Peskarlib.ru > Русские авторы > Александр ГИНЕВСКИЙ

Александр ГИНЕВСКИЙ

Душа разгневанной молнии

Добавлено: 18 января 2017  |  Просмотров: 206


В сумерках, у входа в пещеру мужчины делили добычу.

Дети и женщины, остававшиеся в глубине пещеры, с жадностью следили за движениями мужчин. Они замерли в ожидании. Все их существа превратились в одни горящие глаза. Доносился треск разрываемого мяса и хруст костей.

Этот звук, казалось, не долетал до ушей Мгро. Он сидел, привалившись к своду, чувствуя слабую боль в спине от выпирающих камней. Но ему не хотелось шевелиться. Глаза его были полузакрыты. Он устало дремал. Время от времени веки его глаз тяжело поднимались. И тогда Мгро видел кусок неба, затянутого тучами. Звёзды прятались где-то там, за ними. Это не сулило удачи на завтра, и Мгро снова закрывал глаза в надежде открыть их чуть позже. Открыть и увидеть свет хоть одной звезды.

Дождётся, что всё разделят, а ему достанутся одни кости... — ворчала Ана — жена Мгро.

Мгро слышал этот упрёк, но промолчал. Он знал, что его семье достанутся самые лучшие куски. Знала это и Ана — жена вождя. Но её мучил голод. К тому же сзади сидели дети. Своими ногтями они безмолвно царапали звериную шкуру на спине матери. Они требовали пищи, и Ана ничего не могла с собой поделать.

— Дождёшься...

— Замолчи, — спокойно прервал свою жену Мгро.

— Дети твои голодны... — опять начала Ана.

— Замолчи! Не только мои дети...

Мгро опустил голову. Посмотрел на свою левую изуродованную руку. Он попробовал сжать её в кулак. Рука едва повиновалась. Он перевёл взгляд на правую. Сжал её. Это была мускулистая, сильная рука вождя. Теперь она стоила двух рук любого мужчины из маленького племени Мгро. С тех самых пор...

Это было давно. Тогда, когда Мгро был молод, как этот Чор, который сейчас так ловко обращается с каменным ножом. «Из Чора выйдет хороший охотник, — подумал Мгро. — Люди вокруг него не будут голодать подолгу...»

Как давно это было... Мгро закрыл глаза, мысленно возвращаясь в далёкое время своей юности, и оно проходило перед ним с ясностью событий вчерашнего дня. Вождём племени был тогда весёлый и удачливый Орп. Всё случилось при нём. Однажды, в глубокую просторную яму, которую нашли и подрыли специально, чтобы загнать туда оленя, попался кабан. Это оказался молодой кабан с ещё белыми клыками. Не из самых больших. Сколько тогда было радости, когда все они, охотившиеся, ещё издали услышали голос пойманного зверя. Его забросали камнями. И когда спрыгнули в яму, чтобы вытащить тушу, кабан вдруг вскочил на ноги. В страхе охотники бросились из ямы. Даже Орп. Правда, он не убежал с криком, как остальные. Он замер на краю ямы. Но и в его глазах блуждал страх. Орп видел оставшегося в яме Мгро. Видел, как тот в отчаянии схватил камень и бросился на кабана. Мгро добил его, но не спас от кабаньего клыка свою левую руку...

Мужчины кончили разделывать тушу.

— Мгро, — тихо окликнул вождя Чор.

Мгро едва заметно кивнул головой и снова закрыл глаза. Это был знак: можно раздавать.

Куски сырого мяса передавались по рукам в глубь пещеры. Чор называл кому, какой семье каждый кусок.

Вскоре под каменными сводами было слышно только жадное гулкое чавканье и хруст разламываемых костей. Крепкие зубы поспешно отрывали куски мяса. Глотали их, едва прожевав. Немного насытившись, люди ели уже не так торопливо: с хлюпаньем и свистом обсасывали кости, сплёвывая попадавшуюся в рот звериную шерсть.

— Мгро, — Ана коснулась плеча вождя, — поешь.

— Сейчас, — ответил он, открывая глаза.

В сравнении с остальными, Мгро не испытывал такого острого желания поскорее набить пищей живот. Ведь он был уже не молод. К тому же он привык пересиливать голод и не обращать внимания на тупую боль в желудке. Но надо было подкрепиться. Чтобы из правой руки не уходила былая сила. Чтобы его семья всегда получала самые лучшие куски. Чтобы как можно дольше оставаться вождём...

