Peskarlib.ru: Русские авторы: Александр БАРКОВ

Александр БАРКОВ
Рыболов Васька

Добавлено: 14 октября 2013  |  Просмотров: 1695


В конце августа мы переехали в город, и в нашей квартире появился котенок. На день рождения мне подарил его лучший друг Петька Кузин. Его Мурка месяц назад семерых родила.

Петькина мать сердилась:

— Не дом, а зверинец какой-то! Петька с ней спорил:

— У Дурова в доме даже морские львы жили, а тут кошки — обыкновенные домашние животные...

— Домашние! — кипятилась мать.— Но кошек-то восемь. Им отдельная квартира нужна!

Петька заикнулся было насчет ванной, но мать не выдержала и приказала:

— Вот тебе три дня, куда хочешь этих котов неси!

От великих забот и хлопот Кузин даже уроки запустил. Все ходил по знакомым — котят предлагал.

А мне достался самый последний — рыжий и худой.

— Не бойся, поправится,— успокаивал Петька.— У вас мыши водятся?

— Нет,— ответил я.

— А мухи?

— Эти есть.

— Вот здорово, он их прямо на лету ловит!

Может быть, в обычный день я бы наотрез отказался от такого подарка, но сегодня — хочешь не хочешь — принимай!

Так у нас появился кот Васька. И с того дня жизнь моя переменилась. Кот и вправду шустрый оказался. В три дня почти всех мух на окнах переловил, да, как на грех, тарелку с холодцом опрокинул. Тарелка вдребезги, а мне выговор.

И так что ни день. Васька мясо стянет, а ругают меня: плохо воспитываешь. А что с ним поделаешь, если у него звериный инстинкт!

Я ему и веником грозил, и в кладовку запирал — все равно не помогало. Но выпускать во двор Ваську боялся: сбежит еще «подарок».

Так дожил кот у нас до весны и ни разу на улице не побывал.

В конце мая воскресным утром мы поехали к бабушке в деревню. Погрузили в машину тюки, чемоданы, тахту, а Ваську я для надежности сунул в мешок.

Вначале мы вещи сгрузили, а потом уж я за мешок взялся...

— Чего там, у тебя, внучек? — пропела бабушка.

— Подарочек! — улыбнулся я и вытряхнул Ваську.

А кот испугался яркого света да как заорет; мя-яу! И так зычно, что Полкан у соседей чуть с цепи не сорвался. Васька вырвался у меня из рук и - шасть под дом.

Целых три дня оттуда носу не казал. Я не на шутку перепугался: не спятил ли кот с ума?

Но бабушка меня успокоила;

— Спервоначалу городские всегда так пугаются. Обвыкнуть им надо. Погоди, объявится твой Васька...

И верно, на четвертый день утром я выглянул из окна в сад и увидел там Ваську.

Кот с опаской ступал по траве, останавливался, воровато озирался по сторонам. То одна, то другая лапа его на мгновение повисала в воздухе и неслышно опускалась на землю.

По временам Васька замирал, принюхивался к цветам, листьям, траве, как бы ощупывал лапами деревенский мир. Васька родился в городе, а здесь все было для кота ново, забавно и удивительно: и большой серебристый тополь у калитки, и скрипучий журавль колодца, и веселые солнечные блики, вспыхивающие и гаснущие в росе.

Но вот Васька насторожился: черный плюшевый шмель прогудел у него перед самым носом и важно опустился на цветок одуванчика. Такого нахальства кот не перенес. Он сделал стойку и прыгнул, но тут же зашипел и откатился назад.

Л улыбнулся: шмель грозный, кусачий — это тебе не сонная комнатная муха.

Перепуганный кот снова залез под дом. Он просидел там до самых сумерек. Вечером у колодца я видел, как он жадно пил в луже воду, и под его мягкой плюшевой лапой покачивалась луна.

Потом Васька пообвык немного, и я не раз замечал его то на чердаке, то на самой вершине тополя, то на заборе.

На вольном воздухе кот подрос, окреп и сделался настоящим тигренком. По ночам охотился за мышами, а домой наведывался только к обеду.

Но самое удивительное: повадился Васька ходить со мной на рыбалку. Приметит, что я из сарая удочки достаю, и побежит по тропке прямо к реке.

Разложу я снасти у тихого омута, а кот сядет невдалеке, навострит уши и поджидает.

Попадется мне на овсяную кашу пескарь или малая плотвица — я брошу рыбу через плечо Ваське: угощайся, рыжий! А кот рад. Бросится на нее, заурчит, а порой даже вверх подбрасывает, словно в бабушкин клубок играет.

— Ишь живодер! — стыдил я Ваську.

Но коту, видно, пришлась по вкусу живая рыбка. Сижу, бывало, я с удочкой на мостках. Не шелохнусь, а поблизости на мели возле песчаной запруды кот промышляет. Слегка прищурит плутовские зеленые глаза, уставится в прозрачную воду и караулит мальков,

Проплывет стайка рядышком, а кот — бац лапой по воде. Да все впустую. Мелочь сверкнет на солнце бочком и рассыплется в разные стороны. А Васька зажмурится, недовольно крутнет головой и потрясет в воздухе мокрой лапой. Так рыбак из него и не вышел!

В конце августа зачастили дожди. Тысячами крохотных палочек застучали по железным листам, и крыша превратилась в большой звонкий барабан.

Прохладным сырым утром мы увязали тюки, набили яблоками чемоданы, нарвали цветов и собрались ехать в город.

— Где Васька? — спросила мама.

Я пожал плечами и тотчас же в сад — искать беглеца. Но его нигде не было. Я звал Ваську, манил колбасой, но кот снова забрался под дом. Видно, ему совсем не хотелось ехать в город.

— Оставь мне кота, внучек,— попросила бабушка.— В городе он, поди, пропадет. Скучать будет.

Я и сам так подумал: конечно, жаль рыжего плута Ваську, но разве найдет он в нашей квартире на четвертом этаже мышей, пахнущую грибами и оладьями русскую печь, тихую речку Ольшанку. Словом, все то, чем хороша бабушкина деревня!







Александр БАРКОВ

Лукерья-кудесница

Вечера в Крыму звездные. Поблизости от нашей мазанки висел фонарь под круглой жестяной шляпой. Стоило только ему загореться, как слетались ночные бабочки, словно на бал. Долго кружились в рассеянном свете.

Александр БАРКОВ

Пожарник Карл

В сад повадилась бегать соседская кошка Маркиза. Кошка как кошка, но вот беда: частенько она за птицами охотилась. Знал я это и прогонял ее.