Peskarlib.ru: Русские авторы: Алена ВАСИЛЕВИЧ

Алена ВАСИЛЕВИЧ
Новая ферма

Добавлено: 9 марта 2008  |  Просмотров: 5590


Пришёл как-то дядя Володя с сенокоса и принёс в шапке яйца дикой утки.

— Сажай, мать, наседку, разводи новую птицеферму, — сказал он жене.

Жена поойкала, поругала мужа, что забрал он яйца из гнезда, да ничего не поделаешь — пошла во двор ловить наседку.

Наседка сперва походила, походила вокруг решета, где лежали яйца. Поквохтала, поквохтала. Тоже, наверное, ругала хозяев, что не могли они раньше найти ей эту работу. Наконец успокоилась, вскочила в решето, умостилась на яйцах и притихла, закрыла глаза — словно задремала.

Но едва попытался Димка протянуть руку, чтобы погладить Чубатку, как она тут же открыла глаза, сердито икнула и клюнула мальчика в руку.

— Ой! — от неожиданности и боли воскликнул Димка.

А мама сказала:

— Не трогай наседку, когда она села на яйца. Ей теперь не до шуток.

И вынесла решето с наседкой и утиными яйцами в кладовку.

А спустя четыре недели у наседки появились на свет дети.

Сперва одно постучалось клювиком в скорлупу яйца, будто в окошко. Постучалось и пискнуло:

— «Разрешите...»

Потом второе постучалось и запищало. А затем в гнезде зашевелились пять, семь, десять, а скоро и все двенадцать жёлтеньких с серым комочков.

— Ну вот видишь, ругала меня тогда, что забрал яйца, — упрекнул дядя Володя жену. — А разве утка нашла бы на скошенном лугу своё гнездо? Оставляла же она его в камыше, как в лесу. А камыш скосили, яйца остыли бы и пропали... А теперь вот у тебя ещё одна ферма, в придачу к куриной...

Новую ферму назавтра выпустили в сад. Ох и забот же свалилось на мать-наседку! Первый, с кем она ринулась драться, был старый лодырь кот. Кот этот и не думал трогать утят. А наседке показалось, что он нарочно стережёт тут её детей, чтобы схватить их всех да съесть. И она ринулась в бой. Распустила крылья, истошно закудахтала и клюнула напуганного до смерти кота чуть ли не в самый глаз. Кот сдавленно мяукнул и молнией взлетел на высокую грушу-сапежанку.

Разволнованная наседка вернулась к детям и велела им сейчас же уходить отсюда.

Пошли на гуменник, где стлался молоденький сочный спорыш. Утята щипали спорыш и ловко ловили маленьких мошек. Вдруг на тебе — из огорода послышался писк, и на гуменник вывела своих детей — один к одному беленьких пушистых цыпляток — соседская наседка. Цыплята держались возле матери и с любопытством поглядывали на утят чёрными бусинками глаз.

Один утёнок подошёл к гостям, наверное, хотел поближе познакомиться с ними. И тут неожиданно чужая курица-наседка так клюнула его в голову, что бедняга на ногах не удержался.

У Чубатки от злости на непрошеных гостей даже гребешок покраснел. Она снова, как недавно на кота, ринулась в атаку на соседку.

Запищали цыплята, заметались и бросились прочь утята. А матери их бились так, что перья во все стороны летели.

Наконец сдалась и отступила соседская наседка.

Долго не могла успокоиться Чубатка: высоко вскидывала голову и сердито икала в сторону соседского огорода. Пускай попробует ещё кто хоть раз обидеть её детей! Самых красивых и самых умных детей на свете!

Назавтра Чубатка напала на корову Белку. Белка напилась в корыте воды и шла в хлев. По пути ей захотелось понюхать одного утёнка. А Чубатке почудилось невесть что... Ну и клюнула же она Белку в ногу! Напуганная корова бросилась в хлев, будто спасалась от волка.

Не давала проходу Чубатка и поросятам, и свиньям — никому во дворе не было житья от неё. А Димка и Вова даже близко боялись подойти к утятам.

За каких-нибудь две недели перессорившись со всем двором и всей улицей, Чубатка однажды решила сводить своих детей на речку. Хоть не надо будет ни с кем драться.

И вправду, какое это было чудесное путешествие! Они шли дорогой, потом тропинкой во ржи. Чубатка клевала поникшие колосья, дети её ловили мошек... Потом начался луг с душистыми травами.

На берегу реки Чубатка предложила детям покопаться в песке, поискать корм. Но детей словно подменили. Обычно послушные и покорные, тут, на берегу речки, они будто с ума сошли. Сперва бросился в воду один, поплыл и нырнул! За ним второй, третий...

Перепуганная Чубатка металась по берегу и что было силы кричала:

— Куд-куда! Помогите! Помогите! Тонут мои дети!..

Сама она не только не умела плавать, сама она за всю свою жизнь ни разу не намочила ног до колен.

Но дети не слушали её. Те, что не отваживались сразу броситься в воду, смотрели на смельчаков, а потом и сами ныряли...

До самого вечера плавали утята. Чубатка совершенно обессилела, пока наконец собрала своих глупых детей, чтобы вести их домой.

А назавтра они уже сами закомандовали ей:

— Пи-пи-пи!.. Хотим на речку!

Этим вечером домой возвращались они уже не всей семьёй. Четверо утят, сколько ни звала их мать, как поплыли в камыши, так и не вернулись.

И ещё два раза водила на речку своих детей Чубатка. На четвёртый день домой вернулась она одна...

— Вот тебе и новая ферма. Потянуло всё-таки их домой, на болото, сказал дядя Володя.

Дима и Вова заплакали, а мама упрекнула их:

— Они же домой, к своей маме, поплыли... А если б вас забрать из дома да завезти куда?.. Хорошо бы вам было?

— Ай, я хочу с тобой, — насупился Дима.

— И я хочу с тобой! — обнял маму Вова.

— Ну вот видите, — засмеялась мама. — Поплыли утятки — и хорошо, что поплыли.







Алена ВАСИЛЕВИЧ

Мое хозяйство

Утром бабушка налила мне полную чашку молока — запить завтрак — и сказала...

Алена ВАСИЛЕВИЧ

Партизанка Книга

Так звали молодую гнедую лошадь. Книга — потому что на лбу у неё было белое пятнышко, точно как раскрытая книга. Ну, а почему партизанка — об этом вы, наверное, уже сами догадались.