Peskarlib.ru > Сказки народов мира > Итальянские народные сказки

Итальянские народные сказки

Джуфа

Добавлено: 26 января 2017  |  Просмотров: 106


1. Джуфа и гипсовая статуя

Жила некогда одна женщина, у которой сын был ленив, плутоват, да еще и придурковат. Звали его Джуфа. Женщина эта была совсем бедная, и вот, когда у нее уже не осталось ничего, кроме домотканого полотна, она сказала Джуфе:

— Пойди продай полотно, но если тебе попадется покупатель слишком болтливый, не отдавай; продай тому, кто много не разговаривает.

Джуфа взял полотно и пошел бродить по городу, выкрикивая:

— Кому полотна?.. Кому полотна?..

Его остановила какая-то женщина и сказала:

— Покажи!

Посмотрела, пощупала и спрашивает:

— Сколько ты за него хочешь?

— Уж очень ты много болтаешь, — ответил Джуфа, — болтливым людям мать не велела продавать. — И с этими словами пошел дальше.

Повстречался ему крестьянин.

— Сколько просишь? — спросил он.

— Десять скудо.

— Нет, это слишком дорого!

— Болтай, болтай! Все равно тебе не продам.

Все, кто хотел купить полотно, болтали слишком много, и Джуфа никак не мог найти покупателя. Бродил он, бродил по городу и наконец забрел на какой-то дворик. Посреди дворика стояла гипсовая статуя. Джуфа и говорит ей:

— Купишь полотно? — Ответа не последовало, и потому Джуфа переспросил еще раз: — Так купишь или нет?

Статуя молчала. Тогда Джуфа воскликнул:

— Уф! Наконец-то я нашел подходящего покупателя! Теперь-то я продам это проклятое полотно! — И Джуфа обмотал его вокруг статуи.

— Ты должна мне десять скудо... согласна? Так и быть, за деньгами я зайду завтра. — И с этими словами Джуфа ушел.

Едва он вернулся домой, мать спросила про полотно.

— Я его продал.

— А деньги?

— Зайду за ними завтра.

— А покупатель надежный?

— Это женщина, и притом такая, как ты наказывала. Подумай только, она не промолвила в ответ ни слова!

Утром Джуфа отправился за деньгами. Статуя стояла на месте, но полотно исчезло. Джуфа сказал:

— Плати деньги!

Статуя молчала. Джуфа рассердился:

— Взяла ты полотно или нет? А денег платить не хочешь? А... Ну так получай! — И, схватив кирку, Джуфа ударил по статуе, да так, что она разлетелась на куски.

Внутри статуи оказался горшок, полный золотых монет. Джуфа пересыпал их в свой мешок и поспешил домой.

— Мама, она не хотела отдавать деньги. Тогда я хватил ее киркой, и она отдала вот это.

Мать сразу смекнула в чем дело.

— Давай сюда деньги и никому ни слова.

2. Луна, воры, Джуфа и судья

Однажды поутру Джуфа отправился за сеном, но вернуться домой до наступления темноты он, понятно, не успел. Словом, когда он возвращался, была уже ночь, и дорогу освещала только луна, которая то исчезала в облаках, то снова выныривала.

Джуфа присел на камень и стал глазеть на луну, время от времени приговаривая:

— Выходи! Выходи!

А когда луна выходила:

— Спрячься! Спрячься!

А тут случись так, что возле самой дороги двое жуликов делили украденную тушу теленка. Когда они услыхали голос, который говорил: «Выходи» и «Спрячься», — они перепугались, думая, что это стражники, бросили свою добычу и дай бог ноги.

Джуфа, услышав топот, пошел взглянуть, что там такое происходит. Увидел разделанную тушу теленка, взял нож и принялся отрезать лучшие куски. Наполнив свой мешок, он отправился домой.

— Мама, открой-ка! — забарабанил Джуфа в дверь.

— Почему ты так поздно? — спросила мать.

— Пока тащил это мясо — наступила ночь. Продай его завтра, мне нужны деньги.

— Ладно, — говорит мать, — завтра, пока ты будешь на поле, я продам мясо.

На следующий вечер, когда Джуфа вернулся домой, он сразу спросил:

— Ну как? Продала?

— Да. Я поверила его в долг мухам.

— А когда они нам заплатят?

— Когда у них будут деньги.

Целую неделю Джуфа терпеливо ждал, что мухи принесут деньги. А когда увидел, что ждать бесполезно, отправился к судье.