Он думал об этом и тогда, когда всё его племя спало, завернувшись в звериные шкуры.

2

Предчувствия не обманули Мгро.

Уже четыре дня шли сильные ливни. Они не прекращались, и Мгро с тоской смотрел в мокрое мглистое небо. Небо не хотело помочь людям добыть себе хоть что-нибудь на пропитание. В такую погоду всё живое пряталось. Дождь смывал и запахи и следы. Из-за него нельзя было разглядеть зверя издали. А раскаты Грома, а Молния — были страшнее любого зверя. Страшнее голода. У людей в пещере были запасы кореньев и трав. Тоже пища. Но от неё всё равно убывала сила мужских рук, нужная для настоящей охоты.

За спиной вождя шептались о том, что Небо покарало людей Мгро, и теперь все они умрут в этой пещере.

Мгро молчал. Он старался беречь силы. Говорить, успокаивать, убеждать — для этого тоже нужны были силы. Но пусть силы лучше уйдут на добычу зверя. И потом — Мгро хорошо это знал — вожди не убеждают — вожди повелевают.

— Мгро, — раздался голос Чора, — нам надо выйти. Надо попробовать. Ведь неизвестно, сколько ещё продлится непогода...

Вождь даже не обернулся на слова Чора.

— Мгро, — продолжал Чор, — может нам повезёт и в одной из ловушек будет зверь... Может нам повезёт, и мы не увидим Молнии, не услышим Грома...

Мгро знал, какая это слабая надежда. Вождь молчал. Замолчал и Чор.

На следующий день погода не улучшилась. Но когда рассвело, Мгро подал знак, которого так долго ждали мужчины. И хотя все они были обессилены голодом, они тут же поднялись на ноги и вышли из пещеры вслед за вождём.

Стараясь не терять друг друга из виду, направились к ловушкам.

Переходили от одной к другой, но каждый раз убеждались в том, что ветви, прикрывавшие ловушки, оставались нетронутыми. Небо покарало людей Мгро, и теперь они даже боялись смотреть друг другу в заросшие косматые лица.

— Мгро! Сюда! Скорей! — раздался срывающийся крик Уса — брата Мгро. — Удача!

Все бросились на зов.

Это была действительно удача. В ловушке оказалась маленькая лань. Ею можно было накормить только несколько человек, и всё же...

Охотники ликовали. Небо не забыло людей Мгро. Оно послало им эту добычу. Хоть ещё один день племя продержится, а там, может, Небо пошлёт хорошую погоду.

— Мгро! — кричали охотники. — Нам повезло!

— Это всё Небо и ты!

— Без тебя мы бы погибли!

Как ласкали сердце вождя эти возгласы. Как веселела душа его, хотя глаза оставались спокойными и даже угрюмыми. Каждый раз, выходя из пещеры на охоту, он верил, что добудет не только зверя, но и вот эти крики — невольную дань уважения и признательности ему, Мгро. Но, как всегда, он и теперь произнёс сурово:

— Не надо слишком радоваться. Если Небо увидит нашу радость, оно может погубить нас... Пусть каждый про себя воздаст хвалу Небу.

— Да.

— Ты прав, Мгро, — отвечали охотники, и их лица опять выражали тревогу и беспокойство. А радость удачи уползала глубоко внутрь зрачков, на самое их дно.

Неожиданно небо раскололось, совсем рядом сверкнула белая ветвь Молнии и чудовищный Гром прокатился над головами охотников. Затем раздался шелестящий шум падающего дерева.

Охваченные жутким страхом, люди упали ничком. Пальцы царапали землю, словно каждый хотел зарыться в неё, спрятаться поглубже туда, где не будет слышно этого Грома, от которого сердце, казалось, вот-вот замрёт и остановится; туда, куда не проникнет свет Небесной кары. Мгро прав. Зачем они так громко радовались? От Неба не скроешься — оно услыхало их восторг и вот теперь послало им разгневанную Молнию.

Люди долго лежали, не смея поднять головы.

Гром уже грохотал где-то далеко, едва слышно. И земля уже не вспыхивала белым светом. Но что-то, совсем рядом, трещало, словно огромный олень продирался сквозь чащу кустарника.

По-прежнему лил дождь. Сквозь его шум всё не утихал жуткий треск.

