Peskarlib.ru: Русские авторы: Николай БАДЕЕВ

Николай БАДЕЕВ
При очах английских

Добавлено: 6 октября 2013  |  Просмотров: 2230


«...Остальные неприятельские суда, из которых на одном был вице-адмирал, ретировались; и хотя мы за ними и пустились в погоню, во абордировать их не могли, потому что они вышли уже из шхер в море, и погода стала прибавляться, и волны стали велики, только стрельбой их гораздо повредили так, чаю от кормы вице-адмиральского корабля видели отбитые доски».

– Бесподобно! – смеясь, вскричал Петр, читая донесение. – Поезжай, полковник, на «Фивру», скажи, что в Саикт-Питербурхе премного довольны.

Майор Шилов не верил своим ушам: полковник... Произвести через чин только за то, что доставил донесение – такого еще не бывало. Значит, там, при Гренгаме, действительно большая виктория, если сам государь так безмерно обрадован.

Шипов посмотрел на стоявшую в шкафу, за стеклом, модель корабля. Ну, долго будут помнить эту «Фивру» господа шведы...


27 июля 1720 года у Аландских островов, дружно ударяя тысячами весел, шла эскадра гребных судов. На шестьдесят одной галере и двадцати девяти лодках находилось десять тысяч «морских солдат».

В центре флотилии плыла длинная, остроносая, с надстройкой на корме галера «Фивра», на ее мачте развевался флаг начальника галерного флота генерала Михаила Голицына. Более полутораста гребцов старались вовсю.

– Живее, живее! – нетерпеливо приказывал генерал, расхаживая по куршее – помосту, соединяющему корму с носом. – Навались, братцы!

Сорокапятилетний генерал славился храбростью и воинским талантом. Вместе с Петром он участвовал в захвате Азовской крепости, дрался под Нарвой, штурмовал Нотебург, командовал гвардией в Полтавском сражении. Петр на поле боя вручил ему высшую награду – орден Андрея Первозванного.

И вдруг получить от государя упрек... А причина? Посланная на разведку лодка зашла слишком далеко, села на мель и захвачена шведами. Петр выразил недовольство: «Зело удивительно в отдалении от галерного флота такой азартный разъезд иметь». И повелел отбить лодку и «еще какой поиск сыскать».

Галеры бежали быстро. Матросы и солдаты, щуря глаза от солнца, наблюдали за горизонтом – не покажутся ли шведские паруса.

Ни много ни мало, а двадцатый год наши балтийцы сражались со свеями. Морское могущество Швеции было подорвано, но заключать мир она не хотела – надеялась на помощь Англии. Полтора месяца минуло, как в Финский залив вошла английская эскадра адмирала Норриса: заявилась якобы для «защиты торгового мореплавания и посредничества в заключении мира».

И тогда Петр послал галерный флот искать боя с противником: он хотел доказать шведам, что надежды на англичан не спасут их от разгрома.

И вот под вечер эскадра подошла к острову Дегере. Голицын выслал в разведку несколько лодок. Вскоре одна из них вернулась к «Фивре».

– У острова Лемланд шведы! – доложил командир лодки.

Галеры рванулись вперед. Вскоре моряки увидели вражеские паруса. В заливе стояли линейный корабль, четыре фрегата и девять других вооруженных судов.

Сила большая! Но Голицын хоть сейчас бы приказал атаковать. Вот уже абордажные команды изготовились к бою: галеры ощетинились пиками, топорами, похожими на заостренный зуб. Что же медлит начальник флота?

По морю гуляли белые барашки; галеры захлестывало соленой водой, солдаты едва поспевали вычерпывать ее ведрами и котелками. На крутой волне трудно подойти вплотную к вражеским кораблям. Надо переждать непогоду, а потом – атаковать.

С «Фивры» приказали: отходить к острову Гренгаму, в шхеры.

