Peskarlib.ru: Русские авторы: Станислав ОЛЕФИР

Станислав ОЛЕФИР
Офицер

Добавлено: 19 августа 2012  |  Просмотров: 2129


Если дома было слишком голодно, мама отпускала меня с Эдиком на стацию. Несколько раз в день там проходили воинские эшелоны, и от солдат оставалось много окурков.

Пока эшелон стоял на перроне, его охраняли стрелки. У каждого стрелка винтовка с острым штыком. Нам говорили, что они могут любого застрелить или заколоть, поэтому близко не подходили. Сидели в стороне и ожидали, когда подгонят паровоз, и солдаты полезут в вагоны. На ходу они докуривали папиросы, а окурки бросали под колеса. До сих пор не пойму, почему не просто на землю или куда-то в сторону, а обязательно – под колеса?

Наконец, паровоз давал длинный гудок, и эшелон с солдатами трогался в путь. Стрелки ожидали, когда он скроется за семафором, и уходили в будку, а мы с братом бежали собирать окурки. Вместе с нами бежали и другие мальчишки. Иногда мы дрались за место, у которого стоял первый вагон. Обычно, в нем ехали офицеры, и выбрасывали самые дорогие окурки. Но мы с братом были вдвоем и почти всегда побеждали.

Однажды в ожидании воинского эшелона, чтобы чем-то себя занять, мы стали записывать номера машин и танков, которые стояли на платформах. Брат себе, я себе. За этим занятием нас поймали стрелки и объявили шпионами. Меня – немецким, а Эдика почему-то английским. Нас отвели в будку за шлагбаумом и обыскали. Вытряхнули рогатки, выклепанные из гвоздей ножички и, конечно же, окурки. Эти окурки вызвали у стрелков смех. Если шпион дошел до того, что собирает окурки, это уже не шпион, черт его знает что!

Стоим среди будки с вывернутыми карманами, один стрелок изучает наше добро, другой спрашивает, как наша фамилия, третий записывает. Вдруг заходит офицер. Красивый! В золотых погонах, весь в орденах и со шрамом. Все стали навытяжку, тот, который писал, докладывает, что задержали подозрительных мальчишек. Мы тоже стоим навытяжку и согласно киваем головами. Мол, и на самом деле, подозрительные.

Офицер взял листок, прочитал, потом стал нас расспрашивать. Вернулся ли из войны отец, на каком фронте воевал, сколько детей в семье, для чего собираем окурки? Мы обо всем честно признались.

Он назвал нас дураками, приказал больше ничего на станции не записывать и отпустил. Перед этим вернул все кроме листочков с номерами машин и танков.

Только потом мы с Эдиком поняли, какую беду могли навлечь на родителей. Стрелок, который провожал нас до шлагбаума, так и сказал:

– Пусть ваши родители свечку за полковника поставят. Если бы не он, запомнили бы вы эти танки до новых веников.

Мы и помним. И говорим тому красивому и доброму офицеру «Спасибо!» 







Станислав ОЛЕФИР

Федя, Тося и паровозы

Если пригородный поезд задерживается у нашего села, и кто-то интересуется, чего стоим, ему с улыбкой объясняют: «Федя борщ доедает».

Станислав ОЛЕФИР

Праздник победы

В школу я отправился сразу после войны, но первый раз День победы мы праздновали только в третьем классе.