Peskarlib.ru: Русские авторы: Николай БАДЕЕВ

Николай БАДЕЕВ
Флаг «Свирепого»

Добавлено: 6 октября 2013  |  Просмотров: 1503


Высокий, седой мужчина приходил в музей два-три раза в год и всегда задерживался у того красного флага, что полвека назад реял на мачте восставшего миноносца «Свирепый». Наверно, он служил тогда на этом корабле!

– Нет, нет, – улыбнулся посетитель, – в то время я мальчишкой был. А вот бой «Свирепого» с царскими войсками видел и даже спас одного раненого матроса.

Но однажды, придя в музей, он увидел: стяг миноносца снимали.

– В Москву! – сказали ему сотрудники.

Он спросил, зачем, а когда ему объяснили, задумчиво, как бы про себя, сказал:

– Знали б матросы «Свирепого»...


Весной 1903 года на Черное море с Балтики пришел миноносец «Свирепый» – новый быстроходный корабль, вооруженный пятью артиллерийскими орудиями и двумя торпедными аппаратами. Производя смотр, командующий Черноморским флотом вице-адмирал Чухнин признал: корабль в отменном порядке. А какой переход совершила команда! Зимняя Атлантика лютовала, даже крупные суда стремились укрыться в портах... Молодцы!

И все-таки адмирал хмурился: из Питера пришел миноносец, а там известно, что делается, – волнения, стачки... Не принес ли этот, радующий глаз свежей краской и до блеска надраенной медью, корабль революционную крамолу? Сходя на берег, Чухнин буркнул командиру: смотреть за матросами построже.

Смотрели недреманно и офицеры, я жандармы. А в кубриках из рук в руки ходили потертые на сгибах, зачитанные до дыр ленинская газета «Искра», листовки и прокламации Российской социал-демократической рабочей партии, призывавшие готовиться к вооруженному восстанию против ненавистного царизма. На миноносце возник подпольный революционный кружок, им руководил матрос Мартыненко. Собираясь в тесных, душных кочегарках, в угольных ямах, матросы горячо обсуждали положение в стране, ждали своего часа.

Однажды на сходку тайком пробрался моряк с броненосца «Потемкин», большевик Иван Сиротенко. Он был членом Центрального флотского комитета военной организации РСДРП, к его словам матросы особенно прислушивались. Сиротенко предупреждал: восстание назревает.

В октябрьский день 1905 года на «Свирепый» пришла весть: матросы, солдаты и рабочие Севастополя потребовали освобождения политических заключенных. Полиция открыла огонь по демонстрантам.

Команда собралась на верхней палубе.

– В город! – раздались возгласы. – Поддержим рабочих!

Матросы «Свирепого» участвовали в митингах, слушали пламенные речи лейтенанта Шмидта. В ночь на 15 ноября они арестовали офицеров и захватили миноносец. На мачте взвился красный флаг.

Утром моряки увидели – кумачовые полотнища реяли на крейсере «Очаков», минном крейсере «Гридень», канонерской лодке «Уралец», миноносце «Заветном»... А на мачте «Очакова» еще колыхался на ветру флажный сигнал: «Командую флотом. Шмидт».

«Свирепый» направился к «Очакову». Вдруг на пересечку курса вышла канонерская лодка «Терец».

– Застопорить машины, иначе открою огонь! – крикнул в рупор старший офицер канлодки.

– Дорогу миноносцу, иначе мину пущу! – ответили со «Свирепого».

«Терец» поспешно отвернул.

Команда «Очакова» приветствовала «Свирепый» громким «ура». В воздух взлетели бескозырки, оркестр заиграл марш.

Лейтенант Шмидт перешел на палубу миноносца. Его встретили с почестями, полагающимися адмиралу: команда стояла в строю, был отдан рапорт.

Шмидт поднялся на мостик, приказал следовать на рейд.

Заработали машины. «Свирепый» взял курс к крейсерам и броненосцам. На его палубе играл оркестр.

«Миноносец шел медленно, – вспоминает очевидец. – Шмидт стоял без фуражки, с развевающимися волосами и к каждому кораблю обращался с призывом присоединиться к восставшим, поддержать трудовой народ в борьбе за свободу».

Матросы «Свирепого» восхищались мужеством «красного адмирала». Миноносец подходил почти вплотную к кораблям. На их палубах стояли не только сочувствовавшие восстанию. Офицеры демонстративно хватались за оружие, с мостиков раздавались злобные угрожающие выкрики. В любую секунду мог прозвучать предательский выстрел. Но контрреволюционеры не осмелились, они видели – пушки и торпедные аппараты «Свирепого» наготове.

