Peskarlib.ru > Сказки народов мира > Баскские народные сказки

Баскская сказка. Сказка про то, как ламиньяки строили мост в Лике.

Добавлено: 29 января 2018  |  Просмотров: 123

Распечатать текст Баскская сказка - Сказка про то, как ламиньяки строили мост в Лике


Есть такие в Басконии существа — ламиньяки, не люди и не нелюди, ламиньяки — одно слово. Ростом они не велики, да такие неуклюжие, что всё время с ними что-нибудь случается: кто руку в двери прищемит, кто о камень споткнётся — с горы упадёт, а кто и вовсе на ровном месте растянется. Родились ламиньяки ещё до того, как появились на земле люди. С людьми жить ла-миньякам неудобно, да с земли не уйти, потому что всё время они что-то на ней забывают. Такая уж у ламиньяков судьба: за какое дело ни примутся, до конца не доделают. Говорить начнут — самые нужные слова забудут, с людьми по-хорошему дело заведут, да обязательно рассорятся.

Ламиньяки живут в Басконии везде, прав-да, любят уголки, где трава повыше и болота есть небольшое. Зелёную ряску, что плавает на болоте, баски до сих пор называют «рубанками ламиньяков», и сказки про них тоже вез-де рассказывают.

Лик стоит на краю ущелья, и надо было жителям Лика построить через это ущелье мост.

Но никак они не решались: место было дурное, недалеко гора Кастелу — столица ла-миньяков, и хоть был у жителей Лика с ла-миньяками договор, чтобы друг друга не тро-гать, но ламиньякам они не доверяли, да и ла-миньяки тоже людей побаивались.

И всё-таки решились жители Лика. По-слали на гору Кастелу самых умных. Пусть, мол, предложат ламиньякам построить мост через ущелье. Согласятся — хорошо, но что они за этот мост попросят

Выслушали ламиньяки людей и согласи-лись.

— Да, — говорят, — построим мы вам мост через ущелье. Будет он из тёсаного кам-ня, и сделаем мы всё за одну ночь до первого петушиного крика. Одно условие: Лик даст нам, что попросим.

Жители Лика спрашивают:

— А что же вы попросите

— А самую красивую девушку Лика! — сказали ламиньяки все вместе.

Жалко, конечно, отдавать самую красивую девушку ламиньякам, но мост тоже нужен. Согласились.

Все согласились, кроме жениха той девушки. «Нет, — подумал он. — Я что-нибудь придумаю. Не могу я свою невесту отдать этим ламиньякам».

Пришла ночь, и начали ламиньяки строить мост. А юноша спрятался близ пропасти, глядит, как у них дело идёт.

Видит: готов почти мост, до рассвета далеко, петушиного крика ещё ждать не дождаться, и пропадёт его невеста наверняка.

Но придумал ведь он, как спасти девушку!

Пошёл в Лик, нашёл курятник, дверцу в него приоткрыл и с таким шумом руками стал махать, будто у него не руки вовсе, а крылья, и сам он не человек, а огромный петух.

Петух в курятнике проснулся, испугался, что вокруг петухи уже зарю поют, а он опоздал, и как заорёт: ку-ка-ре-ку! А в это время ламиньяки как раз подняли со дна ущелья последний камень, чтобы поставить его на место в середину моста. Услышали они петушиный крик, камень бросили и исчезли с шумом и криком:

— Пусть будет проклят петух, что крикнул раньше положенного срока!

Жители Лика девушку, конечно, ламиньякам не отдали.

Мост остался недостроенным. Люди его тоже так и не смогли достроить. Кто только тот последний камень ни поднимал, кто только ни старался его на место — в середину моста — поставить, ничего не выходило.

Видно, у моста в Лике такая же судьба, как и у ламиньяков, которые никогда никакое дело до конца довести не могут.

Так и будет мост в Лике вечно стоять с дырой посередине!






Баскская сказка

Сказка про то, как Попугайчик победил Тартаро

Ну, вот как всё было. Как повелось на этом свете, жила в деревне мать с сыном. Бедно было в доме. И пришёл день, когда сын (а его-то и звали Попугайчиком) говорит матери: — Матушка! Пойду я по свету, посмотрю, кто как живёт, и узнаю, на что я гожусь, зачем на свет родился. Мать заплакала, но отпустила сына. Идёт Попугайчик, идёт, много стран прошёл, но нигде не остановился.


Баскская сказка

Сказка про то, как ламиньяки обманули сборщика податей

Дело было в Истурице. Как уж повелось на свете, жил тут один крестьянин. Плохо жил. С голодом и холодом дружил, а достаток в свой дом никак зазвать не мог.