Peskarlib.ru: Зарубежные авторы: Гунхильд ЗЕХЛИН

Гунхильд ЗЕХЛИН
В Египте

Добавлено: 22 сентября 2013  |  Просмотров: 1489


Перед удивленным взором Марии и Иосифа распростерлась зеленая равнина. Далеко на горизонте была видна сверкающая полоса. Глава каравана рассказал им, что это Нил, знаменитая река египтян.

— Скоро, скоро кольцо будет мое, — радостно думал торговец. — Как же чудесно оно! Не могу видеть, как играет с ним Ребенок. Такое кольцо только и давать малому дитяте!

Но тихий голос сердца шептал торговцу: «Ты в самом деле думаешь, что это будет правильно, за ту малость, что ты им дал, потребовать кольцо? Разве они не помогли тебе столько раз? Как бы ты справился с песчаной бурей, как бы нашел источник?»

Но торговец заглушал в себе этот голос.

— Я сделал для них больше, — говорил он себе. — А если я позабочусь, чтобы Иосиф нашел в Египте работу, а семья дом, у меня будет еще больше прав на кольцо. Иосиф сам никогда не сможет найти работу.

— Но мне действительно будет жаль с ними разлучаться, — вздыхал он. — Даже странно, как я успел их полюбить, спокойного Иосифа и добрую Марию, всегда такую нежную и веселую. А Дитя! Хотел бы я иметь такого ребенка. Никого не держал я в руках так охотно, как Его. Я подружился даже с их маленьким осликом. Есть что-то удивительное в этих беглецах. Много раз спрашивал я себя, кто же они такие. Да, я помогу им найти крышу над головой.

Наконец, они пришли в одну довольно большую деревню. Тут у торговца был знакомый, их связывали торговые дела, и он всегда тут останавливался. Он рассказал приятелю про Иосифа.

— Послушай, — сказал торговец Иосифу. — У моего друга здесь в деревне есть сад. Там растут бальзамины. В последнее время этот сад что-то пришел в запустение. Он просит тебя, чтобы ты привел его в порядок и заботился о нем. А рядом есть маленький дом, ты можешь его отремонтировать и жить в нем.

Иосиф и Мария, конечно, обрадовались.

— Ты, наверное, переодетый ангел? — спросила Мария. — Мне уже не раз так казалось.

От таких слов торговец покраснел.

— Как можем мы отблагодарить тебя за твою доброту? — Спросил Иосиф. — Может быть, у тебя есть какое-то желание.

Торговец дважды сглотнул и выговорил: «Кольцо!»

Иосиф и Мария посмотрели друг на друга.

— Это кольцо Младенца, — замешкался Иосиф. — Я не знаю, можем ли мы тебе его отдать.

Малыш сидел у Марии на коленях и играл кольцом. Внезапно, словно поняв, о чем идет речь, Он с восхитительной улыбкой протянул кольцо торговцу.

— Смотри, Он дает тебе кольцо, — сказала Мария. — Так что бери. Но ты должен знать, что это за кольцо; это не обычное кольцо, чтобы носить на пальце. Наше Дитя получило его в подарок от очень знатного и богатого человека.

Это кольцо истины. Когда его носит честный человек, жемчужина будет воистину сиять, но если его наденет недостойный, если он попытается солгать и обмануть кого-то, жемчужина потеряет свой блеск и красоту. Но ты хороший человек и можешь смело его носить.

Торговец застыл с кольцом в руке. Его словно ударили обухом по голове! Драгоценное кольцо было наконец его, и он не отваживался его надеть. Он и смотреть-то на него едва отваживался.

Тут закричал глава каравана. Караван был готов следовать дальше, и торговцу тоже пора было идти. Он наскоро простился с Иосифом и Марией, поцеловал Ребенка и поспешил. Он чувствовал в зажатом кулаке желанное кольцо.

Напоследок он обернулся и прокричал:

— Я еще вернусь. Я обещаю снова проводить вас в вашу страну, как только придет время.

— Бог тебе в помощь, — ответила Мария.