— Господин судья, — обратился к нему Джуфа, — рассудите по совести. Я поверил мухам в долг мясо, а они и думать не думают об уплате.

Поразмыслив, судья ответил:

— Вот мое решение: как только увидишь муху, — можешь, не задумываясь, ее убить.

Надо же случиться, что в этот самый миг на нос господина судьи уселась муха, и Джуфа так хватил ее кулаком, что чуть не отправил судью на тот свет.

3. Джуфа и красный берет

Работать Джуфа не любил. После завтрака он тотчас отправлялся слоняться по улицам. Мать много раз выговаривала ему:

— Джуфа, одумайся, пока не поздно! Найди работу! Ведь нельзя же так: поел, попил — и пошел слоняться! Хватит с меня! Либо сам зарабатывай себе на штаны, либо убирайся на все четыре стороны!

Джуфа отправился на Кассаро, главную улицу Палермо, в надежде заработать себе на одежду. Но подходящей работы для него не нашлось. Тогда у одного торговца попросил он одно, у другого — другое, и так, пока не оделся с ног до головы. И всем он при этом говорил: — Отпусти мне в долг, деньги уплачу на днях.

Между прочим, Джуфа приобрел таким образом великолепный красный берет.

Принарядившись, он торжествовал: «Вот уж моя мать не скажет, что я лодырь!» Но, вспомнив, что с торговцами еще придется расплачиваться, Джуфа решил притвориться умершим. Придя домой, он повалился на кровать.

— Умираю! Умираю! — стонал Джуфа. — Я умер! — и при этом сложил руки крестом и вытянул ноги, как подобает настоящему покойнику.

Мать рвала на себе волосы и причитала:

— Сынок! Сыночек мой дорогой! На кого ты меня покинул!

На крики матери сбежались соседи и дружно принялись ее жалеть.

Весть о смерти Джуфы мгновенно распространилась по всей округе. Торговцы тоже прибежали посмотреть на покойника.

— Бедный Джуфа, — говорил один, — он задолжал мне шесть таро за пару штанов... Охотно ему их прощаю, да упокоит господь душу его.

Так один за другим перебывали тут все торговцы, и все они прощали Джуфе долги.

Но торговец, у которого Джуфа взял красный берет, рассудил иначе: «С какой это стати прощать ему долг». При виде огненно-красного берета, который красовался на голове покойного, торговца осенила счастливая мысль.

Когда могильщики подняли Джуфу и понесли в церковь, чтобы потом предать тело земле, торговец отправился вслед за ними, спрятался в церкви и стал дожидаться ночи.

Когда наступила ночь, в церковь проникли воры, чтобы здесь, без лишних свидетелей, разделить наворованные деньги. Джуфа неподвижно лежал на своем одре, а торговец притаился за дверью. Воры высыпали деньги — все серебро да золото — и принялись складывать их в столбики, чтобы всем досталось поровну. Наконец осталась только одна монета достоинством в двенадцать таро, с ней они не знали, как поступить.

— Чтобы не ссориться из-за такого пустяка, давайте сделаем вот что: вон там лежит покойник, он будет нам мишенью: тот, кто попадет ему монетой прямо в рот, забирает ее себе.

— Вот это придумано так придумано! — радостно согласились воры.

Воры приготовились. Тогда Джуфа, который все это отлично слышал, встал во весь свой рост и как возопит:

— Да восстанут мертвые из гроба!

Воры забыли про деньги и опрометью кинулись из церкви. Как только Джуфа увидел, что в церкви никого не осталось, он устремился к деньгам, но в это самое время ему наперерез с простертыми вперед руками бросился и торговец, владелец берета. Поделили они деньги пополам, но одна монетка в пять грано осталась.

Джуфа сказал:

— Это моя монетка.

— Нет, моя!

— Она принадлежит мне!

— Нет, мне!

Тогда Джуфа схватил кадило и замахнулся им на торговца с криком:

— Эти пять грано мои! Я хочу пять грано!

А воры в это время подкрались к церкви, желая разведать, что будут делать покойники. Ведь не шутка бросить такую уйму денег. Притаились они у двери и услышали перебранку из-за пяти грано.

— Беда! — подумали воры. — Сколько же тут этих покойников, если на долю каждого досталось лишь по пяти грано, да при этом еще кому-то не хватило! — И воры пустились наутек, только пятки засверкали.

Джуфа и торговец беретами вернулись домой, каждый с увесистой мошною денег, а Джуфа еще отвоевал пять грано.

