Peskarlib.ru: Русские авторы: Владимир ПИСАРЕВ

Владимир ПИСАРЕВ
Бронзовый Щелкунчик

Добавлено: 25 мая 2006  |  Просмотров: 6325


Жил-был король. Все бы хорошо, да больно уж воинственный был у него характер. Одна кампания следовала за другой, одна за другой возводились крепости, и все это окончательно разорило казну. Вот король и задумался, где бы раздобыть денег. Он обратился к своим советникам и министрам, но ни те, ни другие не могли предложить ничего путного — в один голос твердили, что пора прекратить бесконечные войны, а уж с этим-то король никак не мог согласиться.

Но один премудрый старец, бывший придворный звездочет, рассказал королю, что в его владениях есть Черная гора, а в ней пещера, где живет колдун по имени Тонза. Так вот, у этого самого Тонзы была удивительная вещица, бронзовый щелкунчик, который так ловко колол орехи, что осколки скорлупы тут же обращались в золотые монетки.

—Расположение светил на небосводе таково, что способствует успеху вашего величества, — продолжал старец. — Самое время завладеть бронзовым щелкунчиком.

—Но как это сделать? — спросил король.

—Лучше всего договориться с колдуном по-хорошему, щелкунчик, в общем-то, ему и не нужен.

—А если он все же не отдаст?

—Тогда нужно применить силу или добыть щелкунчика хитростью.

На следующий же день король направил к колдуну своего лучшего дипломата, графа Абрикотина. Через три недели граф и сопровождавшие его гвардейцы добрались до Черной горы. Эта конусообразная махина была и в самом деле абсолютно черной. Склоны горы, а также окружавшая ее местность были сплошь усыпаны вулканическим пеплом и представляли весьма-весьма мрачное зрелище. Весь этот безжизненный, совершенно фантастический пейзаж рождал в душе всякого зрителя тягостное чувство тревоги и невольное ощущение незримого присутствия какой-то могучей, страшной силы, чуждой человеческому существу.

—Ну что же, мой дорогой капитан, — обратился граф к командиру отряда, — дальше я пойду один. Истинные переговоры — удел одиночек. А вы ждите моего возвращения.

—Но я отвечаю перед его величеством за вашу безопасность и не могу оставить вас одного, — возразил командир отряда. — Мало ли что взбредет в голову этому Тонзе?

—О-о! Не вздумайте беспокоиться за меня. Поверьте, предстоящие переговоры — далеко не самый сложный случай в дипломатической практике Абрикотинов. И я, и мой отец, и дед не раз выполняли куда более сложные поручения. Граф рукопожатием попрощался с капитаном и, по щиколотку утопая в вулканическом пепле, направился к вершине горы.

Вот и пещера, в самом центре которой зияла бездна, кратер потухшего вулкана.

—Э-эй! Есть здесь кто-нибудь? — что было силы крикнул граф Абрикотин. — Я посланник его величества короля! Мне нужен господин Тонза... Ничего не услышав в ответ, он несколько раз прошелся вокруг жерла вулкана, как вдруг услышал позади себя чье-то покашливание. «Оригинальная манера принимать гостей у этого Тонзы», — подумал он и неторопливо, с достоинством, повернулся лицом к колдуну, тощему старцу в серой, изрядно пропылившейся накидке.

—Приветствую вас, уважаемый господин Тонза, — с легким поклоном обратился к нему Абрикотин. — По поручению его величества короля, нашего доброго повелителя, я прибыл к вам для ведения переговоров.

—Не понимаю, о каком таком «повелителе» вы говорите, — скрипучим голосом ответил Тонза.

—То есть как? — Граф искренне удивился самоуверенной дерзости старца. — Вы и вся эта гора находитесь на территории королевства, а значит, здесь властвует его величество король. О нем я и говорю...

—Ближе к делу, уважаемый. Что вы хотите?

—Я, собственно говоря, пришел за известным вам бронзовым щелкунчиком. Эта вещица срочно нужна его величеству.

—А что я получу взамен?

—Взамен? То есть как? Вы хотите получить что-нибудь взамен?

