Peskarlib.ru: Русские авторы: Наталья АБРАМЦЕВА

Наталья АБРАМЦЕВА
Серая кошка

Добавлено: 14 августа 2014  |  Просмотров: 1581


Серая Кошка жила в пустой собачьей конуре во дворе обыкновенного пятиэтажного дома. Давно жила. Привыкли к ней. Да и как не привыкнуть к Серой Кошке? Такая она обыкновенная… Просто кошка серого цвета, глаза желтые, шерсть густая – ведь и зимой на улице; хвост, лапы, уши – все нормально. Одно необычно: Серая Кошка умела разговаривать. Но говорила она так легко, правильно, непринужденно, что никто этому не удивлялся. Правда, разговаривала Серая Кошка нечасто: хозяев у нее не было, а с чужими людьми или даже со знакомыми из соседнего с кошкиной конурой дома заговаривать казалось неудобно. Хотя относились к ней хорошо. Подкармливали, делились чем-нибудь по дороге из магазина или даже выносили в миске горячий суп, а зимой кое-кто пускал погреться.

В общем, жилось Серой Кошке вроде неплохо, неголодно, и дом ее, собачья конура, был вполне приличным домом.

Только в последнее время стало Серой Кошке чего-то не хватать. Думала-думала она и поняла, что не хватает ей просто имени. У каждой кошки есть имя, а у Серой Кошки – нет. Трудно жить без имени. Очень захотелось ей получить имя.

Она стала вспоминать, как зовут знакомых кошек. Знала Серая Кошка кошку по имени Мурка, кошку по имени Тошка и даже кошку со смешным именем Мышка. Она тихонько повторяла вслух разные имена. Хорошие имена, очень хорошие, но чужие. И кошка стала придумывать себе имя.

Она лежала на солнышке, на крыше своей конуры и думала. Она думала-думала. И никак не могла придумать нового имени, незанятого. Серая Кошка так расстроилась, что у нее даже голова заболела. «Ну, хорошо, – наконец решила она, – я найду себе новое имя, а как же все узнают, что меня зовут так, а не иначе? Нельзя же ко всем подходить и представляться. Что же делать?»

А вот что! Нужно, чтобы кто-нибудь придумал и подарил ей имя. Нужно, чтобы кто-нибудь называл ее по имени. А кто может это сделать? Хозяин, конечно! Значит, необходимо найти хозяина.

Серая Кошка решительно спрыгнула с крыши конуры и направилась к пятиэтажному дому. Она была уверена, что кто-нибудь захочет взять ее себе в кошки. Недолго думая Серая Кошка вошла в первый подъезд, поднялась на первый этаж, остановилась у первой квартиры. Она тщательно вытерла лапы о половичок перед дверью, подпрыгнула к звонку и позвонила.

Дверь открыл мужчина. Кошка его слегка знала: не то писатель, не то журналист, человек, кажется, не вредный. Когда замечает за окном кошку, кидает ей что-нибудь съедобное. Сейчас он был одет в домашний вельветовый пиджак, спортивные штаны, шлепанцы, красные носки. Сначала мужчина посмотрел поверх кошки: он не понял, что это она звонила. Потом заметил ее.

– А!.. Это ты?!

– Это я. Здравствуйте. Можно? – Кошка заглянула в квартиру.

– Заходи, заходи. Рыбу жареную будешь есть?

– Нет, спасибо. Я есть не хочу, – отозвалась Серая Кошка.

– А что же ты?..

Кошка снизу посмотрела на мужчину, чуть-чуть растерялась.

– Я бы хотела поговорить с вами. Если вы не очень заняты. Мужчина удивился, но кивнул. Пошли к нему в кабинет. Он сел в кресло у стола с пишущей машинкой, папками, разбросанными бумагами. Кошке показал на диван напротив. Она устроилась на спинке дивана. Молчит, подергивает ушками, не знает, как начать.

– Видите ли, я хотела спросить… – Серая Кошка прошлась по спинке дивана, – не нужна ли вам кошка?

– В каком смысле? – не понял мужчина.

– Кошка в смысле кошка. Просто кошка. Я хозяйственна, послушна. Без разрешения ничего не возьму. Вы не подумайте, что я хвалюсь. Я объясняю.

– Ты понимаешь… Я вот рыбу пожарил… Вкусную. Может, хочешь? – пробормотал он.

– Нет, вы меня поймите, пожалуйста, правильно, – терпеливо объясняла Серая Кошка. – Скажите, не хотели бы вы взять меня в кошки, придумать мне имя?

– Ах, в кошки! Завести как бы… ну… собаку?

– Почему же обязательно собаку? – Шерсть зашевелилась на кошкиной спинке. – Просто домашнее животное. В данном случае – кошку.

Было уже ясно, что с этим дядей вряд ли что получится, хоть и не вредный он.

– Да, да. Я понял… Но… Понимаешь…

– Я понимаю…

– Я в принципе не против… Совсем! – Он зашагал по комнате. – Но… Но! Я… Я же все работаю, все занят. Ты не обижайся. Ты очень хорошая кошка… Но вот видишь, – он показал на письменный стол, – работаю, занят… Тебе плохо у меня будет. Скучно.

