Peskarlib.ru: Русские авторы: Николай БАДЕЕВ

Николай БАДЕЕВ
«Морским судам быть»

Добавлено: 6 октября 2013  |  Просмотров: 2941


Скоро день рождения, – сказали нам однажды липецкие краеведы, посетившие музей. – Двести семьдесят пять лет стукнет имениннику. Ждите подарочек от нас...

– Бандеролью?

Гости улыбнулись:

– Да нет уж... Пожалуй, почта не примет такую «бандероль»...


В дождливый осенний день 1695 года от устья Дона по раскисшей степи двигались к Москве русские войска. В крытой повозке, прыгавшей на ухабах, сидел сумрачный царь Петр.

Невеселыми были его думы. Обширное Русское государство с двенадцатимиллионным населением не имело выхода ни к Черному, ни к Балтийскому морям. Как торговать с иноземцами, если побережья морей, если устья рек в руках турок и шведов? А ведь по обоим этим морям некогда ходили русские суда. Черное даже называлось Русским морем, пока его северные берега не отрезали захватчики. Да, без морей России не цвести.

Петр бросил взгляд на дорогу. Шли полки Преображенский, Семеновский, Лефортовский, Бутырский... Сражались солдаты храбро, а крепость турецкую, крепость Азов, не одолели. А все оттого, что по морю туркам шла подмога – и людьми, и оружием, и продовольствием.

Без флота как без рук. Но где же строить корабли, если берега морей под вражьей пятой?

Надо взбодрить морскую силу во глубине России, да и спустить флот вниз по тихому Дону в Азовское море.

Через месяц почти по всей России затих стук топоров. В подмосковное село Преображенское, в Воронеж и близлежащие городки Козлов, Добрый, Сокольск со всех концов страны толпами шли пильщики, плот¬ники, конопатчики, смоловары, канатчики. Шли они на «струговое дело».

Из Архангельска в Преображенское санным путем доставили в разобранном виде галеру. По ее образцу готовились части двадцати двух судов. Заиндевелые лошади с трудом тащили в Воронеж огромные сани, груженные дубовыми килями, шпангоутами, мачтами, рулями, веслами.

В Воронеже галеры собирались. Там же строились два 36-пушечных корабля, готовились четыре брандера – парусные суда, груженные горючими веществами для уничтожения неприятельского флота путем поджога при свалке вплотную.

Спешно сооружались струги, лодки, плоты для перевозки войск. На верфях работали вологжанин Осип Щека, нижегородец Яков Иванов, их сотоварищи – мастера плотницких дел.

В селе Липовка на реке Воронеж копали бурый железняк. Над окрестностями тучей висел удушливый дым: лили пушки и ядра, ковали якоря, скобы, корабельные гвозди, уключины.

Мастеровые трудились под угрозой «всяческого разорения и смертной казни за оплошку и нерадение».

Петр, не зная устали, скакал из Москвы в Воронеж, из Воронежа в Москву и торопил, торопил – до весенней распутицы оставалось не много.

У Петра было немало сторонников, но еще больше было недругов. Бояре недовольно покачивали головами: «Эва, разорит двадцатичетырех¬летний царь государство – в какие деньги обойдется морская затея, только одних плотников занято «струговым делом» двадцать шесть тысяч... Да разве флоту, построенному за одну зиму, одолеть турок, которые два столетия оттачивали клыки в морских сражениях с Австрией, Францией, Испанией, Венецианской республикой, Мальтийским орде¬ном... Недаром султан прослыл «непобедимым на море».

3 апреля 1696 года спустили на реку Воронеж 68-весельную галеру «Принципиум», вооруженную тремя пушками. В кормовой каюте поселился Петр: он сам поведет флотилию на штурм Азова под именем капитана Преображенского полка Петра Алексеева.

В начале мая тронулись в путь. Никогда еще река не видела такого множества судов. По бурлящей вешней воде, мимо изрытых пещерами меловых гор, плыли более двадцати галер, брандеры, свыше тысячи трехсот стругов, триста морских лодок и сотня плотов. На них семь полков пехоты, музыканты, лекари, хлебопеки.

Высокая вода стремительно проносила суда над перекатами. А с Нижней Девицы, Потудани, Тихой Сосны и других притоков выходили и пристраивались к каравану новые суда.