—Я от вас ничего не хочу, — вяло ответил старик. — Это вы хотите получить моего бронзового щелкунчика.

—Но я полагаю, что для вас было бы большой честью оказать помощь самому королю. А если уж вам угодно получить что-нибудь взамен, то считайте, что вы получите благодарность и расположение его величества. А я со своей стороны готов представить вас к награждению, например, большим рыцарским крестом.

—Я не нуждаюсь в благодарности и расположении вашего короля, а тем более в каких-то там крестах, — зевая, ответил старик — по всему было видно, что весь этот разговор ему изрядно наскучил. — И вообще, уважаемый, идите-ка отсюда по-хорошему. Вы мне надоели.

—То есть как «по-хорошему»? То есть как «надоели»? — возмутился старый дипломат. — Вы, проживая во владениях короля, отказываетесь выполнить его волю?

—Да поймите же вы, что я в своих владениях, — спокойно ответил Тонза. — Всякий, кто ступил на пепел, окружающий Черную гору, должен знать, что он в моих владениях. Я здесь хозяин.

—Может быть, вы считаете, что вправе творить здесь все, что пожелаете, не считаясь с его величеством королем? — снова возмутился граф Абрикотин.

—Конечно! Всякий находящийся здесь человек в моей власти. Что захочу, то с ним и сделаю. Вот, например, возьму да превращу вас... ну, скажем, в бревно. Так что уйдите по-хорошему — последний раз говорю.

—Я не уйду, пока не выполню поручение его величества! — возвысив голос, решительно произнес граф.

—Ну, как знаете, — безразлично молвил колдун, тут же прошептал какое-то заклинание, чуть-чуть приподнял посох и стукнул им по полу пещеры. Из-под посоха посыпались искры, а граф с ужасом ощутил, как деревенеют ноги, потом туловище, руки и, наконец, голова. И вот уже вместо прославленного дипломата перед Тонзой стоял — представьте себе — чурбан. Да, да, самый обычный чурбан! Колдун хлопнул в ладоши, чурбан тут же вылетел из пещеры и, поднимая клубы вулканического пепла, покатился по склону горы, прямо к ногам гвардейцев. Каково было их удивление, когда они услышали знакомый голос графа Абрикотина.

—Доставьте меня к его величеству, — гласил чурбан. — Я должен доложить о полном провале переговоров. Колдун был непреклонен.

Что было делать бравым воякам? Пришлось погрузить этот кусок древесины на лошадь и отправиться в обратный путь. Однако, стоило им выйти из покрытых пеплом владений Тонзы, как чурбан закряхтел, начал шевелиться, а вскоре, к всеобщей радости, посол его величества граф Абрикотин вновь обрел человеческий облик.

Вернувшись в столицу, он подробно, во всех деталях, доложил королю о проведенных переговорах, о своей решимости исполнить волю его величества, о наглости и коварстве колдуна Тонзы. Выслушав еще и доклад капитана об удивительных превращениях графа, король окончательно убедился в том, что дипломатия исчерпала себя, что настало время применить силу.

—Видит Бог, — воскликнул он, — мы стремились мирно разрешить этот конфликт! Но я не позволю какому-то там Тонзе хозяйничать в моем королевстве! Самоуправство должно быть пресечено! Пре-се-че-но!

Тотчас он вызвал своего лучшего рыцаря, славного Рэдериха, и приказал отправиться к Черной горе, чтобы силой заставить Тонзу отдать бронзового щелкунчика, а самого колдуна заковать в кандалы и на цепи привести в королевский замок. Сам архиепископ благословил Рэдериха на подвиг и снабдил его святыней, хранившейся в кафедральном соборе столицы, — амулетом с изображением Богородицы. Архиепископ собственноручно надел святыню на шею рыцарю и заверил его, что она защитит его от любого, даже самого изощренного колдовства — для этого достаточно взять и приложить ее к губам.