Серая Кошка кивала головой:

– Да, да. Все ясно. Извините.

– Ты только не обижайся, ты заходи. Накормлю… Он как-то виновато посмотрел на кошку.

– Да, да… Спасибо. Зайду обязательно.

И прямо со спинки дивана она прыгнула на форточку, осторожно развернулась, кивнула на прощанье, сказала «до свидания» и соскочила вниз на улицу. Мужчина посмотрел ей вслед, потер затылок и застучал на своей машинке.

А кошка, приземлившись на хилый газон под окном, стала прикидывать, что делать. «Ничего страшного не произошло, – решила она, – нужно искать дальше».

Серая Кошка вошла во второй подъезд, подошла к двухкомнатной квартире, позвонила. Открыла тетка. По-другому не скажешь. Именно «тетка»: тощая, длинная, сухая, накрашенная. Сразу видно – вредная. «Ну и ну, – подумала кошка, – куда это я попала?..»

Но все-таки решила довести дело до конца.

– Ты что? – спросила тетка.

– Извините, пожалуйста, – запинаясь от смущения, проговорила Серая Кошка. – Скажите, не нужна ли вам кошка?

– Это ты-то?! – возмутилась тетка. – Да у тебя блох, наверное, тьма-тьмущая! А может, ты даже бешеная!

Дверь захлопнулась.

– Сама ты бешеная, – тихо сказала кошка, спускаясь по лестнице. Не очень весело стало кошке: здесь просто выгнали, там, мягко говоря, не приняли. Сидела она перед третьим подъездом и не знала – идти дальше искать хозяина или так уже и жить без хозяина, без имени? Но в конце концов решила, что две неудачи – это еще не все.

Вошла в третий подъезд, поднялась на третий этаж, остановилась около трехкомнатной квартиры. Прислушалась: женский голос. Серой Кошке показалось – телефонный разговор. Голос негромкий, мягкий, несколько вялый, томный, чуть надменный даже, но все равно приятный. «Подожду», – решила кошка: она была вежливой. Ждать пришлось довольно долго. Наконец ее чуткие ушки уловили легкий стук: опустилась телефонная трубка. Серая Кошка позвонила в дверь. Неторопливые шаги. Открыла женщина средних лет, полноватая, короткие каштановые волосы, пестрый, но не яркий крепдешиновый халатик, сигарета в тонких пальцах.

– Здравствуйте, можно войти?

– Пожалуйста, проходи.

Женщина ничуть не удивилась, ни о чем не спросила, провела Серую Кошку на кухню, налила для нее молока в блюдце, а себе сделала красивый бутерброд с сыром.

– Выпей молочка, – сказала она, принимаясь за бутерброд. Кошке не хотелось молока, но отказываться было неудобно. Она выпила. Женщина доела бутерброд и хотела подлить кошке молока.

– Нет-нет, спасибо, – остановила кошка. – Мне нужно поговорить с вами.

– Поговорить? Я слушаю тебя.

И Серая Кошка терпеливо и толково рассказала все о себе, о том, что у нее нет хозяина, о том, как ей хочется иметь имя. Женщина очень внимательно слушала кошку. И в то же время жевала то ли коржик, то ли пряник… Кошка замолчала. Ждет.

Без тени сомнения, закуривая сигарету, женщина кивнула:

– Конечно. Оставайся моей кошкой. Я буду твоей хозяйкой. А назовем тебя, – она чуть задумалась, – назовем тебя Шастой. Нравится?

Серой Кошке нравилось все: и чудесное новое имя, и хозяйка, такая спокойная, ее голос, такой ласковый.

Зазвонил телефон. Женщина взяла кошку на руки и неторопливо пошла в комнату, где на полу стоял телефон.

– Алло? – Она сняла трубку. – Это ты, моя хорошая, – радостно, но спокойно сказала женщина, – а я тебе звонила, звонила. Сейчас, погоди…

Женщина принесла сигареты, закурила, прилегла на софу и вернулась к прерванному разговору. Кошка легла на ковер рядом с софой, слегка задремала под монотонный голос новой хозяйки. Специально она не слушала, но ее кошачий слух улавливал отдельные реплики. Кошка поняла, что речь шла о босоножках, которые купила подруга хозяйки и которые были слишком яркими, и потому хозяйка считала их вульгарными.

– Нет, ты как хочешь, – говорила она, – но наш возраст, комплекция обязывают. Я бы не решилась. Но раз тебе нравится…

И они принялись выяснять, какие платья, блузки, юбки, сумки, зонтики могут сочетаться с новыми босоножками.

«Все это очень важно, – думала Серая Кошка, – но когда же обо мне?» Она немножко спала, немножко слушала, немножко вспоминала, что знала об этой женщине. Где-то она работает несколько часов в день. Вырастила двух сыновей, которые редко бывают дома, а муж ее почти все время на работе, в командировках. Живет она, в общем, спокойно. Пока тянулся разговор, кошка успела выспаться, пройтись по квартире и даже чуть-чуть забыть свое новое имя – ведь по имени ее ни разу так и не назвали.