Правительство стягивало в Севастополь войска для расправы с восставшими моряками. Адмирал Чухнин предложил кораблям немедленно спустить красные флаги.

«Я не сдамся», – просемафорили с «Очакова». «Я не сдамся», – повторил «Свирепый».

«Красный адмирал» направил на «Свирепый» Ивана Сиротенко, назначив его командиром отряда революционных миноносцев.

Правительственные войска и корабли открыли по восставшим жестокий огонь.

«Атаковать броненосцы Чухнина», – передали на «Свирепый» с «Очакова».

Сиротенко приказал дать самый полный. Открыв стрельбу из орудий, миноносец с изготовленными к бою торпедными аппаратами стал занимать позицию для атаки.

Обнаружив, что «Свирепый» готовится к торпедному залпу, враги сосредоточили на нем огонь десятков орудий. Вода вокруг клокотала от разрывов снарядов. Стреляли и с кораблей, и с берега. Тяжелый снаряд разрушил машину, окутанный клубами пара миноносец потерял ход.

– По «Свирепому» бейте! – приказал Чухнин. – Потопить его! Потопить во что бы то ни стало!

Миноносец горел...

Упал, сраженный осколком, Сиротенко. В огне гибли комендоры, машинисты, сигнальщики, минеры... Оставшиеся в живых продолжали сражаться.

Многие матрасы взрывными волнами были сброшены за борт и пытались вплавь добраться до берега. По ним строчили пулеметы.

Бой длился более двух часов.

«Свирепый» красного флага не спускал, – говорилось в обвинительном акте по делу восставших, – и продолжал стрелять до тех пор, пока не получил таких повреждений, что потерял способность двигаться, причем были разрушены все надстройки его палубы».

Жандармам не удалось захватить красный флаг «Свирепого». Один из моряков забрал и сохранил революционную реликвию. После Февральской революции 1917 года стяг передали в Морской музей.


В Кремле начинал свою работу Двадцатый съезд Коммунистической партии Советского Союза. И вдруг встали убеленные сединами ветераны партии, герои гражданской и Великой Отечественной войн, ученые, рабочие, колхозники: в зал вносили прославленные знамена. Среди них был и флаг «Свирепого».

После съезда флаг снова вернулся в музей.

Но человек, который в детстве был свидетелем боя «Свирепого», в музее не появлялся. Ни фамилии, ни адреса его мы, к сожалению, не знали. А он нам был очень нужен: работая над изучением восстания, мы прочитали воспоминания современника: «Собравшаяся толпа была свидетелем героического поступка. Один из раненых матросов тонул. Нашелся мальчик четырнадцати лет, который сел в первый попавшийся ялик, среди разрывавшихся снарядов подплыл к утопавшему матросу и спас его».

Может быть, это был он?


После восстания израненный, обгорелый корабль загнали в дальний угол гавани. Только спустя длительное время он был отремонтирован и введен в строй.

В семнадцатом году матросы «Свирепого» устанавливали Советскую власть в Крыму, потом сражались на сухопутных фронтах.

После гражданской войны комсомольцы восстановили корабль. На его борту засверкало новое имя: «Лейтенант Шмидт». На нем получили морское «крещение» сотни советских моряков, многие из которых стали адмиралами, прославились в Великую Отечественную войну.

Черноморцы берегли революционный корабль, но годы и плавания давали себя знать: в тридцатых годах миноносец разобрали.

А в это время создавался проект нового «Свирепого». В десять раз крупнее своего предшественника, он сошел со стапеля на берегах Невы. Его матросы пришли в музей и у революционного стяга первого «Свирепого» поклялись верно служить Советской Родине.

В период Великой Отечественной войны ленинградцы часто слышали басовитый голос второго «Свирепою».







Николай БАДЕЕВ

Призы «Тюленя»

В связке книг и бумаг, лежавших на чердаке дома, в котором когда-то жил старый моряк, ребята нашли фото: подводная лодка тащит на буксире... громадную двухмачтовую шхуну.

Николай БАДЕЕВ

Мачты «Потемкина»

Всмотритесь в фотографию броненосца «Потемкин». Видите, какие у него толстые мачты? Это клепаные полые трубы диаметром в полтора метра; снаружи – скобтрапы, внутри – металлическая винтовая лестница.