В тот же день, облачившись в латы, с огромным мечом в руках, на коне Рэдерих направился к Черной горе. Приблизившись к ней, он громовым голосом известил колдуна о своем прибытии:

—Эй, Тонза или как там тебя... Выходи! Сейчас же отдай бронзового щелкунчика, а иначе будем биться в смертном бою!

Из пещеры высунулась сухонькая фигурка колдуна.

—Ого, каков верзила! — искренне удивился он. — Вот уж, действительно, силища!

—Тонза, выходи на бой! — грозно рявкнул Рэдерих и, размахивая мечом, стал подниматься вверх по склону.

—В кого же его превратить-то? — на мгновение задумался колдун. — В гранитную глыбу, что ли? А может быть, в огромную лягушку или в снежный ком? Ладно, в глыбу гранитную. Он произнес заклинание, стукнул посохом по полу, и тут же славный рыцарь почувствовал, как каменеют его ноги. Он вовремя вспомнил о наставлениях архиепископа, достал из-под панциря амулет и благоговейно поцеловал его. Мгновение — и заклинание Тонзы потеряло силу, а сам колдун вдруг ощутил, будто бы кто-то очень больно щелкнул его по носу.

—Дьявол! — озадаченно прошептал Тонза. — Неужели мое колдовство бессильно? Как же я справлюсь с этим мастодонтом в латах? Ну-ка, попробую насчет лягушки.

Он произнес новое заклинание и стукнул посохом — у Рэдериха тут же со звоном лопнули железные ботинки, а из образовавшихся щелей вылезли огромные перепончатые лапы. Но стоило Рэдериху приложить святыню к губам, как лапы тут же исчезли, а колдун получил еще один сильнейший щелчок.

Выглянув из пещеры, Тонза разглядел амулет на шее рыцаря и огорченно пробурчал: «Ну что же, придется звать войско. Другого выхода нет». Тут он принес из глубины пещеры ларец с каким-то порошком, взял одну щепотку и бросил в жерло вулкана. Не прошло и нескольких минут, как началось извержение, но не огнедышащая лава потекла вниз по склону горы, а вышла целая колонна воинов-меченосцев в черных доспехах и рогатых шлемах.

—Вот он, враг мой! — крикнул им Тонза и указал на Рэдериха.

Черной рекой меченосцы двинулись навстречу рыцарю, а он, увидев перед собой столь многочисленную рать, весело воскликнул: «Славная работа нашлась моему мечу! Эх, а рога-то у вас какие! Да жаль, придется пообломать эту красоту... вместе с головами. Ну, держитесь, ребята!» По старой привычке, вступая в битву, он громко затянул суровую боевую песню.

Первым же ударом Рэдерих снес головы четырем меченосцам, вторым ударом — еще пятерым. Как и прежде, сквозь скрежет доспехов и звон мечей слышалась песня рыцаря.

Тонза высунулся из пещеры, недовольно скривил морщинистое лицо и изрек: «Ну и голосина у этого бронтозавра, аж уши закладывает... Ну да ладно, пусть попоет — недолго осталось». Однако, взглянув на поле битвы, он обнаружил, что рыцарь успел вырубить почти всю колонну меченосцев. «Ну силен! Сущий дьявол, да и только! Эх, мне бы такого! — воскликнул колдун. — А мои-то что? Черти есть черти. Одним словом, мел-ко-та!»

Тут он высыпал в жерло вулкана аж целую пригоршню порошка. Сразу несколько колонн подземного войска двинулись на Рэдериха и окружили его со всех сторон.

—Сорвите с него амулет! — кричал Тонза. — Лишите его святыни — это главное!

Сражение разгорелось с новой силой. Черти наседали, Рэдерих от души работал мечом, а рогатые головы, словно тектонические бомбы, подлетали вверх и катились вниз по склону, к основанию горы.

Колдун с явным беспокойством наблюдал за полем брани. Черные головы, кувыркаясь, все летели и летели под гору, а доблестный Рэдерих был по-прежнему в ударе, с песней крошил рогатую рать.

—Надо же, и этих почти всех вырубил, — ужаснулся Тонза и одним махом высыпал все содержимое ларца в жерло вулкана.