Наконец и он ослабел, и теперь был едва слышим.

Люди оторвали от земли лица, бледные, с глазами, до краёв наполненными животным страхом. Они посмотрели туда, откуда доносился треск. Там лежало огромное дерево с расщепленным комлем. Часть пня торчала из земли. Она была охвачена огнём. Огонь издавал треск. Люди увидели языки пламени, и в новом приливе ужаса уткнули свои лица в землю.

Первым поднялся на ноги Мгро. Он направился к тлеющему пню. Сердце его билось и замирало, но не так как когда-то, в самый-самый первый раз... Теперь пересиливать страх было легче.

Охотники, подняв головы, увидели спину вождя. Мгро сидел на корточках у самого того места, где тлел огонь. Вождь протянул к огню руки. «Их Мгро не боится огня! Он угоден Небу! Как хорошо, что Мгро их вождь!» — так думали охотники, и в их тёмные души медленно, прохладными каплями, просачивалось успокоение. Вождь не сердится за то, что они совсем недавно так громко радовались удаче. За эту радость Небо послало на них разгневанную Молнию, а их вождь остался великодушным. Он молчит.

Мгро хорошо знал, что думают его люди у него за спиной. Да... ему было страшно находиться в такой близости от красного чудовища, но он вождь племени. И его люди должны это всегда чувствовать. А страха его они не увидят. Как никто другой, Мгро умел пересиливать голод и страх.

Охотники поднимались с земли. Они отворачивали свои лица в сторону от огня. Осторожно пятились подальше, подальше от красного чудовища. Оно благоволит только Мгро. Пусть Огонь и Мгро останутся наедине. А вождь придёт. Притихшие люди будут ожидать его в густом кустарнике.

Мгро оторвал взгляд от огня и увидел Чора. Чор сидел на корточках прямо напротив вождя и с осторожной медленностью тянул свои руки к огню. Мгро видел, как дрожали пальцы Чора.

Впервые в своей жизни Чор ощутил тепло солнца у себя под ногами. Оно грело не с Великой Высоты Неба, а у самого лица. С Великой Высоты Неба лил и лил дождь. Но здесь, на земле грело солнце, которое не слепило глаза. Если бы оно не было таким горячим, до него можно было бы дотронуться. Невидимое тепло его касалось пальцев, ладоней и проникало внутрь тела. «Огонь оставила разгневанная Молния. А сама исчезла...» — догадался Чор.

Мгро посмотрел в лицо Чора и понял, что с этой минуты тот для него опасен...

На лице Чора цвела улыбка.

3

Охота была удачной.

Мужчины весело разделывали тушу зверя.

Мгро, как всегда, сидел у входа в пещеру, прикрыв глаза, погружённый в свои воспоминания.

Мясо уже раздали. За спиной вождя слышалось торопливое чавканье.

Мгро не сразу заметил, что долю своей семьи Чор почему-то ещё не передал в пещеру. И самого его не было ни видно, ни слышно. Перед глазами Мгро, рядом с кучей сухих ветвей лежали куски мяса. Странно, но вождь не заметил как исчез Чор.

Он вернулся не скоро. Дрёма слетела с лица Мгро, когда он увидел идущего Чора. В руке Чора была тлеющая головня.

Мгро продолжал сидеть неподвижно, как каменный. Только глаза его сощурились, словно на охоте в минуту опасности. В минуту, когда страшнее всего было потерять спокойствие рассудка.

Чор сунул головню в кучу сухих веток. Вспыхнул огонь.

— Не надо бояться его, — сказал Чор. — Это заменит нам Солнце.

Но люди в пещере, увидев пламя, забыли о пище. Они падали, прижимаясь лицом к холодному полу пещеры, не смея шевельнуться. Лишь один Мгро продолжал спокойно сидеть и чувствовать себя живым. Глаза на невозмутимом лице вождя были прикрыты веками, но ни одно движение Чора не ускользало от них.

— Мгро, — раздался наконец чей-то мужской голос. — Небо этого не простит. Почему ты молчишь? Ведь погибнет твоё племя...

Мгро молчал. Он видел, как Чор взял в руки большой кусок мяса и поднёс его к огню.

Вскоре люди в пещере почувствовали странный запах. Такого им не доводилось ещё обонять. Его хотелось вдыхать и вдыхать. От этого запаха у людей невольно потекли слюни, как это бывало, когда они видели очень вкусный кусок мяса. Но сейчас они ничего не видели. Сейчас они только ощущали этот сладко щекочущий ноздри запах. Откуда он?..