На стругах лежали крепко привязанные канатами чугунные и мед¬ные «басы» – дробовые пушки, стрелявшие картечью из свинцовых пуль и железных обломков, «брештовые» и «проломные» орудия. И к каждой пушке везли по пятьсот и больше ядер.

А еще везли лесные припасы, смолу, гвозди для починки судов.

Половодье спрямило крутые повороты реки, флотилия шла ходко. На Дону к ней присоединились утлые казацкие лодки.

В середине мая, не доходя до моря десятка верст, солдаты увидели высокие каменные башни, с которых грозно глядели стволы орудий. Это была крепость Азов.

Высланная вперед разведка доложила «капитану Петру Алексееву»: к крепости приближается большая турецкая эскадра. На галерах приготовились к бою, но северный ветер резко понизил уровень воды в устье Дона, им не прорваться в море. Тогда под огнем крепости к устью реки пошли казацкие лодки под командованием Фрола Миняева. Затаившись в камышах, казаки зорко наблюдали за противником. Атаковать громадные корабли на лодках невозможно, но вражеская эскадра не могла из-за малых глубин подойти к крепости вплотную, казаки ждали, когда турки начнут подкидывать подкрепление на гребных судах.

И дождались... Вечером 20 мая тринадцать вражеских тунбасов – гребных грузовых судов, взяв пятьсот солдат, направились к крепости. Их прикрывали одиннадцать ушкол – небольших боевых лодок со стрел¬ками. Казаки бросились на врага и в лихом абордажном бою захватили десять тунбасов, на которых, по словам Петра, было взято «300 бомбов великих, пудов по пяти, 500 копий, 5000 гранат, 86 бочек пороху, 26 человек языков и иного всякого припасу: муки, пшена, уксусу, масла и рухляди многое число, а больше сукон; и все, что к ним на жалованья и на сиденье прислано, все нашим в руки досталось».

Турки перепугались. Второпях снимаясь с якорей, два корабля сели на мель. Попытка спасти их не удалась; один корабль противник успел потопить, а другой попал в руки казаков.

Защитники крепости приуныли.

А через несколько дней вода прибыла, русские галеры вышли в Азовское море и заняли позиции перед устьем Дона. Теперь турецкая твердыня была обложена и с суши и с моря.

14 июня 1696 года на горизонте появилось шесть многопушечных кораблей и семнадцать галер. Увидев на взморье русские суда, турецкий адмирал растерялся: неужели вся эта армада построена за одну зиму...

Турецкая эскадра легла в дрейф. Две недели она топталась на месте, не решаясь высадить четырехтысячный отряд в помощь гарнизону крепости.

28 июня турецкие корабли наконец направились к берегу, но как только петровские галеры «якоря вынимать стали, чтоб на них ударить, они тотчас, парусы подняв, побежали».

19 июля крепость Азов сдалась.


30 сентября Москва встречала победителей. Первой в столицу вступила рота моряков, во главе ее широко шагал Петр. Вслед за моряками солдаты волочили по земле полотнища турецких знамен.

Над столицей гудел колокольный звон. Все москвичи высыпали на улицы, приветствуя покорителей Азова. На триумфальных пирамидах, сооруженных у Каменного моста, было написано: «В похвалу прехрабрых воев морских», «В похвалу прехрабрых воев полевых».

Рядом красовалась большая картина: морской бог Нептун, улыбаясь в бороду, провозглашал: «Се и аз поздравляю взятием Азова и вам покоряюсь».

20 октября 1696 года в селе Преображенском собралась Боярская дума. Петр объявил о создании сильного военного флота, способного отвоевать Керченский пролив и добиться свободного выхода в Черное море. «Корабли делать со всей готовностью, с пушками и мелким ружьем, как быть им на войне...»

Дума постановила: «Морским судам быть». Этот день – 20 октября 1696 года – стал днем рождения русского регулярного военно-морского флота.


Из Липецка доставили в музей не «бандероль», а пушку, найденную при раскопках на месте села Липовка, там, где для Азовского флота го¬товили оружие и ковали якоря.







Николай БАДЕЕВ

Первая модель

Флаги, пушки, компасы, штурвалы – все это появилось в музее позже. Вначале были модели кораблей. Сейчас их более тысячи трехсот.

Николай БАДЕЕВ

Весло из Новгорода

«Грандиозное военно-морское предприятие русских на Балтике», «выдающийся десант новгородцев» – так оценили историки это событие.