О Боже, что тут началось! Все вокруг загремело и задрожало, раздался страшный подземный гул, и вот с оглушительным ревом гора выплеснула целую тучу меченосцев. Неудержимым потоком, давя друг друга, они словно водопад обрушились на Рэдериха, впечатали его в землю и, наконец, сорвали с него бесценную святыню. Колдуну только это и требовалось. Он громко, не торопясь, произнес заклинание, стукнул посохом о землю, и вот на черном склоне горы, прямо из гущи побоища, выросла высоченная гранитная скала. Кишевшее вокруг рогатое войско продолжало яростно рубить ее мечами; искры так и летели во все стороны.

—Ну хватит, хватит, — весело крикнул Тонза. — Вы сделали свое дело!

Тут он обратил меченосцев в летучих мышей, а они, черным облаком покружив вокруг горы, возвратились в пещеру, где и расселись на выступах стен.

Узнав о гибели своего лучшего рыцаря, король не на шутку загрустил. «Неужели этот наглый Тонза так и не подчинится моей воле? — с досадой размышлял он. — Никакой управы на него нет! Остается одно — взять его хитростью. Да только кто сможет обмануть колдуна?»

А в это самое время у короля гостила его дальняя родственница, девица на выданье, мадемуазель Луиза де Сен-Лу. Она была очень хороша собой, вылитая мать, а от отца унаследовала ровный характер, рассудительность и — представьте себе — любовь к шахматам. Как-то раз в минуту досуга, за шахматным столиком, король поделился с ней своими невеселыми мыслями о бронзовом щелкунчике, о колдуне Тонзе, о трагической гибели Рэдериха. В этот же день Луиза навестила графа Абрикотина и расспросила его о Черной горе и ее грозном обитателе. Внимательно выслушав старого дипломата и немного поразмыслив, она заключила, что одним ходом здесь не обойтись, а вот трехходовки вполне достаточно. Граф не стал расспрашивать юную мадемуазель о ее планах, но сделал вывод, что она попытается... выиграть бронзового щелкунчика в шахматы.

Как ни отговаривал ее граф, как ни возражал сам король, но на следующий день, надев простую одежду, в сопровождении отряда гвардейцев она отправилась к колдуну. Воистину, чего не сделаешь ради своего благодетеля и повелителя?

Добравшись почти до самых владений Тонзы, отряд остановился — он должен был ждать возвращения девушки, — а она, взяв с собой корзину с разными дорожными вещами, направилась к Черной горе.

Все выше и выше поднималась она. Сырой осенний ветер гнал мимо нее серые клочья облаков; она совершенно замерзла и, добравшись до пещеры, наконец-то смогла обогреться теплом, исходившим из жерла вулкана. Вскоре появился Тонза и, беспрестанно кашляя, принялся расспрашивать, кто она, откуда и куда идет. А Луиза, выдав себя за простую служанку, рассказала, будто бы отправилась навестить свою тетушку, но сбилась с пути, а в пещеру зашла, чтобы укрыться от стужи и ветра.

—А вы тоже заглянули сюда переждать непогоду? — спросила она Тонзу.

—Я? — скрипучим голосом переспросил колдун — Я э-э-э здесь, в общем-то, живу, хе-хе-хе...

—Прямо в пещере? Как интересно...

—Да, в пещере... Горный житель я, — нехотя ответил Тонза. — А что? Пещера как пещера. Чем не жилье?

—Но здесь так пыльно, — удивилась она. — Это вредит вашему здоровью. Можно, я хотя бы немного приберусь в вашей пещере? Мне это не составило бы никакого труда.

Девушка достала из корзины тряпку и принялась вытирать пыль, копоть, сажу с пола и стен, а потом и с каменной мебели, стоявшей в самой глубине пещеры. Время от времени в воздухе бесшумно мелькали огромные летучие мыши, но Луиза, казалось, не обращала на них ни малейшего внимания. «Вот ведь смелая девчушка. Другая завизжала бы от страха, а этой хоть бы что», — подумал Тонза и спросил:

—А не страшно ли тебе здесь, Луиза?

