Peskarlib.ru: Русские авторы: Наталья АБРАМЦЕВА

Наталья АБРАМЦЕВА
Как кошка на дачу собиралась

Добавлено: 14 августа 2014  |  Просмотров: 1314


Солнце стало жарким, голубое небо слегка выгорело, а трава и деревья позеленели. «Лето», – решили мама, папа, девочка с голубыми глазами и бабушка. Кошка Мурзета тоже считала, что это – именно лето, и не удивилась, когда семья стала собираться на дачу.

– Каждый день, – радовалась мама, укладывая вещи в чемоданы, – я буду гулять. Да не путайся ты под ногами! – Это Мурзете, которая просто проходила мимо. – Так вот, буду гулять и за лето похудею на десять килограммов.

– У меня получится неплохой огород, – планировала бабушка, аккуратно переставляя маленькие ящички с рассадой. – Это помидоры, это огурцы, это… Мурзеточка, отойди, помнешь, это редиска, это… – И бабушка перечисляла дальше.

Кошка отошла и услышала папин голос:

– Осторожно! Не урони мои удочки! Ведь кошка все-таки должна уважать рыбалку!

Мурзета только головой покачала: удочки стояли в другом конце комнаты. А пробегавшая мимо нее уже одетая в дачный розовый сарафан красивая девочка вскрикнула:

– Ой, прости, кисонька, я, кажется, наступила тебе на хвост. А ты не видела моих розовых лент?

«Кажется, наступила, кажется, не видела», – спокойно подумала Мурзета. А потом она подумала: «И что такое творится? Ну, на дачу едем. И что? А сколько нервов, беготни…»

Сама кошка Мурзета не волновалась ничуть. Дача – это хорошо. И трава, и деревья, и солнце там… что ли… более настоящие, чем в городе. Правда, работы у нее, у кошки, будет немало. Ведь рядом лес, поле. И тамошние лесные и полевые мышки так и норовят, ну, вот просто так и норовят прошмыгнуть в подвал дачи. Ночью, конечно. Придется Мурзете охотиться на мышей. Охранять добро и покой хозяев. Это не страшно. Как и положено кошке. Посмотрела в окно. Удивилась. Потому что небо стало не голубым, а очень темно-серым, солнца не было видно вообще. Да еще и дождь полил. Ливень просто. «Ничего себе, – Мурзета, не спеша, спрыгнула с подоконника, – дождь-то какой… Придется переждать непогоду. А потом уж поедем». И она хотела свернуться в клубочек и поспать. Но в это время…

– Ой, что делается! Что творится! – Мама чуть не плакала. – Дождь! Ливень! Ехать нельзя! Вещи уложены! Все помнется! Жить будем на чемоданах! А сколько?.. Неделю? Месяц? А еще… – Мама продолжала говорить, а к ее звонкому голосу присоединился чуть глуховатый голос бабушки:

– Что будет с моим огородом?! Ливень устроил такие лужи!.. Рассада погибнет! Ни огурчика, ни редисочки не вырастет!

– О чем вы говорите?! – на фоне голосов мамы и бабушки загремел папин голос. – Не о том волнуетесь! Разве не понятно, что не это важно! Дождь-то, ясно, надолго! Дорога возле дачи размокнет!!! Машина в грязи застрянет! Эти сотни чемоданов и коробок мне на руках таскать! Легко, думаете?!

Но все три голоса заглушил плач голубоглазой девочки:

– Размокнет мой розовый сарафан! И розовые ленты! И розовые босоножки! И я простужусь! Но мы все равно поедем! Не-мед-лен-но! Потому что я решила!

И тут кошка Мурзета обнаружила, что она, оказывается, стоит, выгнув спинку и распушив хвост. От неожиданности и удивления. Что, собственно, случилось? Спокойствия не было. Но сейчас что творится? Что-то совсем невозможное. Дело-то в чем? Дождь пошел. И что? Ведь кончится. И можно ехать. Шум зачем?

Но куда там… Мама и папа очень громко разговаривали друг с другом. Правда, мама с папой о том, что невозможно жить на чемоданах, а папа с мамой о том, что невозможно тащить чемоданы по размокшей дороге. А бабушка твердила о том, что все неважно, кроме огорода. А голубоглазая девочка тоже что-то кому-то доказывала, порхая по квартире в своем розовом сарафане. И было очень шумно, беспорядочно и совсем не весело.

Кошка Мурзета вздохнула и подумала: «Как утомительно все это. Придется принять меры». Она подошла к двери, поскребла ее коготками – так она просила, чтобы ее выпустили. Кто-то открыл дверь. Мурзета вышла, поднялась по лестнице на чердак, а оттуда вылезла на крышу, в самый дождь. Минутку посидела, будто что-то обдумывая. А потом подняла голову и начала разговор. Это был разговор на языке, который знают и слышат кошки и собаки, деревья, цветы и крокодилы, тучи, реки и бабочки – короче говоря, все, все, все, кроме людей.

– Здравствуйте, – кошка посмотрела вверх, – здравствуйте, туча!

– Привет! Чего надо? – не очень любезно отозвалась туча.

– Поговорить.

– Говори.

– Я хочу сказать, уважаемая туча, что вы просто прекрасно напоили деревья нашего города…

– Ну да, конечно.

– И еще – вы замечательно вымыли наши улицы и крыши.

– Ну да, конечно.

– И всю пыль вы прогнали.

– Ну да, да! Дальше-то что?

– Дальше? Я думаю, вам пора отправляться дальше.

– Это куда же?

– По радио я слышала, что в соседней области посадили что-то важное, а вот дождя там давно не было, и…

– Все ясно. Я полетела. Пока!

И огромная темно-серая туча медленно поползла (это она называла «летать») в нужную сторону. А кошка Мурзета впрыгнула на чердак, стряхнула капли дождя и медленно спустилась по лестнице к своей квартире. Мурзета вошла во все еще открытую дверь и снова очутилась в шуме, гаме, плаче. Не теряя времени, кошка прошла через комнаты к окну и громко мяукнула.

Мама, папа, бабушка и девочка посмотрели в окно и замолчали. Потому что небо снова стало очень голубым, а солнце ярким и жарким. Все, кроме кошки, сказали: «Ну, наконец-то!»

По дороге на дачу, уже в машине, мама опять радовалась будущим прогулкам, бабушка планировала, где что посадит на огороде, папа рассуждал о рыбалке, девочка с голубыми глазами вспоминала, взяла ли она розовый сачок. Кошка Мурзета просто дремала. У нее не было особых забот. Ну, подумаешь, мышей по ночам ловить… Ну, подумаешь, за погодой следить… Может быть, какие-то еще мелочи. Это все не страшно. Она ведь кошка. Она справится.







Наталья АБРАМЦЕВА

Серая кошка

Серая Кошка жила в пустой собачьей конуре во дворе обыкновенного пятиэтажного дома. Давно жила. Привыкли к ней.

Наталья АБРАМЦЕВА

Ну что ты, кошка!

Жили-были блестящая сосулька, свисающая с крыши, вредная черная кошка с желтыми глазами, которая любила бродить по этой крыше, и воздушный шарик желтого цвета. Сначала сосулька не была знакома ни с кошкой, ни с шариком.