На глазах Мгро большой кусок мяса, насаженный на палку, становился всё меньше и меньше. Это огонь превращал большой кусок в маленький. Но как аппетитно он пах!..

«Да. Видимо такое мясо самое вкусное на свете, — Мгро сглотнул слюну. — Такого мяса мои люди ещё никогда не ели. Но если полюбят такое мясо, то их никогда будет не накормить. Ведь огонь из большого куска делает маленький...»

— Мгро, — повторил тот же мужской голос, — ты видишь: мы в страхе. Мы даже не можем спокойно доесть то, что у нас есть... Почему ты молчишь?

«Это опасный человек в моём племени, — снова подумал Мгро о Чоре.

И тогда вождь встал. Он сделал несколько шагов, выхватил из рук Чора палку с мясом и сильно толкнул его правой рукой в грудь.

— Ты не будешь есть это мясо, — сказал Мгро.

Чор лежал испуганный, повергнутый. Только сейчас до него дошло: он навлёк на себя гнев вождя и всего племени. А это было пострашнее огня. Но разве он не предполагал, что так может обернуться? Да, он этого боялся. Но ещё больше он надеялся, что Мгро окажется на его стороне, поддержит его и тогда...

Мгро большой веткой бил огонь, пока не погасла последняя искра.

И когда из пещеры улетучился странный запах, люди подняли головы. Всё было как многие дни, месяцы, годы тому назад. Теперь голод снова напомнил им о том, что у них есть пища.

— Чор, что ты с нами делаешь? — взмолилась жена Чора — Ила. — Твои дети ждут мяса. Где оно? Почему ты нам его не даёшь?..

Казалось, Чор не слышит причитаний своей Илы. Он лежал на спине неподвижно, и глаза его были плотно закрыты. Его только толкнули... За этим мог последовать настоящий гнев вождя.

Но Мгро взял оставшиеся куски свежего мяса.

— Передайте семье Чора, — сказал он и сел на своё место.

Ана подала кусок мужу из своей семейной доли.

— Нет, — отвернулся Мгро. — Я должен съесть то, что испортил Чор.

Зубы вождя впервые вгрызлись в такую ароматную мякоть. Как легко волокна отделялись друг от друга. Как легко пережёвывались. Словно сладкие корни сырых трав. Мгро ел и чувствовал, что силы его прибывают. «Что ж, — думал он. — Вождь должен быть самым сильным...»

Но со стороны могло показаться, что Мгро ест мясо с большим трудом и без всякого удовольствия: и даже такое — не должно пропасть. Взглянув на вождя, многие его жалели: ведь это мясо породнилось с Огнём. Там, в глубине пещеры молились, чтобы Небо никогда не заставило их есть такую пищу. Молились молча, про себя.

«Чор слишком опасный человек в моём племени», — думал Мгро, обсасывая тёплую кость.

4

— Чор, — сказал Мгро, глядя ему в глаза, — сегодня ты пойдёшь со мной проверять самую дальнюю ловушку. Если что-нибудь там окажется, то ты сбегаешь за людьми. Пока мы с тобой ходим, остальные займутся ближними ловушками.

— Хорошо, Мгро, — послушно ответил Чор. — Я готов.

И они пошли.

Когда солнце начало клониться к горизонту на западе, вернулась вся группа охотников. Кроме вождя и Чора. Охотники пришли без добычи, и потому их лица были полны молчаливой печали. Все объясняли неудачу отсутствием Мгро. Без вождя ходить на охоту не имело смыла. Сколько раз они в этом уже убеждались.

Уставшие мужчины забрались в пещеру. И тут на их головы посыпались упрёки жён.

Мужчины молчали. Молчала и жена вождя. Она сидела поджав губы, и смотрела в проём пещеры. Душа её питалась в это время тем, что слышали уши. Да... без мужа племя пропало бы. Ана хотела, чтобы об этом говорили дольше, и потому молчала.

Охотники, время от времени, с надеждой смотрели в проём пещеры. Порой им казалось, что уже слышны быстрые шаги Чора. Он прибежит, крикнет об удаче, и тогда мужчины забудут горечь слов своих жен и усталость. С весёлыми возгласами бросятся они следом за Чором. Но где же этот Чор? Нет уж... В конце концов, лучше пусть вернётся скорее сам Мгро. Даже если им придётся снова голодать. Но только бы Мгро был рядом. С ним спокойнее. Только бы с ним...

