу.

— Вы заблудились? — спросил брат.

— Из города, — невпопад ответил незнакомец. — В правление колхоза.

— В правление? — сказала сестра. — Мы вас проводим.

— Тут вот какая история, — замялся незнакомец. — Я брат вашего председателя колхоза.

— Дядя Джафар? — удивилась сестра. — Так ведь он...

— Да, да, — перебил незнакомец. — Дядя Джафар... Все считали меня погибшим. А я вот...

— Дядя Джафар? — еще раз сказала сестра и растерянно посмотрела на брата. — Но ведь он...

Ей снова не удалось договорить.

— Да, да! — закричал брат. — Вас считали погибшим. А вы вот... Мы вас проводим...

Незнакомец с опаской покосился на сестру и брата.

— Я бы не хотел так вот сразу, — сказал он. — Надо бы предупредить брата. Я вас здесь подожду.

— Здесь подождете? — спросил брат. — Лучше вон там, возле мостика.

Подошли к мостику, переброшенному через горный ручей.

— Здесь мы вас сразу найдем, — сказал брат и взял незнакомца за руку. — Осторожно, тут яма.

Незнакомец наклонился над ямой, в которой строители моста гасили известь.

— Да, глубоко, — сказал он. — А что?

Ответ ему пришлось выслушать, сидя на дне ямы. Как это случилось? Он спросил: «А что?» — и больше не успел выдохнуть ни слова. Сильный удар сбил его с ног. И вот он в яме. Сидит и как безумный смотрит на белый квадрат неба. Голова гудит от ушиба, и он плохо соображает, что с ним.

Неожиданно в белом квадрате появляется чья-то голова. И чей-то, очень знакомый, голос говорит:

— Придется вам там побыть. До выяснения личности.

— Я — дядя Джафар!

— Дядя Джафар вернулся полгода назад.

— Мерзавец! — кричит незнакомец. Он вскакивает и пытается достать до края ямы. Увы, это ему не удается. Яма, действительно, глубокая.

Голова исчезает...

Возле ямы брат с сестрой держат совет.

Беги на заставу и скажи: «Нарушитель», — приказывает брат.

— А как же ты? — спрашивает сестра, не решаясь тронуться с места.

— Беги, говорю! — в глазах брата вспыхивают звездочки.

Сестра срывается с места и бежит.

Родник в скале... Развилка дорог... Заброшенным погреб... Застава! До чего нужны на границе быстрые ноги!

— Товарищ начальник, там нарушитель...

И вот уже мчатся на выручку к брату три пограничника и собака Найда. Быстрей... Вдруг у незнакомца пистолет...

— Вот он! — кричит Черноглазка, увидев брата. Тот стоит возле ямы и не спускает с нее глаз. В руках у него обломок жерди.

Пограничники выуживают незнакомца и — руки за спину — уводят на заставу.

А брат и сестра отправляются по своим делам.

И только потом, после допроса, когда шпион сознается, что перешел границу, на заставе спохватываются: кого благодарить, где Черноглазка, где ее брат?

Но их нет. Ушли...

И вот на границе ищут девочку. Не иголку в сене, не песчинку на морском берегу — девочку. Черноглазую... Круглолицую... В пестром, как осень, платьице... Найдут, конечно.







Василий ГОЛЫШКИН

Папа, готовящийся к драке

Папа плакал. Мой папа! В этом вся штука. Про других не знаю. Другие могли плакать сколько угодно.

Василий ГОЛЫШКИН

Светлинка

Степка Бебухов, беспризорный мальчик лет десяти — двенадцати, лежит на лесной светлинке и смотрит в небо. Там все так, как если бы он смотрел с неба на землю.