4. Джуфа и винные мехи

Мать, видя, что ничего путного из ее сына не получится, отдала его в услужение к одному трактирщику. И вот трактирщик однажды говорит ему:

— Джуфа, ступай на море, — отмой-ка хорошенько эти мехи, да смотри, чтобы их не украли.

Джуфа взял мехи и отправился на море. Там он их мыл и полоскал все утро. А потом и говорит себе: «Ну, а как же я узнаю, хорошо ли я их вымыл? У кого бы спросить?» На берегу никого не было, но тут он заметил в море корабль, только что вышедший из порта. Джуфа вытащил платок и принялся отчаянно размахивать и кричать:

— Эй, там, на корабле! Плывите к берегу! Плывите сюда!

Капитан говорит:

— C берега нам подают какие-то знаки. Надо подплыть, кто знает, что там случилось! Быть может, мы что-то забыли на берегу...

Капитан с несколькими матросами сели в шлюпку и отправились на берег.

— В чем дело? — спросил капитан Джуфу.

— Дело в том, ваша милость, — ответил Джуфа, — что я просто хотел спросить у вас, хорошо ли я вымыл мехи?

Капитан даже подскочил на месте, он рассвирепел так, будто в него вселилась тысяча чертей. Схватил он палку и давай охаживать несчастного Джуфу. Капитан бил его до тех пор, пока сам не обессилел.

А Джуфа ревел:

— А что надо было кричать?

— Ты должен был кричать: «Господи, пошли им попутного ветра!» Тогда бы мы не потеряли понапрасну столько времени.

Джуфа взвалил мехи на горящие от побоев плечи и направился в селение, громко повторяя:

— Господи, пошли им попутного ветра... Пошли им попутного ветра... Пошли им попутного ветра...

По дороге попался ему охотник, который целился сразу в двух зайцев. Джуфа и крикни:

— Господи, пошли им попутного ветра!

Зайцы навострили уши и бросились в разные стороны.

Тогда охотник заорал на него:

— Ах ты собачий сын! Тебя еще тут недоставало! — я хвать его прикладом по голове!

Джуфа сквозь слезы спрашивает:

— А что надо было кричать?

— Ты должен был крикнуть: «Господи, не дай промахнуться».

Джуфа с мехами на плечах зашагал дальше, повторяя:

— Господи, не дай промахнуться...

Тут он встретил двух спорящих. От слов они перешли к кулакам. Джуфа воскликнул:

— Господи, не дай промахнуться...

Услыхав такие слова, драчуны отпустили друг друга и набросились на Джуфу:

— Ах проклятый! Ты еще хочешь подлить масла в огонь! — И дружно принялись его колотить.

Джуфа сквозь слезы взмолился:

— А что надо было сказать?

— Что ты должен был сказать? А вот что: «Господи, разведи их!»

— Господи, разведи их... Господи, разведи их... — твердил Джуфа, продолжая свой путь.

Тут, как назло, повстречалась ему пара новобрачных, которые выходили из церкви. Лишь только они услыхали: «Господи, разведи их!» — муж бросился к Джуфе, на ходу расстегивая ремень.

— Ах ты проклятый ворон! Ты хочешь развести нас с женой!

Джуфа, совсем обессилевший от побоев, рухнул на землю. Когда же его стали поднимать и Джуфа открыл наконец глаза, ему задали вопрос:

— И что тебя надоумило говорить такое молодоженам?

— А что надо было им сказать?

— Ты должен был пожелать: «Господи, пошли им побольше радости и веселья».

Джуфа подобрал мехи и побрел дальше, повторяя эти слова.

Дорога проходила мимо дома, где лежал покойник. Вокруг гроба горели свечи. Неутешные родственники рыдали. Когда же до них донеслись слова проходившего мимо Джуфы: «Господи, пошли им побольше радости и веселья», — один из родственников выскочил на улицу с дубинкой, и Джуфа получил то, чего еще не успел дополучить.

Только теперь Джуфа уразумел, что полезнее всего в жизни — молчать. В таверну он вернулся поздно вечером. Хозяин, который еще на рассвете послал его мыть мехи, тоже отколотил его, а затем прогнал вон.

5. Ешь, ешь, моя курточка!