И Мгро вернулся. Он пришёл один. Уже в сумерках.

— Ила, — глухим голосом сказал он жене Чора, — не жди больше своего мужа.

— Где он?!. Что с ним?!. — вскричала женщина, хватаясь за волосы.

— Он не вернётся. Он оступился и упал со скалы. Я предлагал ему обойти её, но он не послушался. Ты же знаешь: он не очень-то слушался моих светов...

В пещере раздался громкий вопль Илы. Ей вторили дети: девочки Ситу и Рта, мальчики Нер и Тор. Только старший сын Чора — Урт сидел, низко опустив голову, закусив губы.

И когда Ила, обессиленная своим горем, немного забылась на каменном полу пещеры, Мгро сказал:

— Ила, ты выплакала свои слёзы и теперь выслушаешь то, что я тебе скажу. Слушай внимательно. Твое горе — это и моё горе. Это горе всех нас. Чор был хороший охотник. Без него всему племени будет плохо. Не только тебе и твоим детям. Но знай, Ила, из всего, что мы добудем, ты будешь получать долю на свою семью. Тебе и твоим детям не придётся голодать больше остальных. Это моё слово. Слушай ещё, Ила. Твой старший сын Урт уже достаточно подрос. Я сам буду обучать его охоте. Придёт время и он заменит твоей семье Чора. Я постараюсь, чтобы это было так.

5

Шло время и Урт — сын Чора стал действительно одним из лучших охотников племени. Мгро сдержал слово. Мало кто кроме Урта мог так осторожно, так незаметно и так близко подойти к зверю. Мало кто мог так точно распознать его по запаху на большом расстоянии. И мало кто мог так быстро сообразить, как действовать во время облавы.

Урт с горячностью, свойственной его молодости, не раз высказывал свои соображения по поводу очередной охоты. Мгро выслушивал его молча. Молча, не подавая вида, поражался он быстрому уму Урта. И так же молча пользовался вождь предложениями сына Чора.

Однажды между Мгро и Уртом произошёл такой разговор:

— Мгро, я был у Синих Скал. Там, где наша самая дальняя ловушка.

Вождь кивнул головой.

— Мгро, — продолжал Урт, — я нашёл там кости. Это мой отец Чор...

— Да, возможно, это твой отец, — сказал вождь.

— Мгро, он не упал со скалы. Он не разбился... Мгро, слышишь?.. Он не разбился.

— Да, я слышу.

Вождь долго молчал. Глаза его были прищурены. Они были холодны и смотрели в лицо Урта непреклонно. Это был взгляд вождя и Урт не выдержал, — отвел свои глаза в сторону.

— Урт, — сказал наконец Мгро, — услышь и запомни. Твой отец Чор упал со скалы и разбился. Я повторяю еще раз: твой отец Чор упал со скалы и разбился. Ты должен запомнить мои слова, Урт. Других слов не будет...

Урт, потупившись, отошёл в сторону.

«Видит Небо, я вырастил из него хорошего охотника. Но я ошибся, — размышлял Мгро. — Тень Чора живёт в его сердце. Урт опасен, как был опасен его отец».

Воспоминания об этом разговоре удручали вождя. Вглядываясь иногда в рассеянное, задумчивое лицо Урта, Мгро испытывал тревожное беспокойство. Он многое бы дал, чтобы узнать что скрывается за этой задумчивостью. Но правильнее было набраться терпения и ждать: пусть размышления юноши созреют. И вождь выжидал, пока однажды не услышал:

— Мгро, сказал Урт, — моя мать Ила, мои братья и сёстры — мы уйдём из твоего племени...

— Это было неслыханным. Ещё никто и никогда не произносил таких слов.

— Отпусти нас, Мгро, — продолжал Урт. — Мы хотим уйти.

Вождь ответил не сразу.

— Урт, — сказал он, — ты хороший охотник. Но вы пропадёте. Вас слишком мало. А твои братья ещё не могут быть тебе по-настоящему полезными. Мне жаль терять тебя, Урт... Из племени ещё никто и никогда не уходил.

Сын Чора стоял потупившись. Он смотрел себе под ноги, не смея поднять глаз.

— Мгро, — всё же настаивал он, — отпусти нас.