Больше года жили уже Иосиф и Мария в египетской деревне. Все в округе думали, что они простые беглецы. Женщины часто приходили к ним в дом и разговаривали с Марией. Они разглядывали Младенца и не уставали нахваливать Его. Как Он мил, как крепок и как красив.

— Мы никогда не видели такого ребенка, — говорила, бывало, одна женщина. — Словно ангел небесный! Скажи, Мария, не можешь ли ты налить мне немного молока? У меня нет больше, и моя дочурка голодная, хочет есть. Она не такая сильная и цветущая, как твой малыш.

Мария доставала из своих запасов молоко и отдавала соседке.

— Твой Сын выглядит словно царское дитя, — говорила другая. — Он вырастет великим человеком, Мария. Но не нальешь ли ты немного масла? Мой кувшин совсем пуст.

Мария доставала свой кувшин для масла и отдавала соседке, которая радостно отправлялась с ним домой.

И хотя никто из жителей деревни и не подозревал, что за Ребенок там жил, животные очень скоро все узнали.

Первым был пес. Он обнюхивал все кругом в саду и слышал, как ликовало Дитя. Мария сидела под тенистой пальмой и держала Его, завернув в шаль. Пес с любопытством приблизился. Когда же он заметил, что Ребенок остался один, он подошел поближе и обнюхал Его.

— Осторожней, не причини Ему боль ненароком! — закричал Ослик, который стоял неподалеку, привязанный под деревом, и наблюдал.

Мальчик протянул свои ручонки прямо к носу большого пса. У осла аж дыхание сперло.

— Не смей! — шептал он, — не трогай Его!

Пес осторожно лизнул ручонку, коснулся языком румяной щечки. Ребенок довольно улыбался. Пес повалился на землю и стал кататься и кувыркаться, так что Дитя просто заливалось от смеха.

— Что это за Младенец? — изумленно спросил пес. — Странно, Он совсем не похож на других. Рядом с Ним так чудесно себя чувствуешь. Такого со мной еще никогда не было. Словно это ангел, а не обычный человек.

— Он будет Добрым Пастырем! — важно Сказал ослик.

— Что ты говоришь? — пролаял пес. — А я лизал Его в лицо.

Тут пришла соседская кошка, высоко изогнув хвост, крадучись, готовая в любую минуту вспрыгнуть на крышу. Так забавно сидеть наверху и дразнить пса, пока он совсем не разозлится.

— Иди-ка сюда, кошка, — воскликнул пес взволнованно. — Иди послушай, что скажу.

Кошка была так обескуражена, что остановилась.

— Ну что там такое? — спросила она подозрительно. — Ты надеешься меня заманить?

— Да не бойся ты, иди сюда спокойно, — отвечал пес, — иди посмотри на этого Ребенка. Кто это, по-твоему?

Малыш протянул ручки навстречу кошке, которая подскочила к Нему большим прыжком. Она тут же принялась мурлыкать и ласково вытянула лапку.

— Будь поосторожнее с Ним, — пролаял пес. — Ты разве не видишь, кто это?

— Он выглядит не так, как обычные дети, — подумала кошка. — И как нежно Он гладит. Так гладила меня мама в детстве, когда я была совсем маленькая, и она вылизывала меня своим мягким язычком. Скажи же, кто это?

— Добрый Пастырь, — ответил пес.

— Добрый Пастырь, которого весь мир ждет со дня своего творения? — переспросила кошка.

— Да, — подтвердил пес, — именно Он.

Тут над головой кошки пронеслась стайка птиц. Они увидели кошку и хотели ее подразнить.

— Послушайте, — воскликнула кошка птицам, — не мешайте Ребенку. Вы не видите, что Он засыпает?

— Что это за Ребенок? — прощебетала востроносая птаха и пролетела снова рядом с кошкой.

— Поосторожнее, — заметила кошка, — разбудишь.

Птицы уселись на дерево и смотрели на Ребенка.

— Идите сюда, поближе, посмотрите вместе с нами, — сказала кошка.

— Ишь чего захотела, — заверещала птица. — Мы-то тебя хорошо знаем, кто ты такая и чего ты хочешь.

— Да ничего я вам не сделаю, говорю же, — отмахнулась кошка.