—А чего мне бояться? — удивилась она. — Вы приютили меня, укрыли от ненастья, а значит — добрый человек и не причините мне зла.

«До чего же она наивна, доверчива, — поразился Тонза. — Сущее дитя». Тут он невольно вздохнул и, округлив свои маленькие глазенки, о чем-то задумался.

Тем временем Луиза завершала уборку, а колдун вдруг почувствовал, что исчезает постоянно мучивший его кашель, а его дыхание становится ровным и свободным. «Действительно, — подумал он, — давно пора бы вымести всю эту пыль».

Осмотрев громоздкую, сложенную из каменных плит мебель, девушка предложила сделать перестановку, ведь чистота — это еще не уют. «Ну что же, — подумал Тонза, — уборка пошла мне на пользу, а уют тоже не повредит». Ему не составляло труда передвигать каменные кресла, лавки, столы и сундуки; повинуясь его взору, все эти махины плавно скользили по полу пещеры и одна за другой заняли места, указанные Луизой.

—Ну вот, теперь совсем другое дело, — с удовлетворением в голосе сказала она. — А вы как считаете?

—Да, неплохо... Здорово это у тебя получается.

—Только вот что, — тут она подошла к большому-пребольшому, высеченному из какого-то диковинного камня столу. — Хорошо бы поставить здесь, в центре стола, вазу с цветами.

—А может быть, не надо? — усомнился колдун. — Вазы у меня, по правде говоря, нет, а цветов тем более. Какие уж тут цветы — кругом пепел один.

—А канделябра у вас не найдется?

—И этого нет, как назло!

—А может быть, какая-нибудь статуэтка? Она была бы здесь очень-очень кстати.

—И статуэтки тоже нет!

Тут колдун досадливо поморщился и скривил рот.

—Впрочем, есть у меня одна вещица, — нерешительно предложил он. Бронзовая фигурка для колки орехов. Только не знаю, подойдет ли.

Колдун взглядом открыл один из тяжеленных каменных сундуков; из него тут же вылетел бронзовый щелкунчик и, описав в воздухе замысловатую траекторию, встал в самом центре стола.

Девушка с интересом рассмотрела бронзового человечка с большущим ртом и коротенькой рукояткой, торчавшей из самой середины спины.

—Чудо, — с доброй улыбкой молвила она, — какая замечательная кукла...

«Дитя, ну сущее дитя, — снова подумал колдун. — Ей бы все в куклы играть».

Однако тут им пришлось прервать беседу, так как над Черной горой вдруг раздался громкий, странный звук, напоминавший рокот приближающегося пушечного ядра.

—Надо же, гости! Вот что, Луиза, побудь пока в моих покоях, прибери-ка и там, — пробурчал Тонза и отвел ее в небольшой зал, пройдя через который можно было попасть в комнаты, расположенные в самой глубине горы.

Колдун вернулся к жерлу вулкана, а девушка, незаметно выскользнув из зала, спряталась среди камней, поблизости от того самого стола, на котором стоял щелкунчик.

Но вот в пещеру на метле влетела — кто бы вы думали? — вполне благообразная дама. Дама была хороша собой и модно одета — не будь у нее помела, никто бы и не подумал, что она ведьма. Едва поприветствовав Тонзу, она сразу же обратила внимание на непривычную чистоту и порядок в пещере. Трудно сказать, почему, но это ей не понравилось. Очень не понравилось! Нет, чтобы радоваться, так наоборот, она страшно огорчилась. И надо же, из-за такого пустяка началась ссора. Благообразная ведьма тут же направилась в покои Тонзы, он за ней, а Луиза, не теряя ни минуты, схватила щелкунчика и бросилась бежать.

В это время скандал на Черной горе был в разгаре: ведьма наткнулась на оставленную Луизой корзину и окончательно расстроилась. В конце концов она вскочила на помело и со свистом улетела восвояси, а Тонза, немного успокоившись после пережитого конфликта, принялся звать:

—Луиза, где ты? Хочешь, мы продолжим перестановку мебели?

Так и не дозвавшись, он принялся искать ее и лишь потом обратил внимание на пропажу.