— Урт, ты вынуждаешь меня сказать это вслух. Я мечтал, что со временем, когда я умру, ты займёшь моё место. Я видел тебя вождём племени.

— Мгро, в племени есть другие мужчины. Подрастают мальчики. Среди них будут способные юноши. Ты выберешь любого и воспитаешь из него человека, какой нужен тебе... Он заменит тебя, когда придёт время.

— Урт, один раз я уже ошибся...

— Мгро, отпусти нас...

— Я вижу тебя не убедить, — ответил вождь, — ты похож на Чора. Но я не хочу, чтобы ты тоже упал со скалы... Так можно искоренить племя. Ступай со своими, куда ты намерен идти. Я отпускаю.

— Мгро, — Урт поднял глаза, в которых поселилась человеческая благодарность, — ты великодушен. Ты настоящий вождь.

Мгро усмехнулся одними глазами.

— Урт, напрасно тратишь силы на эти пустые слова. Побереги их, они тебе пригодятся для настоящего дела.

6

Известие о решении старшего сына Илы покинуть племя, ужаснуло людей.

— Его покарало Небо.

— Небо лишило его рассудка, — шептались они.

— Мгро напрасно отпускает их.

— Они всё равно пропадут, а мы потеряем охотника, — говорили другие. Но все они малодушно радовались про себя той мысли, что несколькими ртами в племени станет меньше.

На прощание вождь сказал сыну Илы:

— Урт, помни, ты всегда можешь вернуться. Постарайся только не заблудиться и не пропасть...

— Хорошо, Мгро, — отвечал сын Чора. — Это я буду помнить.

Семья Илы во главе с Уртом, скрылась из глаз племени.

С каждым днём они всё дальше удалялись от пещеры, где прошла их прежняя жизнь. Этому радовался только один Урт. Илу беспокоила радость сына. «Как он ещё молод, чтобы осознавать всю опасность их теперешнего положения», — думала она. А вслух иногда спрашивала:

— Ты хорошо обо всём подумал? Ты помнишь, что с тобой мать, младшие братья и сёстры?..

— Да, мама, — отвечал Урт. — Ты же знаешь, я не сразу решился на это.

Они шли и шли.

Когда случалась гроза, они падали на землю, пряча в ней свои лица. Дети прижимались к матери. Они бессловесно вздрагивали при звуках Грома, словно каждый удар приходился в них. В такие минуты казалось, что жизнь покинула живые существа, оставив мокрым камням их оболочку.

И только расширенные зрачки Урта, затопленные страхом и отчаянием первобытного человека, всё же следили за тем, как откуда-то сверху, из высоких глубин Неба внезапно рождалась Молния. Порою от её гнева, как травинки, валились огромные деревья. Её яркая, необъяснимая сила внушала трепет и ужас. Молния исчезала, оставляя после себя нечто живое и ещё более страшное — Огонь. И тогда Урт вспоминал отца, вспоминал Мгро...

Несколько раз Урту случайно доводилось видеть издалека, как вождь сидел у Огня. И всегда это происходило далеко от пещеры, в укромном месте. Мгро подносил куски мяса к огню, а потом их ел. Он ел поспешно, с жадностью самого голодного человека племени. Урт не верил своим глазам: неужели это был Мгро, вождь? И вместе с тем, этот голодный, стареющий человек, каким он казался со стороны, не боялся находиться вблизи огня, опустившегося с Великого Неба...

Эти мысли ворочались в голове Урта как тяжёлые камни. Они не давали покоя.

Непогода сменялась теплом и солнцем. Можно было продолжать путь.

Наконец пришёл день, когда Урт сказал:

— Мать, вот здесь мы будем жить, и он показал пещеру на южном склоне высокого холма, поросшего редкими деревьями с гладкой тёмной корой.

Самый верх холма венчали скалистые валуны. Оттуда был хороший обзор. Сердце Урта весело забилось, когда он увидел с холма совсем неподалёку большое озеро. Из озера струилась река.

Пещера оказалась сухой. Достаточно вместительной. В хорошую погоду свет солнца заглядывал внутрь.

— Мне нравится здесь, — впервые за всё время их странствий, улыбнулась Ила. И, глядя на мать, улыбнулись её младшие дети.

— Но только будет ли для нас здесь пища? — на лице Илы снова появилась тревога. Это чувство очень редко и ненадолго покидало людей, весь смысл существования которых был — выжить.