Две или три птицы отважились спорхнуть вниз, но к кошке приближаться не решались.

— Что за очаровательное Дитя. Смотрите, как Оно раскинулось во сне, — прощебетала одна.

— А вы знаете, что это за Ребенок? — спросил пес.

— Нет! — ответила птаха. — Но у Него ангельский вид.

— Откуда ты знаешь, как выглядят ангелы, — завороженно спросила кошка.

— А вот знаю. Я была зимой в стране иудеев, и там всюду парили ангелы. Они пели в честь Ребенка, что сошел с небес, и было это в городе, который называется Вифлеем.

— И я тоже видела, — добавила другая.

— Мы встретили там других птиц, они сопровождали Его Мать, — заметила третья.

— Ах, слышали бы вы, как поют ангелы, — вдохновляли они одна другую. — Нам так никогда не научиться петь. Но мы услышали тогда от ангелов колыбельную. Послушайте.

И они защебетали так живо и одновременно так ласково, что Мария вышла и удивилась:

— Неужели это мои птицы из Назарета?

С улыбкой она бросила им горсть зерен. А когда они слетелись и принялись клевать, она заметила, что это другие птицы.

— Странно, — подумала она, — они поют точно так же, как и мои маленькие певцы дома.

— Это она, Мать Того Младенца, — щебетали птицы. Но тогда и Младенец это Тот, для Кого пели ангелы.

— Конечно, Он, — объявил пес. — И Он станет Добрым Пастырем.

— Ах, как чудесно лежать у Его ног, — промурлыкала кошка. — Еще чудеснее, чем было в детстве, возле мамы. Да, это в самом деле Добрый Пастырь.

— Как же Он попал на берега Нила? — спросили птицы.

— Об этом я могу вам рассказать, — молвил ослик.

Но едва он начал рассказывать, птицы тут же заверещали:

— Так это ты сопровождал их тогда? Это ты маленький ослик Марии?

— Конечно, — щебетали в ответ другие, — это ты, славный маленький ослик.

Потом они внимательно слушали спокойный рассказ ослика о пути в Египет.

— Мы так рады, — сказали птицы, когда ослик закончил, — что Добрый Пастырь пришел сюда в нашу страну.

— Но мы не останемся здесь навсегда, — заметил ослик.

— А зачем же вы сюда пришли? — удивились птицы.

И ослик рассказал им о злом царе.

— Мы должны помогать друг другу, вместе мы убережем Дитя, чтобы с Ним ничего не случилось, — сказала под конец кошка. — Вы, птицы, будете нашими разведчиками. Как только увидите что-то подозрительное, сразу летите сюда и докладывайте. А мы с псом будем попеременно сторожить, когда ослик будет занят работой. Египет тоже опасная страна, и кто может знать...

— Вот хорошо, — подумали пес и птицы. Им тоже хотелось, чтобы с Ним ничего не случилось.

— Разве это так необходимо, — заметил осел. — Здесь все так дружелюбны.

— Всякое бывает, — ответил пес.

— Нам поможет Ангел, — доверчиво заметил ослик.

Дни текли спокойно, и только когда в деревню приходил караван, наступало оживление. Пару дней раздавались крики, беготня. А затем в деревне снова наступала тишина и покой.

Но однажды едва не случилась беда.

Царь Ирод, который очень разозлился, что никак не может схватить ребенка, отправил гонцов в Египет, и просил, чтобы его солдатам позволили поискать ребенка в приграничных селениях. Он полагал, что беглецы могли уйти в эти места.

И вот в деревню заявились солдаты.

Мария находилась в это время в обветшалой хижине, построенной между трухлявыми стволами деревьев, и приводила ее в порядок. Хижина много лет стояла заброшена, никто ею не пользовался, но теперь Мария решила, что надо вынести хлам и подмести, и тогда Иосиф сможет хранить там свой инструмент. Ребенок, который между тем подрос и уже ползал, играл на песке с кошкой. Иосиф и маленький ослик работали в дальнем углу большого сада.