Шведы двинулись следом. Не мог вице-адмирал Шеблад упустить такую добычу. Он видел, как медленно, неуклюже переваливаются с волны на волну эти низкобортные суденышки, как смешно машут в воздухе веслами гребцы, когда пенные валы подкидывают лодки на свои гребни. Еще немного, и они перевернутся. Чего доброго, не удастся захватить ни одной галеры, все перетонут.

– Вперед! – торопил Шеблад.

Русские уходили в мелководный пролив. Уже выступали из-под воды гранитные лбы подводных скал, вокруг них яростно вихрила вода. Уже появилось столько отмелей, что и галерам приходилось лавировать.

– Курс ведет к опасности! – доложили Шебладу.

– Молчать! – взревел разъяренный адмирал. – Мы еще успеем догнать!

Голицын расхаживал на палубе «Фивры», думал: «Горяч, горяч Шеблад... Забыл господин адмирал пословицу: морем плыть – вперед глядеть».

Среди островков, в шхерах, было спокойнее, и Голицын приказал атаковать неприятельский флот. Галеры и лодки повернули и ринулись на врага. Фрегаты стали маневрировать, чтобы занять выгодную позицию для стрельбы. Но где было им развернуться в такой тесноте! Они походили на слонов, попавших в загон. Вот сел на камни 34-пушечный «Стор-Феникс». Вот затрещал корпус 30-пушечного «Венкера», налетевшего на мель. Галеры окружили оба фрегата, и на их палубы тотчас полетели привязанные к прочным канатам тяжелые, кованые «кошки». Шведы яростно отбивались: в упор палили из ружей, отталкивали лодки шестами, бросали в них ядра. Но было поздно – лихим броском русские захватили фрегаты.

Вице-адмиралу Шебладу ничего не оставалось, как поскорее уносить ноги. На линейном корабле появился сигнал: «Немедленно отходить». Осторожно продвигаясь между отмелями, флагманский корабль загородил путь фрегатам «Кискин» и «Данск-Эрн». Русские абордажные команды, несмотря на страшный огонь, взяли их в плен.

Наконец шведам удалось вырваться из шхер. Галеры их преследовали, ведя пушечный огонь. Но, выйдя из-под защиты острова, они начали зарываться в волны, принимая потоки воды. Пришлось вернуться.

На фрегатах было взято в плен 407 человек и найдено 163 убитых. Русские в этом бою потеряли 82 человека.

27 июля от «Фивры» отошла самая быстроходная галера. Майор Шипов повез в столицу пакет с донесением Голицына Петру.

Но где же в это время была британская эскадра? Оказывается, она спешно ушла к Стокгольму, намереваясь защищать его от русских галер.

По насмешливому выражению Петра, победа над шведами была одержана «при очах английских, которые равно обороняли как их земли, так и флот».

Вскоре моряки галерного флота ввели в Неву четыре трофейных фрегата. На берегах реки стояли войска. Петропавловская и Адмиралтейская крепости произвели сто четыре залпа – по числу пушек, захваченных на шведских кораблях.

После победы у Гренгама русские высадили крупный десант на побережье Швеции, который разрушил железные заводы, приблизился к Стокгольму. В свейской столице началась паника.

Шведы убедились: сухопутная «Московия» стала могучей морской державой. 30 августа 1721 года в финском городе Ништадте был подписан мирный договор. Россия прочно утвердилась на берегах Балтики.


А модель галеры «Фивра», изготовленная еще при жизни Петра, до наших дней сохранилась в музее.







Николай БАДЕЕВ

Играть до последнего

Это произошло в конце прошлого века. Русский военный корабль совершал учебное плавание по Эгейскому морю. В Хиосском проливе, недалеко от старинной турецкой крепости Чесма, он застопорил ход.

Николай БАДЕЕВ

Добрый почин…

На Октябрьский праздник в школу пришел старый рабочий Кировского завода. Он показал ребятам потрескавшуюся от времени фотографию участников штурма Зимнего дворца 25 октября 1917 года, среди которых были люди в морской форме.