— Я надеюсь, мама, — сказал Урт. — Мне поможет он... — Урт тронул рукой нож, который когда-то принадлежал его отцу.

7

Он возвращался с охоты. И хотя день сложился неудачно, походка его была легка. Там, в пещере его ждали. Там, в пещере был запас пищи. А удача... В конце концов придёт. Только бы не уставать к ней стремиться.

Урт был уже почти у пещеры, когда увидел человека, лежащего ничком, в такой же звериной шкуре. Вид незнакомого человека напугал, ошеломил Урта. Но тот лежал без движений, и это немного успокоило охотника. «Он мёртв, — подумал Урт. — откуда и как он сюда попал?»

Урт склонился над человеком. Неожиданно тот пошевелился.

— Ты жив? — спросил Урт.

— Да, я жив, — произнёс человек хриплым дрожащим голосом.

— Повернись ко мне, я не вижу твоего лица, — их понимание друг друга основывалось скорее на жестах и мимике.

Урт всмотрелся в черты незнакомца. Нет, он не из племени Мгро. Но разве есть ещё люди кроме людей племени Мгро и семьи его матери Илы?

— Как тебя звать? — спросил наконец Урт.

— Боо.

— Боо? А откуда ты? Как ты сюда попал?

Незнакомец показал рукой направление.

— Там моё племя, — сказал он.

Урт был поражён.

— Ты из племени?!.

— Да.

— И кроме тебя там есть ещё такие же люди?!.

— Да, — Боо всё ещё был подавлен и растерян.

— Так вставай! — воскликнул Урт. — Я покажу тебя своей матери! Пусть она узнает, что есть и другие люди.

— Нет, — произнёс Боо. — Там, там... — сказал он, прикрывая одной рукой лицо, а другой показывая в сторону пещеры Урта.

Урт взглянул туда и понял причину испуга пришельца: перед входом в пещеру горел костёр.

— Боо, это огонь, — сказал Урт. — Это мой огонь. Не надо его бояться. Видишь, я его не боюсь. Я смотрю на него спокойно, потому что он мой.

— Твой? — переспросил Боо.

— Да.

В глазах пришельца смешались ужас и восхищение: человек, такой же как и он, спокойно смотрит на Огонь. Не явился ли он тоже... с Великого Неба?..

— Пойдём в мою пещеру, — сказал Урт.

— Не-ет, — покачал головой Боо.

Тогда Урт крикнул мать, братьев и сестёр.

Услышав голоса полные участия, увидев оживлённые лица женщины и детей, человек, наконец уступил.

...Он сидел спиной к огню, готовый в любую минуту вскочить и броситься прочь. Его пугал треск сухих сучьев — по спине волнами пробегали мурашки. «Из такого звука рождается Молния», — думал он. Но странно, время шло, солнце заходило за горизонт, а ему было хорошо, словно он лежал в тёплый полдень, подставив спину Великому Небу.

— Ешь, — Урт протянул ему кусок мяса.

Оно удивительно пахло и таяло во рту. Боо зажмурил глаза от наслаждения, никогда ранее им не испытываемое. Казалось, он забыл о недавнем страхе. Но тот, кто угощал таким мясом, вдруг вернул Боо на землю.

— А теперь, — сказал Урт, — посмотри на огонь. Не бойся. Ты не увидишь разгневанной Молнии. Молния давно исчезла. Она скрылась в Великом Небе...

Боо посмотрел туда, где вот-вот должны были показаться спокойные звёзды.

— Да, Боо, — продолжал Урт, — Молния исчезла там. А здесь остался огонь — душа разгневанной Молнии. Это она согрела твою спину и сделала мясо таким вкусным...

Боо медленно повернул голову. Щеки его коснулось тепло. Живое, как дыхание. Сейчас оно напомнило Боо ласковое прикосновение ладошки его младшей дочери.

Боо осторожно приоткрыл один глаз.




Александр ГИНЕВСКИЙ

Ещё не вечер

Он понял, что он ослеп. Перед глазами стояла белёсая пелена. Плотная, как молочное стекло. Темень космической ночи в лобовом иллюминаторе больше не существовала. Исчезла связь его сознания с приборной доской. Их разделила пелена.


Александр ГИНЕВСКИЙ

Мы украли паровоз

— Босяк! Он торгует билетами в бане и мечтает о собственном паровозе! Взгляните на него!..