—Бронзовый щелкунчик? — воскликнул колдун. — Вот оно что!!! Ну ничего, уж я-то верну тебя.

Тонза схватил посох, стукнул им по полу и произнес заклинание, которое должно было обратить Луизу в засохшее дерево, но увы, девушка успела покинуть усыпанные пеплом владения колдуна, и ему пришлось пуститься в погоню. Выскочив из пещеры, Тонза засеменил вслед за Луизой, вниз по склону горы.

—Луиза! — стенал он. — Ты обманула меня. А я-то, старый глупец, доверился. Вот оно, женское коварство. Ну подожди, тебе не уйти от меня! Не уйти!

Однако стоило ему приблизиться к той самой скале, в которую он обратил славного Рэдериха, как многометровая гранитная глыба с оглушительным скрежетом накренилась и рухнула. Не успев толком понять, что, собственно, произошло, колдун был раздавлен — истинный рыцарь и боец, несмотря ни на что, исполнил свой долг. Со смертью Тонзы скала рассыпалась на куски, а из-под ее обломов выбрался живой и невредимый Рэдерих. Он тут же отыскал свой меч, взвалил его на плечо и направился к королю, чтобы по всей форме доложить о проведенном сражении.

Тем временем, изрядно запыхавшись, Луиза прибежала к ожидавшим ее гвардейцам. Вручив бронзового щелкунчика капитану, она села на лошадь и в сопровождении бравых вояк отправилась в обратный путь, в столицу.

Через несколько дней они добрались до деревянного моста через Зеленую речку. Вечерело, и капитан распорядился остановиться на ночлег — ему не хотелось в сумерках переправляться через реку по длинному, узкому мостику, да еще с таким бесценным грузом. Действительно, к чему рисковать без нужды? Кроме того, капитан решил опробовать щелкунчика в деле, благо остановились они как раз в богатом орешнике. К всеобщей радости, результаты превзошли все ожидания — золотые монеты так и сыпались одна за другой.

К утру гвардейцы обобрали орешник дочиста. Каждый из них взял столько золота, сколько смог унести. Монетами заполнили все что можно: и карманы, и ранцы, и подсумки, и даже снятые шлемы. Бедных лошадей тоже нагрузили, да так, что они с трудом держались на ногах — воистину, алчность не знает предела.

С первыми лучами солнца отряд двинулся через реку. Когда гвардейцы шли над самой стремниной, мостик вдруг жалобно заскрипел, зашатался, а потом и вовсе рухнул — он не выдержал тяжести благородного металла. Слава богу, все спаслись. Но солдатам пришлось бросить и оружие, и доспехи, а капитану — щелкунчика. С тех пор бронзовый человечек так и лежит где-то в омуте на Зеленой речке, среди водорослей и ракушек.

Вот и конец истории. Остается лишь добавить, что все получили по заслугам. Незадачливый капитан — разжалован и уволен. Граф Абрикотин — награжден очередной звездой.

Следует отметить, что разыгранная на Черной горе трехходовка имела прекрасное развитие — Луиза де Сен-Лу вышла замуж за Рэдериха, а он возглавил королевскую гвардию. Что касается самого короля, то скудность казны, как ни странно, пошла ему на пользу — волей-неволей пришлось отказаться от новых кампаний, бессмысленных походов и кровопролитных сражений. А его подданные, измученные бесконечными войнами, наконец обрели мир и покой.







Владимир ПИСАРЕВ

Шарманка

Шел солдат с войны, шел в родные края, к невесте своей. «Вот вернусь, — думает, — сразу за свадебку. И заживу счастливо». Шел-шел да заглянул на ярмарку, чтобы подарок невесте купить. Вдруг подходит к нему старик и говорит...

Владимир ПИСАРЕВ

Фантеркок — маленький кукольник, сын прачки

Я расскажу вам историю, которую сам услышал в детстве. Произошла она в одном старом-престаром королевстве, которого давно уже нет на карте Европы. Но известно, что его столицей был город Хаффенберг, а правил там в мире и благополучии король Клаус.