Солдаты прискакали в деревню. Они входили в дома и спрашивали о беглецах из земли иудейской. Но им ничего не удалось разузнать, потому что никто не желал рассказывать про Марию и Иосифа. Так обшарили они все дома в деревне, но нигде не нашли и следа.

Ласточки, что гнездились под стрехой первого дома, заметили, правда, солдат, но не почувствовали опасности.

И тогда появился сияющий Ангел. Он показал на Марию и прошептал:

— Поторопитесь! Спасите Младенца!

Как засуетились они теперь!

— Солдаты! Они ищут Ребенка! — пищали они встревоженным хором.

— Как же нам укрыть Его, — встревожено мяукала кошка.

— В хижине, — пролаял пес, примчавшись со всех ног.

Птицы сновали над землей и вокруг ребенка. Он словно понял, что они имеют в виду, и пополз прямо в темноту хижины. Но Мария думала, что Он будет там мешать подметать, и хотела Его снова вынести наружу. Тут птицы закружили вокруг нее и запищали так жалобно, что она поняла: что-то надвигается. Она вышла из хижины и прислушалась. Тут она услышала цокот. Кони! Это означает солдат!

Мария прижала к себе Дитя и отступила в хижину как можно дальше. Ах, зачем она как раз сегодня все вычистила и вымела! В хижине был такой порядок, что солдаты непременно ее найдут. Она хотела выбежать наружу и поискать другого убежища.

Но птицы верещали отчаянно. Они так кружили вокруг нее, что она вернулась. Тут прилетели несколько ласточек с пауками в клювах. Они посадили их на старое дерево у хижины. Пауки тут же начали плести большую паутину, чтобы загородить вход. Пес сгребал мусор на чисто выметенный пол, и скоро все выглядело таким же грязным, как прежде. Когда солдаты пришли в сад, кошка улеглась у входа в хижину и принялась зевать.

Солдаты заглянули в маленькое жилище Марии, но никого не нашли. На Иосифа и осла они не обратили внимания. Под конец они заметили маленькую хижину, но один из солдат сказал:

— Да там много лет не ступала нога человека.

— Лучше все-таки посмотреть, — ответил другой.

— Пойди, — усмехнулся первый. — Вот будет умора, когда твоя каска будет вся обвешана паутиной.

И все засмеялись и поехали дальше. Вскоре цокот удалился. Слышно было, что они покинули деревеньку.

— Иосиф, — позвала Мария.

Иосиф тут же прибежал.

— Солдаты, — бессильно прошептала Мария, — они нас искали.

— Небу было угодно, чтобы они не нашли нас, — пропыхтел в ответ Иосиф, еще не придя в себя.

— Птицы направили Младенца в хижину и меня тоже там задержали. Пес сгреб на землю мусор, а пауки затянули паутиной вход прежде, чем я поняла, в чем дело.

— Нам не следует бояться, Ангел хранит нас, и животные пришли нам на помощь.

— Но откуда они узнали, что у нас за Ребенок, Иосиф?

Иосиф только качал головой и улыбался Марии, пока она сыпала птицам зерна и наливала псу и кошке молока в миску.

Маленький ослик тоже улыбался.

— Большущее вам спасибо, вы хорошие друзья, — сказал он псу, кошке и птицам. — Вы сделали очень хорошо.

— Разве мы тебе не говорили, что хотим уберечь Ребенка? — спросила кошка.

— А ты не верил тогда, что это может понадобиться. Видишь теперь?

— Хм, — хмыкнул ослик. — Но я ведь говорил, что Ангел придет к нам на помощь.

Малыш между тем намотал на руку паутину. На его указательном пальце копошился большой паук. Малыш спокойно и внимательно наблюдал за ним.







Гунхильд ЗЕХЛИН

Радостное известие

Время от времени их навещал богатый торговец. Когда его путь пролегал мимо деревеньки, он всегда находил время зайти в бальзаминовый сад и поприветствовать Марию и Иосифа.

Гунхильд ЗЕХЛИН

Через пустыню

Караван отправился через пустыню. Прежде, чем зашагали передние верблюды с вожаком, туда подъехал торговец на старейшем верблюде, и все остальные вытянулись в длинную цепь.