Peskarlib.ru: Русские авторы: Сергей ГЕОРГИЕВ

Сергей ГЕОРГИЕВ
Кораблик

Добавлено: 18 сентября 2014  |  Просмотров: 1544


Тяжёлые прозрачные волны перекатывались через палубу, ветер рвал паруса, дубовая обшивка трещала под напором разбушевавшейся стихии. Ни одного солнечного луча не прорывалось с зашторенного тучами неба, но гордо сверкали на борту надраенные медные буквы — «ВУЛКАН», и маленький бесстрашный кораблик мчался вперёд к неведомым землям, вперёд и только вперёд!

— Не надо подходить близко! — всегда предупреждал Юрку отец. — Чем дальше, тем лучше! Вот так вот… Во-от… Правда ведь?

— Ага… — всегда соглашался Юрка.

Кораблик этот он видел, наверное, уже тысячу раз и всё равно мог смотреть и смотреть на него не отрываясь.

— Чудесная акварель! — восхищался отец. — А может быть, и не акварель, гуашь там какая-нибудь, шут её знает… Но всё равно здорово, верно?

Юрке было совершенно всё равно, акварель это или гуашь. Крошечный кораблик был сильнее страшного бешеного моря. Он непременно достигнет своей неведомой цели, в самый последний миг, как это всегда бывает в книгах о морских приключениях, достигнет и придёт на помощь тем, кто в этой помощи нуждается.

— Ну, а теперь — за дело!

Раньше у отца была целая эскадра нарисованных кораблей. Вернее, не эскадра, а календарь, огромный-преогромный, он даже в чемодан не поместился, отец так и привёз его, только в газету завернул.

Календарь занял полстены. Когда приходило время, отец переворачивал лист и появлялся новый корабль. И под каждым кораблём помещались все дни двух месяцев, на которые при желании можно было вообще не обращать внимания. В левом углу над кораблями стояли большие красные буквы: ДВНЦ — Дальневосточный научный центр. Отец купил календарь во Владивостоке.

А потом остался один «Вулкан» и под ним — ноябрь и декабрь давно прошедшего года. Время вышло, календарь уже не имело смысла переворачивать, и отец раздарил все остальные «то ли акварели, то ли гуаши».

— Ну, за дело! — повторяет отец.

Дело — это английский язык. Не у каждого отец разговаривает и по-французски и по-английски.

— А может, не надо? — без особой надежды всякий раз говорит Юрка. — Нам и задали-то одно упражнение… Ерундовое.

— Надо! — твёрдо отвечает отец. — Вот сделаем — и ещё поговорим.

— А о чём? — оживляется Юрка.

— Найдём о чём! Ты делай, а я пока газетку почитаю… Если что, я вот он, всегда к вашим услугам, сэр, на диване.

— И про реку Вижуй поговорим? — Юрка открывает учебник. — И про рыбалку?..

— Ага… — обещает отец из-за газеты.

— Пап, а чего вот это такое, а? Вот… я и прочитать-то не могу, тут какими-то неизвестными буквами написано!

— Хы-ы… Мы с тобой это проходили раз двадцать… Ну-ка, вспоминай!

— He-а, точно, не знаю…

— Да-а… Тогда посмотри по словарю!

— И в словаре нет.

— Как это нет? Должно быть! Возьми мой большой словарь. Знаешь же где, на полке!.. Юрий, пора самостоятельным человеком становиться!

— А я и становлюсь! — отвечает Юрка и идёт за большим словарём, который, по правде говоря, ему совсем не нужен: трудное это слово он и в самом деле знает, да и не знал бы, так в конце учебника оно обязательно есть.

— Ты вот тянешь время… — отец встаёт с дивана и зачем-то идёт на кухню. — А разговаривать-то когда будем?

— Успеем… Я потороплюсь сейчас.

— Вот и торопись! Яблоко хочешь?

— He-а… Если только маленькое.

Отец приносит яблоки и снова закрывается газетой.

— Пап, а Вижуй — очень большая река, да?

— Да… Ты уже сделал упражнение?

— Почти… Ух, и рыбы половим!

— Половим…

— И ты меня обязательно возьмёшь с собой, да?

— Обязательно…

— А на юг, к морю, не поедешь?

— Не поеду.

— А прошлым летом…

— Ты же знаешь, тёте Гале врачи велели!

— А в этом году не велят?

— Не знаю. Ты сделал упражнение?

— Уже кончаю.

— Ну, вот и ничего страшного… Так что ты хотел рассказать? Что-то в школе у тебя приключилось, да?

— Я ничего не хотел рассказать. Мы же с тобой хотели просто поговорить! Как поедем летом на Вижуй, порыбачим досыта, накупаемся… Пап, а рыбы насушим, а?

— Насушим, если наловим…

— Конечно, наловим!

В прихожей вдруг нежно кукует кукушка — это у отца звонок такой необычный.

— Ну вот… — отец идёт открывать. — Тётя Галя пришла.

— О, у нас гости! — удивляется тётя Галя, хотя каждую среду Юрка приезжает к отцу заниматься английским языком, а сегодня именно среда. — Здравствуй, Юра!

— Здравствуйте! — отвечает Юрка новой жене отца.

Мама говорит, что тётя Галя — хорошая женщина, и Юрка всегда здоровается с ней первым, это сейчас так уж получилось.

— Чаем сына напоил? — интересуется тётя Галя у отца.

— Ну, я пойду… — поднимается Юрка.

— Да куда ты?! — разводит руками отец. И начинает объяснять жене: — Дела у молодёжи, дела… Вот ещё десять лет назад… Нет, Галя, ты представь себе, чтобы десять лет назад шестиклассника одного отпускали на другой конец города!.. А сейчас — пожалуйста! — отец говорит так всякий раз, когда приходит тётя Галя.

— Можно я ещё на «Вулкан» взгляну?

— Господи, да о чём разговор?! — изумляется отец и ведёт Юрку в другую комнату, туда, где на стенке волны перекатываются через палубу и огнём сверкают надраенные медные буквы на борту корабля.

— Только не надо близко подходить — чем дальше, тем лучше!

Юрка и сам знает, что не надо, не маленький.

Потому что если подойти близко, то сразу станет видно — никакое это не море, а просто по толстому листу бумаги размазана кое-как то ли акварель, то ли гуашь.

И кораблик никуда не мчится в бушующих волнах, а торчит на месте посреди этой гуаши-акварели…







Сергей ГЕОРГИЕВ

Чужой берег

Неожиданно из гущи деревьев на небо вылезла луна. Была она не круглой, как обычно, а почему-то вытянутой, с ясно различимыми головой и плечами.

Сергей ГЕОРГИЕВ

Канат

Над слабаками смеются, когда их мало. И особенно, когда он один среди сильных, ловких и смелых.