И вот разговор закончился. Кошка открыла рот, хотела что-то сказать и не успела. Телефон!

– Алло? Ах, это ты, моя хорошая. Ну как же ты забыла меня? Нет, неправда! Нет, ты не звонила! Нет, ты так не говори, хорошая моя!

Хозяйка взяла телефон и вместе с ним ушла на кухню. Достала из холодильника сладкий творожный сырок, устроилась на маленьком кухонном диванчике. Кошка присела рядом на полу: «Сейчас она расскажет обо мне этой своей приятельнице. Скажет, как меня зовут».

Напрасно так думала Серая Кошка. Говорили о тех же ярких босоножках, что купила общая знакомая, потом о романе известного писателя: его напечатал какой-то толстый журнал и был он не то гениален, не то бездарен – критика пока не решила. Потом говорили о том, как хочется похудеть, и как трудно сидеть на голодной диете, и так далее, и так далее… И ни слова о кошке.

«Удивительно! Ведь даже имя придумала. Как его?.. Я и не успела запомнить», – сокрушалась Серая Кошка.

Наконец и этот разговор кончился. «Вот! Вот сейчас она назовет меня по имени», – решила кошка. А женщина, закурив, томно потянувшись, начала готовить грандиозный обед. Ведь сегодня суббота, соберется вся семья – и муж, ответственный работник, и сыновья-студенты. Время от времени она кидала на блюдечко Серой Кошке что-нибудь съедобное, иногда ласково улыбалась ей. Ласково. Но отрешенно как-то. И было ясно, что в мыслях у нее пельмени, которые лепила, босоножки приятельницы, толстые журналы, зонтики, диеты… А вот Серой Кошки там не было. Приготовление обеда прерывалось телефонными звонками. И опять ни слова о ней, о кошке. Что она – никто совсем этой женщине? Выходит так. Пообещала взять в кошки, дать имя. Пообещала, и все?

«Ну уж нет, – подумала Серая Кошка. – Не нужна я ей! А значит, и она мне…» И кошка решительно пошла к двери.

Хозяйка отпустила кошку, не спрашивая, вернется та или нет. Но Серая Кошка точно знала, что не придет.

Она сидела на лестничной ступеньке в растрепанных, совершенно растрепанных чувствах. И даже с растрепанной, взъерошенной шерсткой, что было ей совсем не свойственно. Ведь она очень аккуратна. А сейчас Серая Кошка была и расстроена, и растрепана, и… обижена.

Сидела она на ступеньке третьего этажа и не могла сообразить, что же ей теперь делать. Снова искать хозяина? Она не могла. Что-то мешало. А как же имя? А тот, кто даст его?

Пока Серая Кошка ломала голову, снизу стали доноситься звуки вполне определенные. Кошка узнала эти вопли и грохот. Посмотрела в лестничный пролет. «Они», – вздохнула она. Совсем молодая мама, в джинсах конечно, волокла за руку упирающуюся, орущую маленькую дочку в синем комбинезоне, а девчонка эта тянула игрушечную пустую коляску, громыхающую на каждой ступеньке. Мама что-то втолковывала дочке, та яростно спорила, дергая одной рукой коляску, другой – маму. Догромыхали до кошки.

– Серая Кошка!!! – радостно крикнула девочка. – Привет, Серая Кошка!

Кошка вздрогнула. От девчонкиного вопля и, главное, оттого, что она так запросто к ней обратилась, по имени будто. Довольно измученная мама кивнула тоже приветливо и по-свойски как-то. И тут Серая Кошка, сама не понимая, что делает, впрыгнула в девчонкину игрушечную коляску.

– Мама!!! Смотри!! Смотри!! Серая Кошка теперь наша! – завопила девчонка. – Не нужно мне говорящую куклу! Не хочу мороженого! Серая Кошка наша!!!

Девчонка дергала маму, трясла коляску с Серой Кошкой.

– Мама! Мамочка! Серая Кошка! Я давно просила! Она сама пришла! Серая Кошка! Серая Кошка наша!!!

И хотя маме в джинсах было все равно – хоть кошка, хоть тигр, хоть дракон, – она устало улыбнулась и сказала:

– Пошли домой, Серая Кошка.

А девчонка, волоча коляску по ступенькам, распевала на весь дом:

«Серая Кошка наша теперь! Серая Кошка наша!»

И тут Серая Кошка поняла: есть у нее имя, давно есть, прекрасное имя СЕРАЯ КОШКА.







Наталья АБРАМЦЕВА

Разноцветные разговоры

Жила-была… Нет. Жил-был… Нет. Жило-было окно. Красивое-красивое. Наверное, самое красивое в нашем маленьком городке.

Наталья АБРАМЦЕВА

Как кошка на дачу собиралась

Солнце стало жарким, голубое небо слегка выгорело, а трава и деревья позеленели. «Лето», – решили мама, папа, девочка с голубыми глазами и бабушка.