Джуфа всегда ходил таким оборванцем и вид имел до того придурковатый, что никогда не удостаивался приглашения к чужому столу. Так вошел он как-то в один дом в надежде поесть, но не успел и порога переступить, как его тотчас послали ко всем чертям. Но вот мать раздобыла ему красивую куртку, пару новых штанов и бархатный жилет. Разодетый Джуфа отправился в тот же самый дом. На этот раз ему оказали всяческие почести, усадили за праздничный стол, да еще наговорили уйму приятных слов. Подали кушанья, и Джуфа одной рукой набивает себе рот, а другой распихивает еду по карманам, карманчикам и куда ни попало и приговаривает: «Ешь, ешь, моя курточка! Ведь это тебя угощают, а не меня!»

6. Не забудь про дверь, Джуфа!

Джуфа увязался с матерью на поле. Мать первой вышла из дому и крикнула:

— Не забудь про дверь, Джуфа!

Джуфа послушно приналег на дверь и сделал это с таким усердием, что она соскочила с петель. Тогда он взвалил ее на плечи и зашагал вслед за матерью. Вскоре Джуфа захныкал:

— Мама, мне тяжело! Мама, мне тяжело!

— Это еще что за новости! — обернулась мать. Но, увидев дверь, которую тащил Джуфа, просто ахнула.

В общем, пока они ковыляли с этой дверью, спустилась ночь, до дома было далеко, и тогда, опасаясь разбойников, мать с сыном решили заночевать на дереве. Джуфа и тут не расстался с дверью.

В полночь под их дерево пришли разбойники делить выручку. Джуфа с матерью притаились, ни живы ни мертвы.

Вдруг Джуфа почувствовал некоторое неудобство.

— Мама! — зашептал он. — Хочу пи-пи!

— Что?

— Хочу пи-пи!

— Потерпи немножко.

— Не могу!

— Ну будь умницей, Джуфа.

— Больше не могу!

— Ну ладно, давай!

И Джуфа помочился. Когда разбойники почувствовали, что на них что-то льется, они удивились:

— Вот те на! Ясное небо, и вдруг дождь!

Прошло еще немного времени, и Джуфа опять шепчет:

— Мама! Мне нужно облегчиться!

— Потерпи, Джуфа.

— Не могу!

— Потерпи немножко!

— Не могу!

— Ну ладно, давай!

И Джуфа облегчился. Да так облегчился, что разбойники снова заволновались.

— Что это — манна небесная или птички? — загалдели они, отряхиваясь.

А Джуфа, который все еще держал дверь на своих плечах, опять шепчет:

— Мама, мне тяжело держать!

— Потерпи!

— Не могу!

— Ну потерпи, прошу тебя!

— Больше не могу... — С этими словами Джуфа отпустил дверь, и она грохнулась прямо на разбойников.

Вскочили тут разбойники и задали такого стрекача, только пятки засверкали.

Мать с сыном спустились с дерева, а под ним здоровенный мешок, полный золота. Взяли они этот мешок и отнесли домой. Мать сказала Джуфе:

— Смотри никому об этом не рассказывай! Ведь если власти узнают — нас обоих упрячут в тюрьму.

Затем мать отправилась на базар, накупила там изюму и сушеного инжиру. Вернувшись домой, она залезла на крышу и, как только Джуфа вышел из дома, стала швырять в него изюм и сушеный инжир. Джуфа остановился.

— Мама, — закричал он, — с неба сыплется изюм и инжир!

— Ну что ж, — ответила ему мать, — значит, такой уж сегодня дождь. Радуйся!

Как только Джуфа куда-то ушел, мать высыпала из мешка все золото и насыпала туда ржавых гвоздей. Прошла неделя. Джуфе понадобились деньги. Полез он в мешок, а там ржавые гвозди. Тогда он пристал к матери:

— Отдай мои деньги, а то пожалуюсь судье!

Мать притворилась, будто ничего не понимает:

— О каких деньгах ты говоришь, Джуфа?

Джуфа отправился к судье.

— Ваша милость, я нашел мешок с золотом, а мать вместо золота насыпала туда ржавых гвоздей.

— Золото? А когда ты нашел его?

— В тот самый день, когда шел дождь из изюма и сушеного инжира.

Судья приказал отправить Джуфу в сумасшедший дом.




Итальянские народные сказки

О том, как крестьянин шестерых разбойников обманул

Высоко в горах жили шесть разбойников, и промышляли они воровством да убийствами. Вся округа дрожала при одном их имени. Жили они в хижине, и была в этой хижине комната, битком набитая одними деньгами.


Итальянские народные сказки

Maccapo правдивый

Жил когда-то король, и были у него коза, ягненок, баран и теленок. Король очень любил свою скотину, особенно теленка. Вот и решил он взять в пастухи надежного человека.